Статья опубликована в журнале «Российское предпринимательство»5 / 2012

Анализ взаимосвязи миграционных процессов и трудового потенциала Республики Коми

Назарова Инесса Георгиевна, Кандидат экономических наук, доцент кафедры Финансов, кредита и бухгалтерского учета Ухтинского государственного технического университета, Россия

Analysis of the Correlation between the Migration and Labor Potential of the Republic of Komi - View in English

 Читать текст |  Скачать PDF | Загрузок: 58

Аннотация:
В статье анализируется влияние миграционных процессов на формирование трудового потенциала северных регионов. Дана оценка существующей миграционной политике и ее воздействию на дальнейшее сохранение трудовых ресурсов на Севере.

JEL-классификация:

Цитировать публикацию:
Назарова И.Г. Анализ взаимосвязи миграционных процессов и трудового потенциала Республики Коми // Российское предпринимательство. – 2012. – Том 13. – № 5. – С. 172-176.

Приглашаем к сотрудничеству авторов научных статей

Публикация научных статей по экономике в журналах РИНЦ, ВАК (высокий импакт-фактор). Срок публикации - от 1 месяца.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241


Разработчики миграционной политики 1920−1930 и последующих годов полагали, что при «привлечении населения в северные районы» большая часть или почти все останутся жить и работать на Севере. В этом плане представляет интерес переселенческая политика в период НЭПа, проводимая правительством Республики Карелия и Транспортно-промышленным колонизационным комбинатом Мурманской железной дороги. В 1923 г. Мурманская железная дорога получила в свое распоряжение сроком на 10 лет территорию размером 3,3 млн га вдоль трассы от Петрозаводска до Мурманска. На этой малообжитой территории колонизационный отдел Мурманской железной дороги и Транспортно-промышленный комбинат МЖД развернули активную экономическую деятельность. Основную часть поступлений в Колонизационный фонд дороги составляла попенная плата за лес. Основная часть денег шла на землеустройство, мелиорацию, обустройство переселенцев [3].

Проблема закрепления населения в районах Севера сохранила свое значение и в последующие годы. Пришло понимание, что разрешение проблемы межрайонного перераспределения трудовых ресурсов и создания постоянного оседлого населения во вновь осваиваемых районах Севера, Сибири и Дальнего Востока зависит от различных факторов. Говоря о воздействии на миграцию, профессор Л.Л. Рыбаковский отмечал, что «важный элемент управления это механизм воздействия на миграционные процессы. В нем центральное место принадлежит изучению факторов миграции населения» [4].

Освоение северных и северо-восточных территорий России

Влияние социально-экономических и политических факторов на формирование населения на протяжении почти вековой истории освоения северных территорий было различным. На смену «социально-политическим» пришли «социально-экономические» факторы, что особенно характерно для рыночного периода. Возникшая в 1930-х гг. форма межрайонного перераспределения кадров по трудовым договорам в период индустриализации страны уже не отвечала требованиям рационального использования труда. Эта форма предусматривала перераспределение сельской, преимущественно неквалифицированной рабочей силы. Между тем на Севере и Востоке страны требовались в первую очередь квалифицированные кадры, в физическом отношении наиболее здоровая часть из них, приспособленная к суровым условиям природы. Разработка новых форм перераспределения кадров должна была учитывать в практике своей работы относительное сходство природных условий между районами выхода работников и районами их оседания. Внедрение новых форм и приемов перераспределения рабочей силы подготавливало условия для лучшего привлечения людей к труду на основе добровольной и материальной заинтересованности и создания постоянных кадров на Севере и Востоке страны.

Население Севера России изначально формировалось как городское. По данным Росстата, на 1 января 2010 года доля городского населения в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к ним, составляла 79,1%. Всего на российском Севере 119 городов, 189 поселков городского типа. Однако несмотря на высокую долю городского населения, средняя людность городских поселений на Севере невелика и составляет 21,0 тыс. человек против 43,3 тыс. человек по России. Малая людность городских поселений Севера связана, во-первых, с малочисленностью самого населения; во-вторых, с преимущественно добывающим характером экономики Севера, который и обуславливает рассредоточение населения, занятого в этих отраслях, при максимальном приближении к месту промысла. Причем большинство добываемых полезных ископаемых относится, как правило, к разряду невозобновляемых, что также влияет на характер обустройства и расселения населения в северных регионах.

Структура миграционных потоков

В формировании населения северных территорий исключительно важную роль всегда играла миграции. Сегодня ее роль также велика. В 2006−2010 гг. демографическая ситуация на европейском Севере оставалась по-прежнему неблагополучной, почти все территории имели и естественную и миграционную убыль населения за исключением Республики Карелии, которая имела миграционный прирост. Азиатский Север под воздействием мер демографической политики сохранил общий положительный прирост населения, который примерно в два раза превысил миграционную убыль населения. Кроме того, впервые восемь территорий из десяти стали иметь положительный естественный прирост населения. Миграционный прирост сохранил лишь Ханты-Мансийский автономный округ.

