Социальная деятельность градообразующих предприятий монопрофильных территорий (на примере центра социальных программ РУСАЛа и города Шелехова)

Зимина Е.В., Нефедьева Е.И., Попова Е.А.
Social activity of monotown enterprises (on the example of the center for social programs of RUSAL and Shelekhov town) - View in English

 Скачать PDF

Аннотация:
В статье отражена проблема социального взаимодействия трех сторон: субъектов местного самоуправления монопрофильной территории, градообразующего предприятия и местного населения. Особо выделена роль граждан при решении социально-значимых вопросов на территории проживания. Представлены результаты социологического опроса жителей одного из моногородов Иркутской области на предмет оценки социальной активности и участия в реализации социальных программ и проектов территории. Выявлены теоретические и правовые подходы к определению понятий «моногород» и «градообразующее предприятие». Обозначены особенности и проблемы сотрудничества представителей бизнеса, местных сообществ и органов государственной власти монопрофильных территорий при осуществлении социально-ориентированных направлений совместной деятельности. Предложены отдельные перспективные меры по активизации социальной деятельности моногородов, повышению социальной инициативы граждан, представителей бизнеса и власти

JEL-классификация:

Цитировать публикацию:
Зимина Е.В., Нефедьева Е.И., Попова Е.А. Социальная деятельность градообразующих предприятий монопрофильных территорий (на примере центра социальных программ РУСАЛа и города Шелехова) // Креативная экономика. – 2020. – Том 14. – № 8. – С. 1625-1644. – doi: 10.18334/ce.14.8.110768

Zimina, E.V., Nefedyeva, E.I., & Popova, E.A. (2020) Social activity of monotown enterprises (on the example of the center for social programs of RUSAL and Shelekhov town). Kreativnaya ekonomika, 14(8), 1625-1644. doi: 10.18334/ce.14.8.110768 (in Russian)

Приглашаем к сотрудничеству авторов научных статей

Публикация научных статей по экономике в журналах РИНЦ, ВАК (высокий импакт-фактор). Срок публикации - от 1 месяца.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241




Введение

Население любого поселения выступает заинтересованной стороной в практическом воплощении программ и проектов по улучшению качества жизни. Оно представлено различными группами, например горожанами, на которые могут непосредственно повлиять результаты принимаемых решений, местные жители, городские сообщества, активисты, предприниматели, инвесторы, администрации градообразующих предприятий.

В условиях же небольших городов с крупными предприятиями одним из важнейших факторов развития социальных инициатив является взаимодействие крупного промышленного предприятия и местной власти. На базе крупных предприятий создаются центры по взаимодействию с населением и властями в решении социально значимых проблем. Поэтому весьма актуальными становятся исследования эффективности взаимодействий, оценка готовности населения к участию в социально значимых программах, социальной активности населения небольших городов, их осведомленности о реализуемых программах на территории муниципальных образований [1] (Karpikova, Nefedeva, 2016).

Актуальность работы заключается в необходимости изучения социальной активности населения небольших городов, их осведомленности о реализуемых программах на территории муниципальных образований.

Цель исследования – изучение особенностей реализации социальных программ, реализуемых градообразующим предприятием.

Объектом исследования является население города Шелехов Иркутской области. Предметом исследования являются проблемы взаимодействия градообразующего предприятия и инициативных групп и отдельных лиц в реализации социально ориентированных программ.

Гипотезы исследования: основной проблемой реализации социально-ориентированных программ, реализуемых градообразующим предприятием, является незаинтересованность населения в участии в социальных инициативах.

Научной новизной является методика и инструментарий социологического интервью для выявления проблем взаимодействия социально активных граждан и центра по поддержке социальных инициатив, созданного на предприятии «РУСАЛ»; а также рекомендации по мотивации и поддержке социальных инициатив в рамках реализуемых на градообразующем предприятии социально ориентированных программ.

Основная часть

Исторически сложилось, что индустриализация в России сопровождалась созданием поселений, городов, в основе которых функционировало одно предприятие, которое реализовывало один вид деятельности, то есть формировались моногорода – города, зависящие от одного или нескольких предприятий, послуживших их возникновению.

Следует отметить, что в настоящее время в российских правовых актах отсутствует четкое определение термина «моногород». Анализируя специальную литературу, можно выделить два основных подхода к определению сущности моногорода.

Во-первых, существует определение моногорода «по количественным критериям» (доля градообразующего предприятия в валовом территориальном продукте всех предприятий города, доля занятости на градообразующем предприятии, доля налоговых поступлений от градообразующего предприятия в муниципальный бюджет и другое).

