Статья опубликована в журнале «Российское предпринимательство»13 / 2015
DOI: 10.18334/rp.16.13.495

Проблемы методологии экономической безопасности в условиях экономического кризиса

Филимонова Елена Анатольевна, кандидат экономических наук, доцент, зав. кафедрой финансов и банковского дела, Кемеровский институт (филиал) Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова, Россия

The problems of economic security methodology in the conditions of economic crisis - View in English

 Читать текст |  Скачать PDF | Загрузок: 64

Аннотация:
В работе рассматриваются проблемы мониторинга экономической безопасности России и регионов. Обосновывается положение о существенном снижении достоверности оценок уровней экономической безопасности России и российских регионов в условиях экономического кризиса. Указывается на необходимость внесения изменений в методологию экономической безопасности как следствия объективной связи между экономическими процессами и оценкой экономической безопасности. По результатам анализа формулируется постановка задачи по корректировке системы мониторинга экономической безопасности и требования к этой системе.
Цитировать публикацию:
Филимонова Е.А. Проблемы методологии экономической безопасности в условиях экономического кризиса // Российское предпринимательство. – 2015. – Том 16. – № 13. – С. 1949-1964. – doi: 10.18334/rp.16.13.495

Введение

Значимой характеристикой экономики России в 2012-2015 гг. сталинеустойчивость развития и влияние множества факторов, оказывающих разнонаправленное давление на экономические взаимоотношения. Отдельные кризисные явления в экономике России в разной степени проявлялись и ранее, но наиболее объемно они заявили о себек середине 2014 года. Эта дата носит условный характер и не имеет точной фиксации, можно говорить о субъективном восприятии 2014 года как периода нарастания кризисных явлений,как системногопроцесса, не считаться с которым нельзя. Разрушающие последствия все чаще стали соотносить с проблемами экономического развития не столько мировой экономики, сколько самой России.

Особой проблемой понимания современного социально-экономического прогресса становится сложность четкого определения и разделения кризисных тенденций, что отмечают ученые и специалисты(Бородин, 2015; Мау, 2015).Среди основных факторов выделяются мировой экономический кризис, новые геополитическиесдвиги. Мировой экономический кризис обострил проблемы в России, обнажил неготовность российской экономической модели к вызовам и воздействиямкризиса. Несомненно, ситуацию усугубили внешнеполитическое противостояние США и России, падение цен на нефть и другие факторы. Сегодня в значительной степени политические аспекты определяют социальные и экономические конфигурации в России и мире.Обостряются региональные проблемы, как внутренние и специфические у каждого региона, так и новые, свойственные кризису экономической системы в целом. Каждый российский регион ищет свои способы адаптации к новым непростым условиям. Можно сказать, что, по существу, сегодня происходит разрушение экономической модели, работающей в России на протяжении почти двадцати лет (по различным оценкам – с 1999-2001 гг.), и возникновение условий для новой модели экономического роста. Фактически идет активный поиск направлений структурных реформ общества, политики, экономики, которые позволят обеспечить устойчивый социально-экономический рост.

Наряду с уязвимостью российской экономики, оказавшейся не готовой к новым вызовам, возникли вопросы понимания сущности понятия «экономическая безопасность»(Алтунян, 2009; Атаев, Давиденко, 2010; Буянов, 2009; Игонина, 2009; Кондрат, 2010; Хабибулин, 2012; Bicaba, Kapp, Molteni, 2014; Creel, Hubert, Labondance, 2015; Duygun, Nolte, Sá, Shaban, 2014; Ellis, Haldane, Moshirian, 2014; Jeitschko, Linz, Noguera, Semykina, 2014; Karmann, Liebig, 2015; León, Berndsen, 2014; Moshirian, 2015; Papanikolaou, Wolff, 2014; Pennacchi, 2010; Tarazi, 2015). Это обусловлено объективной связью экономики страны и ее экономической безопасностью, что обеспечивает устойчивость поступательного развития. Методология определения уровня экономической безопасности в настоящее время не способна дать однозначный и принимаемый научным сообществом ответ на ключевые вопросы – когда и при каких условиях экономическая безопасность имеет достаточный для устойчивого развития уровень.