Объективные и субъективные факторы жизнедеятельности населения северных районов создают трудности в их адаптации, обуславливают предпосылки для сохранения высокого миграционного оборота и низкой приживаемости. Высокая миграционная подвижность населения поддерживает существование здесь достаточно молодой возрастной структуры. Если в среднем по России в 2010 году доля лиц старше трудоспособного возраста составляла 21,6%, то в районах Крайнего Севера всего лишь 15,2%.

В последние годы, наряду с отрицательным естественным приростом, свой вклад в убыль населения вносит и миграция. Однако структура миграционных потоков по-прежнему способствует поддержанию на Севере более молодой возрастной структуры. Так, среди прибывших с 2005 по 2010 гг. шло уменьшение доли лиц старших возрастов и увеличение доли трудоспособных. В структуре выбывших уменьшалась доля молодых возрастов при одновременном увеличении доли старших. Структура миграционного прироста по возрастам также показывает свое положительное влияние на возрастную структуру населения (см. табл.).

Таблица

Возрастной состав мигрантов северных субъектов в 2005 и 2010 гг., %

Безымянный 

В районах Севера намного выше российского уровня доля трудоспособного населения. Она составляет здесь 66,0% против 62,3% для России в целом (на 01.01.2010 г.). Максимальна доля трудоспособного населения в районах азиатского Севера (67,0%), где самые тяжелые условия труда и жизни. В число территорий, где доля трудовых ресурсов выше среднего, входит Камчатский край, а также Ханты-Мансийский, Чукотский и Ямало-Ненецкий автономные округа.

Пути решения демографических и миграционных проблем российского Севера

На российском Севере в демографическом развитии и обеспечении отраслей народного хозяйства трудовыми ресурсами складывается крайне неблагоприятная ситуация, и если для ее исправления не приложить максимум усилий, в первую очередь со стороны государства, то последствия могут быть самыми плачевными. Это касается заселенности стратегически и геополитически важных земель, наполняемости бюджета, сохранения уникальности северных народов. Демографический кризис подтолкнул организации искать иные пути привлечения и развития трудовых ресурсов через их развитие, образование. Необходимо отметить, что образовательный уровень населения региона улучшается, если он имеет положительное сальдо миграции и, наоборот, ухудшается, если происходит отток населения. В настоящее время Север теряет население и, как следствие, он теряет наиболее образованную его часть.

В этих условиях нужен принципиально новый социально-экономический механизм привлечения и закрепления населения во вновь осваиваемых районах Севера. Необходимо найти точки соприкосновения для согласования интересов государства, общества, семьи и личности в этом вопросе. Для привлечения и закрепления населения и, в первую очередь молодежи, во вновь осваиваемых районах Севера необходимо предложить комплекс экономических стимулов и социальных гарантий, позволяющих сделать Север России привлекательным и конкурентоспособным для жизненных стратегий населения страны. В качестве рабочих инструментов могли бы стать «Концепция молодежной миграционной политики», «Экономический механизм кредитования демографических и миграционных мер привлечения и закрепления молодежи во вновь осваиваемые районы Севера» и ряд других. В настоящее время подобных документов нет.

В ближайшее время необходимо предложить и обосновать законодательные инициативы, перечень экономических стимулов и социальных гарантий, направленных на привлечение и закрепление населения во вновь осваиваемые районы Севера, разработать эффективный механизм финансирования мероприятий, связанных с решением демографических и миграционных проблем российского Севера, предложить уровни ответственности и размер финансирования демографических и миграционных мероприятий по привлечению и закреплению молодежи в районы Севера.


Издание научных монографий от 15 т.р.!

Издайте свою монографию в хорошем качестве всего за 15 т.р.!
В базовую стоимость входит корректура текста, ISBN, DOI, УДК, ББК, обязательные экземпляры, загрузка в РИНЦ, 10 авторских экземпляров с доставкой по России.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241



Источники:
1. Фаузер В.В., Республика Коми в XX веке: демография, расселение, миграция / В.В. Фаузер, Е.Н. Рожкин, Г.В. Загайнова. – Сыктывкар, 2001.
2. Социально-демографическая характеристика населения Коми АССР / Коми республиканское управление статистики. – Сыктывкар, 1990.
3. Миграция населения. Вып. 1: Теория и практика исследования. Приложение к журналу «Миграция в России» / Под ред. О.Д. Воробьевой. – М., 2001.
4. Рыбаковский Л.Л. Миграция населения: вопросы теории / Л.Л. Рыбаковский. – М.: ИСПИ РАН, 2003.