Во-вторых, существует определение моногорода через его качественные сущностные признаки. Так, В. Рувинский по вопросу о сущности моногорода отмечает, что «законодательно это понятие четко не закреплено: в одном законе говорится о 30% населения, занятого на одном предприятии, в другом – 25%» [2].

По мнению А.В. Якимова, «к категории монопромышленных городов следует относить только те города, доля одной из отраслей в суммарном выпуске промышленности которого превышает 50%» [3, с. 15] (Yakimov, 2009, р. 15).

Е.Г. Аминица приводит другие количественные критерии отнесения города к категории монопромышленных. В частности, «город можно называть монопрофильным, если на одном или нескольких однотипных предприятиях, относящихся к одной отрасли и обслуживающих узкий сегмент отраслевого рынка, работает не менее 30% общего числа работающих на предприятиях города и составляет с учетом их семей не менее 50% численности населения» [4].

А.Т. Коновалова считает, что «важнейшей объективной экономической предпосылкой формирования многих моногородов является необходимость концентрации узкоспециализированного производства, что предоставляет возможность снижения издержек, активных отраслевых НИОКР и др. Также формирование моногородов часто являлось следствием целенаправленной государственной политики …». «Однако, специализированная структура экономики моногородов является и определенным конкурентным преимуществом, и одновременно фактором риска» [5] (Konovalova, 2012).

Таким образом, можно дать такое определение исследуемой категории: «моногород – это город, социально-экономическое развитие которого существенным образом зависит от эффективности одного или нескольких однотипных либо технологически неразрывно связанных друг с другом предприятий». В данном определении нашел отражение важнейший признак любого моногорода – «сильная зависимость всех сфер социально-экономического развития от функционирования одного или в отдельных случаях нескольких градообразующих предприятий» [6, с. 16] (Maslova, 2011, р. 16).

В нормативно-правовых документах, таких как постановление Правительства от 29 июля 2014 года № 709, используется понятие «монопрофильное муниципальное образование». Данное понятие охватывает не только города, но и иные территории, не имеющие статуса города, но являющиеся монопрофильными. В данном постановлении утверждены критерии отнесения муниципального образования к монопрофильному:

¾ муниципальное образование имеет статус городского округа или городского поселения, за исключением муниципальных образований, в которых в соответствии с законом субъекта Федерации находится законодательный (представительный) орган власти субъекта Федерации;

¾ численность населения муниципального образования превышает 3 тыс. человек;

¾ численность работников градообразующей организации достигала в период пяти лет, предшествующих дате утверждения перечня моногородов, 20% среднесписочной численности работников всех организаций, осуществляющих деятельность на территории муниципального образования;

¾ осуществление градообразующей организацией деятельности по добыче полезных ископаемых (кроме нефти и газа) и (или) производству и (или) переработке промышленной продукции. [1]

Фактически термины «моногород» и «монопрофильное муниципальное образование» являются синонимами, используемыми исследователями в равной мере.

С нормативно-правовой точки зрения конъюнктура моногородов регулируется следующими актами. Приказ «Об организации в Минэкономразвития России ведения комплексного мониторинга социально-экономического положения монопрофильных муниципальных образований Российской Федерации (моногородов)». Данный нормативно-правовой документ направлен на своевременное выявление рисков ухудшения социально-экономического положения в моногородах и подготовку предложений по дополнительным мерам государственной поддержки моногородов. [2]

В 2014 г., в соответствии с решением наблюдательного совета Внешэкономбанка, создан Фонд развития моногородов с функцией проектного офиса по реализации инвестиционных проектов в моногородах.

Создана Приоритетная программа «Комплексное развитие моногородов», направленная на снижение зависимости моногородов от работы градообразующих предприятий. Срок реализации программы: с ноября 2016 года по декабрь 2025 года (включительно) [3] [10] (Oborin, Sheresheva, Ivanova, 2018).

Принятие Федерального закона РФ от 29 декабря 2014 г. № 473 «О территориях опережающего социально-экономического развития (ТОСЭР) в Российской Федерации» (вступил в силу в июле 2015 г.). Создание таких территорий направлено на диверсификацию экономики городов и повышение их инвестиционной привлекательности. Они могут создаваться на территориях всех моногородов.

Министерством экономического развития Российской Федерации составлен «Единый перечень мер поддержки монопрофильных муниципальных образований Российской Федерации (моногородов)». [4] В него входят 95 мер поддержки.

