Стратегическое планирование и управление городским развитием в условиях новых социальных и экономических вызовов пандемии COVID-19

Курочкин А. В.
Strategic planning and management of urban development in the context of new social and economic challenges of the pandemic COVID-19 - View in English

 Скачать PDF | Загрузок: 14

Аннотация:
Статья посвящена рассмотрению перспектив развития стратегического планирования и управления городами в условиях роста глобальных рисков и нестабильности развития, достигшей своего апогея в ходе пандемии нового коронавируса в 2020 году.
Автор предлагает в качестве базового методологического основания такого планирования избрать социальную синергетику. Конкретным инструментарием планирования и выработки политико-административных стратегий городского развития выступает технология конструирования будущего, заключающаяся в применении краудсорсинговых технологий в процессе анализа различных вариантов развития управляемой системы и достижении общественного консенсуса относительно наиболее эффективных из них. Реализация данной технологии в современных условиях рассматривается автором на примере распределенной сети ситуационных центров, создание и функционирование которых должно быть подчинено как принципам сетевой организации, так и базовым постулатам синергетического подхода к социальному управлению.

JEL-классификация:

Цитировать публикацию:
Курочкин А. В. Стратегическое планирование и управление городским развитием в условиях новых социальных и экономических вызовов пандемии COVID-19 // Креативная экономика. – 2020. – Том 14. – № 7. – С. 1207-1220. – doi: 10.18334/ce.14.7.110674

Kurochkin, A.V. (2020) Strategic planning and management of urban development in the context of new social and economic challenges of the pandemic COVID-19. Kreativnaya ekonomika, 14(7), 1207-1220. doi: 10.18334/ce.14.7.110674 (in Russian)

Приглашаем к сотрудничеству авторов научных статей

Публикация научных статей по экономике в журналах РИНЦ, ВАК (высокий импакт-фактор). Срок публикации - от 1 месяца.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241




Введение

Пандемия COVID-19 чрезвычайно обострила все социально-экономические и политические вызовы, критическая масса которых постепенно копилась в результате текущей четвертой промышленной революции и роста глобальной экономической конкуренции. Первыми явными результатами этого обострения стало углубление цифрового разрыва (как по отдельным социальным и профессиональным группам, так и по географическому принципу), повсеместное сокращение рабочих мест и рост общей безработицы, прекаризация и увеличение количества бедных, причем даже среди тех, кто еще не потерял работу. Эти вызовы породили отнюдь не беспочвенные страхи о том, что пандемия стала лишь триггером, ускорившим неизбежные качественные изменения рынка труда и с ее окончанием ситуация улучшится незначительно и лишь на некоторое время.

Системы государственного управления практически повсеместно оказались не готовы к столь быстрому ухудшению ситуации. Причем их неготовность была предопределена не столько эффектами глобализации и спецификой самой ситуации, сформированной практически неконтролируемым эффектом нарастания снежного кома, сколько отсутствием научно обоснованной системы прогнозирования и поддержки принятия политических решений в подобных условиях. Такая система требует, в свою очередь, прочной методологической базы, обеспечивающей адекватность применяемых методов изменившимся условиям внешней среды, в которой управленческой системе приходится действовать.

В связи с этим основной целью данной статьи является определение методологического основания, наиболее адекватного для обеспечения функций стратегического планирования и проектирования, выделение принципов организации такого планирования в условиях современного города, а также общие предложения по практической реализации стратегического планирования и проектирования в условиях неопределенности и высоких рисков. Несмотря на достаточно обширный пласт литературы, появившейся в последние месяцы и анализирующей различные социально-политические и экономические аспекты текущей пандемии [1, 2, 3] (Pechatkin, 2020; Zabelina, 2020; Tsvetkov, Dudin, 2020), данная проблематика пока раскрыта явно недостаточно, особенно на междисциплинарном уровне исследований.

Социальная синергетика как методологическое основание стратегического планирования и проектирования городского развития

В качестве одного из вариантов такой основы автор предлагает рассмотреть синергетическую методологию, а точнее, отдельную ее ветвь – социальную синергетику, к которой исследователи обращаются сегодня значительно реже, чем 10–15 лет назад.

Методологические основания социальной синергетики были заложены одним из наиболее известных ученых-энциклопедистов XX века, нобелевским лауреатом и основателем брюссельской физико-химической школы И. Пригожиным и его коллегами Г. Николис и И. Стенгерс в работах «Самоорганизация в неравновесных системах: От диссипативных структур к упорядоченности через флуктуации» и «Порядок из хаоса: Новый диалог человека с природой» [4, 5] (Nikolis, Prigozhin, 1979; Prigozhin, Stengers, 1986).

Параллельно развивалась немецкая синергетическая школа, основанная автором самого термина «синергетика» Германом Хакеном. Ее наиболее яркими представителями в сфере анализа социогуманитарных проблем на сегодняшний день являются В. Вейдлих , Г. Ульрих , А. Вандерлин [6, 7, 8, 9] (Weidlich, 1991; Weidlich, 2006; Wischert, Wunderlin, 1993) и др.