Экономический спад и кризис методологии экономической безопасности

Кризисные явления в России не новы, на протяжении российской истории разрушение экономических отношений, существенное ослабление безопасности, снижение социально-экономических параметров развития происходили периодически. Но экономический кризис 2014-2015 гг., по мнению экспертов,с которыми можно согласиться, отличается от происходящих ранее, прежде всего, внутренними причинами(Зубаревич, 2015). Внешние факторы, геополитические моменты, антироссийские санкции оказывают существенное влияние на ситуацию. Но патогенез явления экономического спада в России обусловлен в большей степени неспособностью устоявшейся модели экономического развития адаптироваться к изменениям, вырабатывать привлекательные условия для инвестиций, создавать катализаторы роста, поддерживать «невидимую руку рынка» в генерации экономических агентов и их инициативы.

Нельзя утверждать, что тяжесть кризиса касается в большей степени только России. Экономическая и финансовая нестабильность свойственна сегодня многим странам, темпы их социально-экономического развития снижаются. В России, как части мирового экономического пространства, происходят свойственные ситуации процессы. На протяжении ряда лет после 2009 г. экономика России демонстрировала устойчивый рост: в 2010 г. валовой внутренний продукт (далее – ВВП) увеличился на 4,5%, в 2011 году - на 4,3%, в 2012 г. - на 3,4%, в 2013 г. – на 2%. В 2014 г., по данным Росстата, валовой внутренний продукт Российской Федерации вырос на 0,6% по отношению к прошлому году. Темпы роста российской экономики начали снижаться впервые с 2009 г., в котором валовой внутренний продукт снизился на 7,8% [1].

Возможности роста экономики, базирующейся на сырьевых отраслях, неразвитых рыночных институтах, но при существенном присутствии государства в бизнесе, высоком уровне коррупции, низких ценах на нефть как основного источникабюджета, резко снижаются.Поэтому с большой долей уверенности можно утверждать, что деградация экономики, построенной на экспорте сырья, углеводородов, не имеющей инновационной промышленности и высоких технологических укладов, предсказуема и является лишь вопросом времени. Конечно, при определённых условиях длительное существование экономики такого рода и ее стимулирующая поддержка со стороны государства возможны, но уровень социально-экономического развития страны с такой экономикой будет крайне низок. При этом такая ситуация может устаивать как Россию, так и ее геополитических соседей, когда на мировом рынке Россия будет присутствовать лишь как поставщик ресурсов, не претендующий на роль лидера в финансовых, технологическихи других вопросах.

Поэтому, по нашему мнению, понятие «кризис» применительно к России следует трактовать как переходный этап от экономики сырьевой ориентации к экономике инновационного характера, развитым технологическим укладам высокого порядка, современным рыночным институтам. При таком подходе праксеологическая функция науки будет реализовываться именно в изучении проблем существующей модели экономического развития и разработки новой модели, лишенной, по крайней мере, значительной части тех недостатков, которые и привели к сегодняшней непростой ситуации. Политиками, экономистами, представителями органов государственной власти заявляется о необходимости структурных реформ. Сегодня научная, политическая дискуссия ведется уже не о необходимости реформ, а об их составе, времени, очередности и объеме. Модель развития меняется,Россия сегодня находится в точке перехода к новому уровню экономического равновесия, при которой модель экономического развития, ориентированная на консервацию сырьевых приоритетов, не может стать полноценной базой для выхода из кризиса, и это принимается подавляющим большинством ученых и экспертов.