Распоряжение Правительства РФ от 29.07.2014 № 1398-р приводит перечень муниципальных образований, попадающих в группу моногородов. Этот список включает 319 городов. [5] В зависимости от сложности социально-экономической обстановки в постановлении выделяются три категории моногородов [6]:

1) города с наиболее сложным социально-экономическим положением (красная зона, включает 94 моногорода);

2) города с рисками ухудшения социально-экономического положения (желтая зона, включает 154 моногорода);

3) города со стабильной социально-экономической ситуацией (зеленая зона, наименьшая из трех групп, включает 71 моногород).

Наблюдается взаимовлияние монотерриторий и градообразующих предприятий. «Социально-экономическая среда моногородов формируется непосредственно градообразующими предприятиями, уровень развития и качественные характеристики ее оказывают значительное влияние на уровень жизни населения. В свою очередь, развитие экономической, социальной инфраструктуры, политика муниципалитета и региональных властей, инвестиционная привлекательность территории и другие факторы формируют среду функционирования градообразующего предприятия» [1] (Karpikova, Nefedeva, 2016).

В современной научной литературе моногород трактуется как «муниципальное образование, значительная часть трудоспособного населения которого вовлечена в трудовые отношения с определенным предприятием, которое называется градообразующим». Определение моногородов дается Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в котором зафиксировано, что «градообразующими признаются предприятия, численность работников которых с учетом членов их семей составляет не менее 25% от численности населения соответствующего населенного пункта». [7]

В настоящее время города с градообразующими предприятиями, расположенными на их территориях, занимают значительное место в российской экономике, составляя около 1/3 всей промышленной продукции России. Специфика таких предприятий – монопрофильность. Это означает, что одна ведущая компания полностью обеспечивает выполнение внешних функций города. Недостатком монопрофильности является то, что, по сравнению с возможностями, имеющимися в многопрофильном городе, для жителей данного территориального поселения такие возможности ограничены, так как от результатов деятельности данного предприятия, его финансового состояния и благополучия зависят [7, с. 30] (Maslova, 2009, р. 30):

¾ наполняемость бюджета данного муниципального образования;

¾ благосостояние его населения (в том числе и работников градообразующего предприятия);

¾ уровень социальных услуг этого муниципалитета.

Развитие такого муниципального образования полностью зависит от правильной организации социально-экономических отношений между городом и этим градообразующим предприятием. В значительной степени именно состояние градообразующего предприятия определяет, к какой группе будет отнесен конкретный моногород. [8]

Таким образом, стратегия развития моногородов, да и региона в целом главным образом зависит от деятельности градообразующих предприятий. Финансовое благополучие градообразующего предприятия напрямую влияет на социальную среду монопрофильного муниципального образования. [8, с. 197]

Помимо того, что «градообразующее предприятие обеспечивает занятость большинства населения моногородов и определяет уровень оплаты труда, оно выполняет важнейшую роль в социальном развитии городов своего присутствия, осуществляет значительные инвестиции из собственных доходов для поддержания достойного уровня городской среды, обеспечения социальной стабильности на территории. В основном градообразующие предприятия являются владельцами жизненно важных для территории социальных предприятий, которые не переданы в ведение субъекту местного самоуправления муниципального образования» [9] (Petrina, 2015).

Научное эмпирическое исследование

Рассмотрим социальную деятельность центра социальных программ в регионах присутствия объединенной компании «РУСАЛ», которая является градообразующим предприятием города Шелехова. [9]

Деятельность центра социальных программ в регионах присутствия объединенной компании РУСАЛ «способствует развитию партнерства власти, бизнеса и общества, привлекает жителей к участию в решении социальных проблем, поддерживает инициативы в области благотворительности и добровольчества» [11, с. 342] (Vinokurov, Sukhodolov, 2011, р. 342).

Цель деятельности центра социальных программ – поддержка социально-экономического развития территорий, помощь в реализации местных социальных инициатив, направленных на улучшение уровня и качества жизни граждан в регионах деятельности компании.

Задачи центра социальных программ:

¾ анализ социальной обстановки в регионах присутствия;

¾ активизация социального партнерства;

¾ поддержка социальных проектов, инициированных гражданами;

¾ развитие культуры благотворительности и добровольчества;

¾ управление социальными программами компании в соответствии с потребностями жителей регионов присутствия;

¾ мотивация разработки проектов и программ в регионах присутствия.

На Иркутском алюминиевом заводе («РУСАЛ») действует целый ряд социальных программ. В 2002 году компания «РУСАЛ» присоединилась к международной инициативе ООН – Глобальному договору, согласно которому одним из необходимых условий развития бизнеса является соблюдение принципов социальной ответственности бизнеса. Одним из механизмов реализации этой глобальной инициативы и стал Центр социальных программ.