Кризис российской модели экономического роста, как основного элемента системы, сопровождается кризисом вспомогательных, обслуживающих экономических, социальных, политических систем и механизмов, обеспечивающих поддержание, мониторинг, оценку траекторий развития, способствующих выработке управленческих и организационных решений.

К числу таких систем относится система расчета, мониторинга, управления экономической безопасностью.Проблема определения уровня экономической безопасности страны, региона в настоящее время не имеет исчерпывающего решения. Объем научных работ по тематике экономической безопасности до 2014 года значителен, и отмечается темп роста количества работ по этому вопросу. В большинстве работ само понятие «экономическая безопасность» не имеет однозначного толкования, содержит субъективную составляющую, привносимую исследователем, а также отражение «системы координат», взятую автором за основу. Актуальность проблематики экономической безопасности подтверждается и активизацией деятельности высших учебных заведений, внедряющих в образовательный процессспециальность «экономическая безопасность».

Тем не менее, гносеологически понятие «экономическая безопасность» не раскрыто, и поле исследований остается широким. Интересным является факт снижения количества публикаций по тематике, прямо или косвенно связанной с экономической безопасностью, во второй половине 2014 г. Экономический спад, нарастание напряженности практически во всех направлениях деятельности человека перевели вопрос прогностической функции науки от расчета, мониторинга, оценок и определения пороговых уровней экономической безопасности к «исходной точке» – пониманию сущности безопасности, разработке понятия «экономическая безопасность» как формы научного знания и формированию системного представления об этом понятии.

Имеющиеся разнообразные методики расчета уровня экономической безопасности и ее компонентов сегодня не дают исчерпывающего ответа на то, какой же уровень необходим и достаточен для объективной основы принятия решений. Требует корректировки и набор параметров, включаемых в базу мониторинга экономической безопасности [2].

По итогаманализа социально-экономической ситуации и уровня экономической безопасности Кемеровской области, а также входящих в экономическую безопасность финансовой, продовольственной безопасностибыли сделаны обобщения, которые показали различия воценках ситуации (Зубаревич, 2015; Копеин, Филимонова, 2008; Копеин, 2015). Несмотря на положительную динамику основных социально-экономических показателей, уровень экономической безопасности остается достаточно низким в условиях, принятых на тот период пороговых значениях. Различия в выводах могут быть объяснены как методологическими погрешностями в определении пороговых значений, так и некорректностью статистических данных.

Рядпубликаций посвящен продовольственной безопасности. В условиях введенного Россией эмбарго на поставки продовольствия экспертами проведеномножество оценок возможности России обеспечить своих граждан собственным продовольствием. В частности, расчеты уровня продовольственной безопасности, проведенные на основании методики с расчетом по основным базовым критериям, показали, что Кемеровская область практически полностью обеспечивает себя продовольствием(Копеин, 2014). Степень душевого удовлетворения потребности в основных видах сельскохозяйственной продукции в соответствии с нормами рационального питания в 2009-2013 гг. колеблется на уровне 92-94%. При этом собственное производство основных продуктов питания покрывало потребность в них. Для региона сырьевой ориентации, каковым является Кемеровская область, заключение о высоком уровне самодостаточности в сфере продовольственной безопасности, - положительный знак в оценке экономической безопасности. Тем не менее, рост цен даже на продовольствие, продукты, не имеющие в своем составе импортных компонентов, оказался значительным (по отдельным позициям, например, капуста - в несколько раз). Такие скачки цен не прогнозировались в системе мониторинга и не учитывались в пороговых значениях.

Все эти наблюдения позволяют дать суждение о необходимости предметного рассмотрения самого понятия «экономическая безопасность», методологического подхода к оценке экономической безопасности, набору ключевых параметров. Экономический спад в России вносит свои коррективы в систему оценок, что, в свою очередь, формирует научную задачу определения системы мониторинга и управления экономической безопасностью. Постановка задачи методологии дополняется требованием учета факторов, фактически выведенных за пределы статистического наблюдения – санкции, ограничение доступа к финансированию и другие, не имеющие временной и объемной определенности.