Центр социальных программ РУСАЛа является уникальным субъектом, сформированным в целях совершенствования и повышения эффективности реализации социальных проектов и программ, приближения их результатов до потребностей жителей конкретных регионов [12, с. 140–145] (Tsykunov, 2017, р. 140–145).

Центр помогает строить партнерские отношения между органами государственной власти, общественными объединениями, жителями и бизнес-сообществами в регионах присутствия компании, реализует образовательные программы в области социальных технологий и социального предпринимательства, самостоятельно разрабатывает социально значимые проекты. Находясь в постоянном диалоге с местными сообществами, а также анализируя входящие запросы и предложения, центр социальных программ определяет основные проблемы и потребности населения и разрабатывает план действий, направленный на улучшение качества жизни [13, с. 71–79] (Kolodina, 2014, р. 71–79).

В настоящее время ЦСП реализует четыре программы социальных инвестиций: «Территория РУСАЛа», «Помогать просто», «Школа городских изменений» и «Социальное предпринимательство». Все они направлены на повышение качества социальной инфраструктуры, развитие городской среды, вовлечение жителей в совместную добровольческую и общественно полезную деятельность, а также на подготовку будущих лидеров городских изменений и развития социального предпринимательства. [10]

1. «Территория РУСАЛа» – программа социально-экономического развития территорий, которая предполагает комплексный стратегический подход к реализации лучших проектов инфраструктурных изменений как всего города, так и конкретного микрорайона, дома или двора. Программа призвана сделать жизнь людей максимально комфортной и интересной благодаря появлению новых общественных и культурных пространств, модернизации объектов социальной инфраструктуры и проведению культурных, развивающих и спортивных мероприятий.

Это и современные спортивные площадки, и электронные библиотеки, и лаборатории прототипирования, моделирования и робототехники, и многое другое. Кроме того, программа дает возможность активным жителям реализовать свои инициативы, направленные на поддержку спорта и здорового образа жизни, добровольчества, туризма и развития молодежи.

2. Программа «Помогать просто» направлена на достижение одной из приоритетных целей социальных инвестиций РУСАЛа – развитие корпоративного и общегородского волонтерства. Она создана, чтобы каждый активный и неравнодушный житель мог реализовать себя через волонтерские проекты, помогая некоммерческим организациям, социальным, образовательным и медицинским учреждениям, детям, инвалидам, ветеранам и пожилым людям.

3. «Школа городских изменений» – это образовательный проект, который направлен на выявление, обучение и развитие лидеров городских изменений. Цель – подготовить активных жителей и представителей созидательных сообществ горожан к разработке и эффективной реализации инициатив и проектов, связанных с решением актуальных социальных проблем и развитием городской среды. Направления «Школы городских изменений»:

- Социальное предпринимательство. Позволяет разрабатывать, реализовывать и масштабировать социально ориентированные бизнес-проекты.

- Социальное проектирование. Связано с разработкой проектов, направленных на решение социальных проблем, развитие городских пространств и местных сообществ.

- Волонтерство. Направлено на развитие компетенций и способов организации волонтерской деятельности, развитие ценностей волонтерства, личного участия в решении социальных проблем территории, развитие волонтерского движения.

- Городская среда. Связано с созданием значимых общественных пространств, формированием и развитием городских брендов, исследованием городских пространств, разработкой экскурсионных маршрутов, привлекательных для туристов и горожан.

4. Развитие социального предпринимательства – это направление социальных инвестиций компании «РУСАЛ», основная задача которого – решать социальные проблемы, повышая уровень социальной активности. [11]

Для поддержки потенциальных социальных предпринимателей открыты следующие направления деятельности:

1. Школа социального предпринимательства, где участники изучают особенности социальных предпринимательских проектов, основы бизнес-планирования и управления предприятием.

2. Институт наставничества, где участники могут проконсультироваться с опытными предпринимателями.

3. Клуб резидентов, направленный на привлечение консультантов и специалистов разных областей и проведение коммуникационных мероприятий по тематике социального предпринимательства.

Представим результаты социологического исследования осведомленности жителей города Шелехова о проведении мероприятий по поддержке социальных инициатив, о развитии социальной активности граждан.

Целью исследования является определение возможности дальнейшего улучшения реализуемых практик организации взаимодействия градообразующих предприятий, местных властей и населения в целях активизации потенциала неравнодушных граждан и общественных групп, а также улучшения уровня и качества жизни населения в целом.

Объектом исследования выступили местные жители города Шелехова. Численность населения города Шелехова – 47 906 человек. В исследовании приняли участие 80 человек.

Предмет исследования – мнение населения об уровне социальной активности жителей в городе Шелехов.