Постановка задачи создания мониторинга экономической безопасности

Ключевые условия и ограничения системы мониторинга экономической безопасности не существуют сами по себе как отдельный универсальный механизм. Чтобы отражать объективную ситуацию и иметь приемлемый уровень достоверности оценки они могут быть созданы в привязке к модели экономического развития, фиксируя в себе содержание объективной связи модели развития и ее внешних проявлений. К задачам этой системы будут относиться, в первую очередь, контроль устойчивости развития с соблюдением его приоритетов и требуемых уровней безопасности.

Однако сегодня крайне трудно определить, какие же подходы, условия должны быть заложены в проект модели. Государственная власть озвучивает ориентиры (приоритеты) развития, ведется ихактивное обсуждение с бизнес-элитами, но, по нашему мнению, при общем признании необходимости перемен, контуры модели развития пока размыты. Не следует считать такую картину слабостью органов власти и непониманием ситуации. Разрушение огромной экономической системы, одновременное существование элементов разных экономических культур – распределительной, социалистической, рыночной -создают объективныесложности.

В такой огромной стране, как Россия, катализаторами роста являются, как и десятки лет назад, природные богатства, сырьевой экспорт. Много говорится про диверсификацию экономики, но государственный бюджет остается зависим от экспорта сырья и энергоносителей. В 2014 году доля нефтегазовых доходов в общем объеме доходов государственного бюджета составила 51%, что на 3% превышает соответствующий показатель 2013 года (48%). Потребительский спрос в России как фактор пока не играет ролидрайвера экономического роста. Но большинство экспертов сходятся в мнении, что характерными чертами новой модели развития должны стать инвестиции, инновационный характер промышленного производства, научно-технический прогресс. Такая общая установка к проекту новой модели экономического развития, несомненно, заслуживает признания как наиболее правильная. Но это определяет и новые требования к системе оценки экономической безопасности страны, реализующей эту модель.

Большинство апробированных и признаваемых научным сообществом методик по оценке уровня экономической безопасности базируются на сравнении значений определенных показателей с пороговыми значениями. В случае если значение выбранного показателя не укладывается в пороговые значения, можно говорить о снижении уровня экономической безопасности. Система мониторинга экономической безопасности содержит, как правило, несколько блоков показателей, среди которых выделяются показатели, характеризующие устойчивость роста экономики, научно-техническую безопасность, инвестиционную, финансовую, продовольственную безопасность и другие. Вотдельных работах количество блоков показателей может быть различным и существенным [3],вариативен и набор показателей. Особую сложность в научном и практическом плане представляетразработка интегрального показателя экономической безопасности, его оценка и сравнение с пороговыми значениями.

При постановке задачи конфигурации системы мониторинга экономической безопасности первымтребованием должен стать учет ее иерархии. Экономический спад в мире и России показал, что экономические системы различного уровня по-разному реагируют на негативные воздействия. Закономерность этого явления объективна в силу общих экономических законов, кризис обеспечил более резкие темпы колебаний показателей экономического развития и способствовал более объемному проявлению последствий разбалансировки экономической системы.

Экономическая система России, как и экономики других стран, подвержена воздействию как внешних, так и внутренних факторов, но геополитическая ситуация, связанная с обострением отношений с США, европейскими государствами и введением санкций против России, сформировала целый ряд новых факторов, отрицательно влияющих на российскую экономику. Масштабы России, неравномерное распределение производительных сил, наличие регионов с экономикой, замкнутой на нескольких отраслях и жестко зависящей от их состояния, сформировали условия для дифференциации регионов. Это объективные условия, и при определенных обстоятельствах они дают положительный эффект от специализации региона. Но в сегодняшних условиях отсутствие диверсификации экономики резко ограничивает возможности региона и снижает устойчивость экономического развития.В связи с этим, в условиях усилий со стороны развитых стран добиться экономической и политической изоляции России, ее экономика в целом должна иметь несколько иные параметры, способные оценивать экономическую безопасность с учетом этих аспектов. Поэтому, по нашему мнению, мониторинговые системы оценки экономической безопасности экономики страны и региона должны иметь значимые отличия. При этом в целях унификации, сравнимости и упрощения база построения системы должна иметь одну методологическую основу. Но для оценки экономической безопасности России требуется аналитический блок (или расширение блоков оценки экономической безопасности регионов), ориентированный именно на оценку воздействия от комплекса угроз чисто внешнего характера, связанного с действиями зарубежных стран, направленных на изоляцию и ущемление России, а также ее реакцию на эти мероприятия.

Что касается требований к построению системы мониторинга экономической безопасности регионального уровня, следует отметить, прежде всего, необходимость учета дифференциации российских регионов, основанной на различных климатических, промышленных, демографических, географических условиях. Другой аспект требований к системе мониторинга экономической безопасности регионов должен учитывать способность регионов (наличие реальных возможностей и ресурсов) реагировать на кризисные вызовы с сохранением устойчивости экономики и положительной динамики развития. Это явление всесторонне рассматривается российскими учеными, отмечается своеобразие и неопределенность региональной стороны кризиса. В числе особенностей экономического спада 2013-2014 гг. выделяют дестабилизацию региональных бюджетов, дефицит бюджетов регионов и муниципалитетов к концу 2013 г. достиг 2 трлн руб., на 1 января 2015 г. – 2,4 трлн руб. Дефицит бюджетов в 2014 г. имели 75 регионов (в 2013 г. – 77). Только самые богатые регионы – Москва, Тюменская и Сахалинская области, нефтегазодобывающие автономные округа- способны проводить сбалансированную бюджетную политику(Зубаревич, 2015).

К числу серьезных отличий «нового» кризиса от предыдущих ученые отмечают сокращение инвестиций, в 2014 г. снижение составило 2,7% от 2013 г. Спад инвестиций отмечен в большинстве регионов Дальнего Востока, Сибири, Северо-Запада, в половине регионов Центра и Юга(Зубаревич, 2015).Негативный тренд наблюдается и в строительстве, как индикаторе инвестиционного процесса – (на 4,5% в 2014 г. по отношению к 2013 г.). Объемы строительства снизились в половине регионов России, большинстве регионов Сибири, половине регионов Северо-Запада.

Существенным отличием текущих кризисных процессов от предыдущих можно назвать снижение доходов населения. В 2014 г. реальные доходы населения снизились почти в 40% регионах, в том числе в большинстве регионов Сибири, Урала, Северо-Запада, половине регионов Центра(Зубаревич, 2015).

Указанные особенности отличают кризисные явления прошлых (2009 г.) и текущих экономических спадов. Возрастают риски роста безработицы, в том числе скрытой, а при сокращении доходов федерального бюджета снизится и объем помощи регионам в виде дотаций и субсидий.

Кемеровская область, как регион с четко выраженной промышленной ориентацией, также испытывает всестороннее давление многих факторов. Состав их значителен, при этом кризисные явления общемирового характера дополнены региональной спецификой. Валовой региональный продукт (далее – ВРП) Кемеровской области снижался с 2012 г. (на 4,2% по отношению к предыдущему году), в 2013 г. – на 4%, в 2014 г., по предварительным данным, отмечен рост ВРП порядка 3%. Доля убыточных предприятий остается значительной (34-38%), но сумма убытков возрастает. Сальдо прибылей и убытков за январь-ноябрь 2014 г. увеличилась в 74 раза (до 42 млрд руб. с 556 млн руб. за аналогичный период 2013 г.), при этом сумма убытка возросла в 2 раза (с 51 млрд руб. до 120 млрд руб.) [4].