Основным методом получения эмпирической информации стал социологический опрос населения в форме стандартизованного интервью.

Первый вопрос исследования «Считаете ли Вы себя социально активным человеком?» был направлен на выявление уровня социальной активности горожан или, другими словами, доли граждан, считающих себя социально активными. В результате выявлено, что социально активными себя считают 22,5% опрошенных. Большая часть отвечавших (43,75%) считают себя «в какой-то мере активными». Не считают себя активными 33,75% опрошенных.

Данное распределение ответов может быть связано с непониманием людей понятия социальной активности. Социальная активность – это сознательная деятельность личности, направленная на участие в социальных процессах и на изменение окружающих социальных условий.

Следующий вопрос «Оцените Вашу степень социальной активности по 5-балльной шкале?» был направлен на оценку степени проявления индивидуальной социальной активности респондентов (табл. 1). Активность определялась по 5-балльной шкале: 5 – наиболее социально активен, 1 – социально не активен.

Таблица 1

Оценка степени социальной активности по 5-балльной шкале

Варианты ответов
Количество ответивших
Процент ответивших
1
17
21,25
2
10
12,50
3
29
36,25
4
17
21,25
5
7
8,75
Источник: составлено автором.

Из таблицы 1 видно, что только 8,8% опрошенных максимально оценили свою социальную активность – 5 баллов, большинство (36,25 %) выбрали средний уровень активности – 3 балла. Если сравнить крайние позиции, то получается, что тех респондентов, которые оценили проявление личной социальной активности на 4 и 5 баллов (30%), меньше тех, кто выбрал для оценки 1 и 2 балла (33,8%).

Третий вопрос «Какая сфера жизнедеятельности наиболее нуждается в проявлении социальных инициатив?» был направлен на выявление областей общественной жизни, которые в большей мере нуждаются в социальных инициативах. Сферы были выделены из программ РУСАЛа. Таким образом, благодаря ответам на данный вопрос можно отследить, какая из программ, реализуемая Центром социальных программ РУСАЛа, наиболее востребована (табл. 2).

Таблица 2

Соотношение сфер жизнедеятельности и программ РУСАЛа [12]

Сфера
Реализуемая программа
Развитие городской среды
Территория РУСАЛа
Развитие корпоративного и общегородского волонтерства
«Помогать просто»
Выявление, обучение и развитие лидеров городских изменений
Школа городских изменений
Реализация и расширение социального предпринимательства
Развитие социального предпринимательства

Распределение ответов на третий вопрос следующее. Программа «Территория РУСАЛа», направленная на «Развитие городской среды», более востребована среди населения: 65% опрошенных ответили, что именно развитие городской среды является наиболее важной сферой для реализации социальных инициатив. На втором месте, согласно мнению респондентов, находятся программы «Развитие корпоративного и общегородского волонтерства» и «Выявление, обучение и развитие лидеров городских изменений», на них указали по 14% и 16% опрошенных соответственно. Мало голосов поддержки со стороны населения получила программа «Развитие социального предпринимательства» (5%).

Следующий вопрос «Знаете Вы, что в Вашем городе реализуются программы по поддержке социальных инициатив населения?» был направлен на исследование осведомленности населения о реализации программ, направленных на поддержку социальных инициатив. Как показали результаты опроса, большая часть респондентов (76%) не осведомлены о деятельности РУСАЛа по поддержке социальных инициатив. Многие опрошенные не предполагали, что такое крупное предприятие, как «РУСАЛ», реализует какие-либо социальные программы, тем более на территории Шелеховского городского поселения. Осведомлены об этом оказались только 18% опрошенных.

Пятый вопрос «Готовы ли Вы участвовать в социально ориентированных проектах и программах, реализуемых на территории Вашего города?» был направлен на выявление заинтересованности населения в участии в различных социальных проектах и программах. Более половины участников опроса (56,3%) затруднились с ответом и не выразили своего мнения по данному вопросу. Треть респондентов (32,5%) выразили готовность принимать личное участие в реализации социально ориентированных программ. Наименьшее число респондентов выразили нежелание как-либо участвовать в социальной жизни города (11,3%).

По итогам проведенного опроса можно сделать следующие выводы [14, с. 121–129] (Polyakova, Zaleshin, Polyakov, 2020, р. 121–129). Необходимо:

1. Совершенствовать информационно-коммуникационную составляющую. Создавать каналы активного взаимодействия центра социальных программ, населения и органов местного самоуправления.

2. Проводить открытые слушания социальных проектов, участвующих в программах. Показывать населению пример участия, мотивировать жителей для участия в программах.

3. Налаживать контакт с потенциальными участниками.

4. Проводить обучающие семинары по составлению проектов, возможностям участия и самореализации через инициативность.

5. Разрабатывать мотивационные составляющие для активизации гражданских инициатив.

6. Проводить социологические исследования для изучения необходимости модернизации программ, заинтересованности населения в реализации социальных инициатив, а также для конкретизации целей, для конкретизации сфер жизнедеятельности, нуждающихся в изменениях.

7. Возникает необходимость более плотного сотрудничества между градообразующим предприятием и администрацией муниципального образования для реализации социальных инициатив. [13]

Развивая и в дальнейшем социально ориентированную деятельность градообразующего предприятия, повышая интерес населения к проявлению социальных инициатив, развитию социального предпринимательства, можно добиться улучшения показателей уровня и качества жизни жителей муниципального образования.

Заключение

Таким образом, обозначим основные направления дальнейшего развития взаимодействий градообразующих предприятий и монопрофильных муниципальных образований.

Информационно-коммуникационная составляющая является одной из ведущих. Содержит результаты мониторинга социально-экономического развития города (на основе статистических данных и социологических исследований). В частности, необходим акцент на изучении публичного спроса на социальную активность частного сектора: «общественный запрос не сформулирован, публичные представления о справедливости искажены, круг заинтересованных лиц сводится в основном к государству и собственникам, слабы механизмы публичного информирования и общественного признания социальной деятельности компаний».

Простота, открытость и доступность информации. «Гражданин будет инициативен и лично заинтересован, если будет знать подробности намечаемой деятельности органов власти, в том числе цели, задачи, сроки, условия реализации социальных проектов и программ, источники и размеры вовлекаемых ресурсов, последствия и результаты. Он должен понимать, как и насколько может каждый горожанин повлиять на результаты проектов, на каком этапе и как именно может поучаствовать в деятельности. При этом важно иметь доступ к документам, результатам социологических опросов и публичных слушаний».

Одинаковые условия участия для всех стейкхолдеров. При реализации социальных программ, организации грантовых конкурсов не должно быть «избранных» или «удобных» участников. «Право участвовать в решении общественно значимых задач должно быть у всех местных жителей, несмотря на конфликты интересов».

Гибкие условия партнерского взаимодействия. У горожан должна быть возможность быть вовлеченными, участвовать в процессе разработки и реализации муниципальных или региональных социальных программ и проектов. Это может быть в разных формах, в т.ч.: опросы, общественные слушания, интервью, фокус-группы, мастерские по разработке дизайн-проекта, проектные семинары, встречи и общественные обсуждения. Современные информационные технологии, предполагающие онлайн-форматы взаимодействия с населением (через интерактивные сайты, специальные приложения, опросы, группы в социальных сетях), позволяют учитывать мотивацию, предпочтительные формы коммуникации и дают возможность горожанам следить за ходом проекта, обсуждать на форумах и участвовать в голосованиях, т.е. более активно включаться в процесс принятия ответственных решений местных властей и градообразующего предприятия [15, с. 781–787] (Karpikova, Nefedeva, Moskalenko, 2015, р. 781–787).

Вовлечение граждан в совместную деятельность на ранних этапах открывает для них реальные возможности обеспечить учет общественных запросов и повлиять на конечный результат социальной деятельности. Важен реальный результат участия. «Гражданская инициатива предполагает готовность человека вкладывать собственные ресурсы в совместную работу (время, имущество, финансы, компетенции, интеллект, эмоции). Участники должны иметь возможность видеть, как их решения влияют на общий результат».

Необходимость поддержки граждан, желающих открыть собственное дело. Существуют механизмы такой поддержки со стороны муниципальных структур, но «недостаточная осведомленность населения о ее формах и возможностях говорит либо о неэффективности информационных каналов либо об отсутствии действенных мер со стороны муниципальных администраций в сфере поддержки предпринимательской активности» [16, с. 7] (Sanina, 2014, р. 7).

Социальные программы бизнеса, направленные на развитие территорий присутствия, можно сделать более эффективными. «Во-первых, ориентация на достижение значимого социального результата при соблюдении бизнес-интересов компании или так называемого бизнес-эффекта. Во-вторых, разработка и реализация социальной программы в результате совместной работы компании, органов государственной власти и регионального самоуправления, основанная на принципах социального партнерства, а не в качестве отклика на «просьбы из территорий». В-третьих, использование инновационного подхода, направленного на поддержку новых социальных технологий, и современных механизмов управления, прежде всего конкурсное распределение средств, долевое финансирование, мониторинг и оценка социальных и экономических результатов» [17, с. 13] (Skorobogatova, Baldina, 2015, р. 13).