Проведенные ранее оценки изменения  количества регионов по уровню валового регионального продукта на душу населения от среднероссийского уровня показали, что к 2012 году, наряду с расслоением регионов по этому показателю, доля регионов с превышающим среднероссийский уровнем ВРП увеличилась с 20 до 35% при снижении количества слаборазвитых регионов (до 8%)(Копеин, Филимонова, Копеин, 2014). К 2014 году число российских регионов с невысоким уровнем дохода увеличивается при снижении количества регионов с уровнями ВРП на душу населения, превышающими среднероссийский уровень.

Таким образом, в настоящее время в России наблюдается тенденция ускорения процесса дифференциации регионов, причем направления дифференциации различны. В связи с этим, вопрос классификации регионов по признакам, позволяющим объединять их в целях дальнейшей обработки, в однородные группы, приобрел новую окраску. С большой долей вероятностипринятые в методологии принципы классификации регионов по признакам развитости промышленного потенциала, уровню поддержки регионов средствами федерального бюджета, профилю региона сохранят право на жизнь в формировании параметров мониторинга экономической безопасности. Но экономические реалии будут генерировать и новые принципы классификации регионов, обусловленные различными воздействиями на социально-экономическую ситуацию. Сегодня у экспертов и ученых отсутствует четкое понимание длительности экономического спада, есть только различные предположения, включающие, в том числе, и оценки вероятности окончания кризиса и антироссийский санкций. Нет уверенного понимания направлений развития ситуации в небольших городах, моногородах, городах промышленной ориентации.

Другая важная и сложная научная задача в рамках модернизации системы мониторинга экономической безопасности – разработка методологии дифференциации системы оценок по регионам (группам регионов, проблему классификации которых мы определили в рамках второй постановочной задачи).

Дополнительная сложность задачи заключается в необходимости сочетания двух подходов, а именно: с одной стороны, построения системы мониторинга экономической безопасности на одной методологической основе, одних методологических принципах расчета и сравнения. Это позволит обеспечить реализацию познавательного научного принципа интерсубъективности и корректного применения методов сравнения. С другой стороны, результаты социально-экономического развития регионов демонстрируют широкий разбег параметров, при этом одна и та же амплитуда одного и того же параметра для различных регионов может быть пределом, за которым происходит полная разбалансировка характеризуемого процесса, но также может быть и крайне слабым воздействием, не заслуживающим особого внимания.

Другая задача, вытекающая из оценки ситуации, может быть сформулирована как определение пороговых значений для каждой группы регионов, классифицированных по определенным основаниям. Разработка механизма расчета и обоснования пороговых значений также представляет собой задачу, требования к которой с достаточным уровнем достоверности определить крайне трудно.

Важным элементом системы мониторинга экономической безопасности региона представляется создание интегрального показателя безопасности, алгоритм которого является отдельной исследовательской задачей.

Для создания замкнутой системы мониторинга экономической безопасности целесообразно разработать требования к системе управления ею, которая должна быть построена с использованием принципов обратной связи. Выход значения одного ключевого параметра за пределы его порогового значения должно вырабатывать комплекс управленческих решений по снижению (повышению) значения параметра с возвратом его в рамки пороговых уровней.

Руководство страны принимает активные меры по адаптации экономической политики к новым непростым условиям. Однако эти меры при их положительной направленности нередко перечеркиваются противоречивыми законодательными инициативами, которые сглаживают эти усилия и не создают мотивации у экономических агентов. Частный бизнес не становится драйвером экономического роста, отсутствуют дешевые и доступные ресурсы, налоговое стимулирование, предпринимательскую инициативу осложняют действия контролирующих организаций, силовых структур. Разрабатываются проекты по вложению средств в неэффективные, но социально важные проекты. Банк России реализует меры по стабилизации курса рубля, поддержке финансовой системы за счет докапитализации банков. Тем не менее, на фоне заявлений отдельных экспертов о прохождении в России пика кризиса, по нашему мнению, вероятность развития стагнационных проблем, тянущих за собой спад производства, безработицу, банкротства остается высокой. При этом инерционность российской экономики, масштабы будут сдвигать эти проблемы на более поздний период.

Заключение

По итогам проведенного исследования можно сделать заключение о том, что экономический спад в России, называемый как «экономический кризис», развивается, срок его окончания сегодня не прогнозируется, сценарий его дальнейшего развития (затухание, стагнация, активизация) неизвестен. Но важным выводом является то, что сегодня все чаще органы власти, бизнес характеризуют происходящие отрицательные тенденции не как проявление сбоев работающего рыночного механизма, а как разрушение существующей модели, которая консервировала в себе элементы прежней системы. К элементам «прошлой жизни»относятся позиционирование России как поставщика сырья и углеводородов, экономическое развитие которого базируется в основном на извлечении природной ренты, активное и необоснованное вмешательство государства в рынок, отсутствие мотиваций для частной инициативы и инновационного процесса.

В процессе адаптации России и регионов к новым экономическим условиям, неспособствующим развитию, регионы по-разному реагируют на новые вызовы. При этом существовавшая ранее дифференциация российских регионов по основным социально-экономическим показателям усиливается.

Экономический спад в России, отягощенный действиями зарубежных стран по ограничению доступа России к иностранным финансовым ресурсам, привел к кризису в методологии расчета и управления экономической безопасностью как страны, так и регионов.Мониторинг уровня экономической безопасности в сегодняшних условиях становится неконструктивным делом в связи с объективным требованием пересмотра пороговых значений используемых критериев, так и с необходимостью изменения методологии оценки уровня. Какой параметр является ключевым, какова безопасная амплитуда его изменения – эти вопросы сегодня требуют отдельного рассмотрения. Но проблема кроется еще глубже – в трансформации понимания самого понятия «экономическая безопасность» и того, что является необходимым и достаточным уровнем экономической безопасности для страны, региона. На сегодня однозначного и обоснованного ответа на эти вопросы нет.

В научном плане эти явления требуют своего изучения, понимания и разработки мер по управлению и прогнозированию. Поэтому в связи с несоответствием ситуации сложившейся практике измерения экономической безопасности требуется корректировка методологии мониторинга. Конфликт может быть разрешен разработкой требований к системе оценки экономической безопасности, в которой выделяются следующие блоки.

Во-первых, система мониторинга экономической безопасности России должна быть создана на одной методологической основе с системой мониторинга экономической безопасности региона, но отличаться от нее введением аналитического блока, ориентированного на оценку влияния антироссийских санкций.

Во-вторых, необходима разработка классификации российских регионов, учитывающая не только особенности регионов, сложившихся в ходе исторического развития страны, но и особенности реагирования на кризисные воздействия.

В-третьих, в рамках проведенной классификации российских регионов необходимо построение системы мониторинга с учетом специфики группы регионов по определенному классификационному признаку. Общая концепция архитектуры системы мониторинга может быть принята с учетом принятых подходов на основе блоков, учитывающих отдельные стороны жизнедеятельности и критерии.

В-четвертых, пороговые значения критериев экономической безопасности следует разрабатывать с привязкой к отдельным группам регионов.



[1]Раздел «Национальные счета» // Сайт Федеральной службы государственной статистики

[2]Копеин, Филимонова, 2014; Филимонова, 2010;Криворотов, В.В., Калина, А.В., Эриашвили, Н.Д. (2012). Экономическая безопасность государства и регионов. М.: ЮНИТИ-ДАНА.

[3]Денежкина, Суздалева, 2011; Криворотов, В.В., Калина, А.В., Эриашвили, Н.Д. (2012). Экономическая безопасность государства и регионов. М.: ЮНИТИ-ДАНА.

[4]Раздел «Национальные счета» // Сайт Федеральной службы государственной статистики