Зависимость территории от градообразующего предприятия часто является проблемой. «Участие предприятий в социальной сфере моногородов сопровождается ростом бюджетов социальных программ, но также и ростом взаимных ожиданий органов региональной и местной власти и бизнеса. Рост ожиданий органов власти от бизнеса может привести к тому, что социальные программы бизнеса могут восприниматься как обязательное, а не добровольное участие компаний в развитии социальной сферы территорий. Такая позиция может привести к усилению давления на предпринимательский сектор со стороны органов власти, выраженное в феномене «добровольно-принудительной благотворительности», результатом которой является снижение эффективности социальных программ бизнеса. В свою очередь, у бизнеса, финансирующего социальную сферу, растет недовольство тем, как органы власти расходуют бюджетные средства и управляют социальной сферой» [18, с. 9] (Shupletsov, Nechaeva, 2015, р. 9).

В настоящее время «недостаточно разработана законодательная база, регулирующая деятельность градообразующего предприятия, его взаимодействия с муниципальным образованием, обязанности такого предприятия перед моногородом. Это приводит к низкой результативности работы муниципальных органов управления и градообразующего предприятия». Следовательно, еще одним направлением совершенствования социально-экономического взаимодействия органов местного самоуправления и градообразующих предприятий является формирование такой нормативно-правовой базы.

[1] Постановление Правительства РФ от 29 июля 2014 г. № 709 «О критериях отнесения муниципальных образований Российской Федерации к монопрофильным (моногородам) и категориях монопрофильных муниципальных образований Российской Федерации (моногородов) в зависимости от рисков ухудшения их социально-экономического положения»

[2] Приказ Минэкономразвития России от 26.12.2014 № 854 «Об организации в Минэкономразвития России ведения комплексного мониторинга социально-экономического положения монопрофильных муниципальных образований Российской Федерации (моногородов)» (с изменениями на 24 сентября 2018 года)

[3] Паспорт приоритетной программы Комплексное развитие моногородов (утв. президиумом Совета при Президенте РФ по стратегическому развитию и приоритетным проектам, протокол от 30.11.2016 № 11)

[4] Министерство экономического развитии Российской Федерации – Официальный сайт [Электронный ресурс] Режим доступа: http://economy.gov.ru/minec/activity/sections/econReg/monitoringmonocity (дата обращения: 06.05.2019)

[5] Обзор российских моногородов // Аналитический доклад Института комплексных стратегических исследований. Июнь 2017 г. Режим доступа: https://icss.ru/images/pdf/research_pdf/MONOTOWNS.pdf (дата обращения: 15.01.2018).

[6] Постановление Правительства РФ от 29 июля 2014 г. № 709 «О критериях отнесения муниципальных образований Российской Федерации к монопрофильным (моногородам) и категориях монопрофильных муниципальных образований Российской Федерации (моногородов) в зависимости от рисков ухудшения их социально-экономического положения»

[7] Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 27.12.2018) «О несостоятельности (банкротстве)» (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2019)

[8] Поддержка моногородов России // Официальный сайт Внешэкономбанка. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.veb.ru/strategy/region/mono/ (дата обращения: 17.06.2020)

[9] Центр социальных программ РУСАЛа – Официальный сайт [Электронный ресурс] Режим доступа: https://fcsp.ru/ (дата обращения: 11.06.2020).

[10] Итоги социально-экономического развития города Шелехова за 2018 год [Электронный ресурс] // Город Шелехов – Официальный сайт – Режим доступа: http://www.gorod-shelehov.ru/napravleniya-raboty/ekonomika-i-finansy/sotsialno-ekonomicheskoe-razvitie-goroda/

[11] Центр социальных программ РУСАЛа – Официальный сайт [Электронный ресурс] Режим доступа: https://fcsp.ru/ (дата обращения: 11.06.2020).

[12] Центр социальных программ РУСАЛа – Официальный сайт [Электронный ресурс] Режим доступа: https://fcsp.ru/ (дата обращения 11.06.2020).

11 Концепция социально-экономического развития Шелеховского района на 2013–2020 годы [Электронный ресурс] // Шелеховский район – Официальный сайт – Режим доступа: http://www.sheladm.ru/qa/875.html (дата обращения 15.05.2020)



Издание научных монографий от 15 т.р.!

Издайте свою монографию в хорошем качестве всего за 15 т.р.!
В базовую стоимость входит корректура текста, ISBN, DOI, УДК, ББК, обязательные экземпляры, загрузка в РИНЦ, 10 авторских экземпляров с доставкой по России.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241



Источники:
1. Карпикова И.С. Нефедьева Е.И. Монопрофильные территории: характеристика социальной ситуации и возможных перспектив населения Социология и общество: социальное неравенство и социальная справедливость [Электронный ресурс]: материалы V Всероссийского социологического конгресса, Москва-Екатеринбург, 19-21 октября 2016 года.
2. Рувинский В. В. Проблемы моногородов не решить без структурных изменений экономики. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.rb.ru/topstory/politics/2010/08/06/213326.html (дата обращения: 10.07.2020)
3. Якимов А. В. Современные проблемы развития территорий // Вестник УрГу. 2009. № 3.
4. Аминица Е. Г. Памятка по разработке основных (приоритетных) направлений реструктуризации экономики моногородов [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.rosdeputat.ru/publications/view/19 (дата обращения: 15.07.2020)
5. Коновалова Т.А. К вопросу о понятии, сущностных чертах и классифи-кации монопромышленных городов/моногородов // Региональная экономика: теория и практика. 2012. №36. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://cyberleninka.ru/article/n/k-voprosu-o-ponyatii-suschnostnyh-chertah-i-klassifikatsii-monopromyshlennyh-gorodov-monogorodov (дата обращения: 24.06.2020)
6. Маслова А. Н. Моногорода в России: проблемы и решения // Проблем-ный анализ и государственно-управленческое проектирование. — 2011. — № 5.
7. Маслова А.Н. Особенности включения градообразующих предприятий России в глобальный экономический обмен // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия Социальные науки. 2009. № 1 (13).
8. Трифонов В.А. Проблемы инновационного развития градообразующих предприятий в условиях монопрофильных городов // Известия Томского политехнического университета. 2014. Т. 309.
9. Петрина Ольга Анатольевна. Государственная поддержка моногородов в России [Электронный ресурс] // Вестник ГУУ. 2015. №6. Режим доступа: https://cyberleninka.ru/article/n/gosudarstvennaya-podderzhka-monogorodov-v-rossii (дата обращения: 16.07.2020)
10. Оборин Матвей Сергеевич, Шерешева Марина Юрьевна, Иванова Светлана Анатольевна Анализ результатов государственной поддержки и тенденций развития моногородов РФ [Электронный ресурс] // Государственное управление. Электронный вестник. 2018. №68. Режим доступа: https://cyberleninka.ru/article/n/analiz-rezultatov-gosudarstvennoy-podderzhki-i-tendentsiy-razvitiya-monogorodov-rf (дата обращения: 17.07.2020)
11. Винокуров М. А. Города Иркутской области / М. А. Винокуров, А. П. Суходолов; БГУЭП. - 2-е изд., испр. и доп. - Иркутск : Изд-во БГУЭП, 2011.
12. Цыкунов Григорий Александрович. Моногорода Иркутской области: современное состояние // Известия БГУ. 2017. Т. 27, №2.
13. Колодина Е.А. Трансформация региональной экономической политики на примере Иркутской области // Известия БГУ. 2014. - № 4 (96)
14. Полякова Н.В., Залешин В.Е., Поляков В.В. Диагностика комфортности среды проживания в городах: обоснование и формирование методики // Известия БГУ. 2020. Т. 30, № 1.
15. Предпринимательская активность населения моногородов: социологическая оценка проблем и перспектив / И. С. Карпикова, Е. И. Нефедьева, А. А. Москаленко // Известия Иркутской государственной экономической академии (Байкальский государственный университет экономики и права). 2015. Т. 25. № 5.
16. Санина Л.В. Опыт оказания государственной поддержки субъектам ма-лого и среднего предпринимательства в регионах России [Электронный ресурс] // Baikal Research Journal. 2014. - № 3. Режим доступа: http://brj-bguep.ru/reader/article.aspx?id=19113 (дата обращения: 18.06.2020)
17. Скоробогатова Ю.А., Балдина А.А. Роль малого предпринимательства в социально-экономическом развитии МОНОГОРОДов Иркутской области [Элек-тронный ресурс] // Baikal Research Journal. 2015. Т. 6, № 6. Режим доступа: http://brj-bguep.ru/reader/article.aspx?id=20494 (дата обращения: 19.07.2020)
18. Шуплецов А.Ф., Нечаева Е.С. Роль ресурсного потенциала и предпри-нимательских структур муниципальных образований Иркутской области в эффек-тивном развитии региональной экономики [Электронный ресурс] // Baikal Research Journal. 2015. Т. 6, № 4. Режим доступа: http://brj-bguep.ru/reader/article.aspx?id=20265 (дата обращения: 9.07.2020)