Применение постулатов синергетики в различных областях социальных наук: социологии, теории менеджмента, экономической теории, историческом анализе политического процесса и пр. оказалось весьма продуктивным подходом, позволившим совершенно по-новому взглянуть на, казалось бы, хорошо известные процессы и проблемы и впоследствии говорить о возникновении и блестящих перспективах новой синергетической парадигмы развития научного знания в целом.

Рассвет отечественной социальной синергетики пришелся на конец XX – первое десятилетие XXI века и был связан с работами таких исследователей, как Аршинов В.И. [10] (Arshinov, 1999), Делокаров К.Х. [11] (Delokarov, 1997), Курдюмов С.П., Князева Е.Н. [12–15] (Kurdyumov, Knyazeva, 2003; Kurdyumov, Knyazeva, 2002; Knyazeva, Kurdyumov, 1997; Knyazeva, Kurdyumov, 2006), Малинецкий Г.Г. [16, 17] (Malinetskiy, Medvedev, Maevskiy, 2003; Malinetskiy, 2009), Назаретян А.П [18, 19, 20] (Nazaretyan, 2013; Nazaretyan, 2009; Nazaretyan, 1999) и др. Российская синергетическая школа сформировалась тогда на базе Института прикладной математики им. М.В. Келдыша РАН (где этими вопросами наиболее активно занимался отдел моделирования нелинейных процессов), а также института философии РАН.

К концу второго десятилетия XXI века количество публикаций, связанных с методологией социальной синергетики (особенно в аспекте ее практического применения), заметно сократилось. Исключение составили, пожалуй, отдельные теоретические статьи по социальной философии, а также работы Малинецкого Г.Г. и его коллег. В то же время актуальность применения синергетического подхода в социальных науках, напротив, скорее возросла пропорционально многочисленным новым рискам, которые были еще почти незаметны в начале нулевых.

Особое значение синергетическая методология приобретает в сфере развития урбанистики и совершенствования процессов управления городами как наиболее сложноорганизованными и неравновесными элементами системы современного социального управления.

Роль процессов урбанизации и глобальной конкуренции городов в обеспечении высокоэффективной среды и инфраструктуры инновационного развития возрастает год от года. Несмотря на широкое распространение цифровых технологий, многочисленных форматов и средств мобильной связи, делающих виртуальную коммуникацию возможной даже в самых труднодоступных уголках планеты, города продолжают играть роль основных коммуникационных хабов глобальной медиасети, способных продуцировать и распространять новое знание: «Город – это мощная коммуникационная технология, в режиме реального времени обеспечивающая связь между различными лицами и группами, а также быстрое распространение новых идей и практик. Даже в век мгновенной цифровой коммуникации города по-прежнему обеспечивают постоянный контакт с незнакомым, со странным, с другим» [21] (Tsukerman, 2015).

Одна из важнейших функций, выполняемая городами практически во все времена и сегодня приобретшая дополнительную актуальность, заключается в мультиплицировании разнообразия, причудливом сочетании подобно калейдоскопу различных культур, поведенческих стилей, социально-профессиональных групп и пр. В реализации этой функции современного города заключается и его исключительный креативный, творческий потенциал. Города не только являются центрами науки и образования в организационно-институциональном смысле, но и питательной средой, своеобразными чашками Петри, в которой творческий потенциал личности может беспрепятственно раскрыться и получить поддержку. Продуцирование нового знания невозможно без случайного и необычного сочетания многих факторов, описываемого с помощью не столь популярного сегодня в научных трудах термина «серендипность».

В работах классиков социологии (прежде всего Р. Мертона) серендипность рассматривается как возможность случайности, спектр неопределенности взаимодействий, столкновение разнообразных факторов, формируемое средой (в нашем случае – городской), что абсолютно созвучно базовым принципам социальной синергетики: «Пригодным для жизни, стимулирующим творческую активность и в конечном счете безопасным город делают именно случайные встречи…Районы с небольшими кварталами, где пешеходам удобно передвигаться, сочетают в себе жилые, коммерческие и развлекательные функции, там присутствует жизненная энергия, которой нет ни в типовых сугубо жилых районах, ни в центральных кварталах, которые пустеют с закрытием офисов. Источник такой энергии в случайных встречах между людьми, использующими местность для различных целей» [21] (Tsukerman, 2015).

Необходимость учета в управленческой практике значения случайности и непредсказуемого сочетания различных факторов, влияющих на развитие городов, полностью согласуется с такими принципами синергетики, как:

- «движение от хаоса к упорядоченному состоянию через усложнение системы;

- приоритет качественного распределения управленческих усилий в структуре системы над количеством затраченных на управленческое воздействие ресурсов;

- протекание процессов развития через бифуркации (раздвоения);

- нелинейное взаимодействие системы и среды в процессе развития» [22] (Eremeev, Kurochkin, 2014).

Таким образом, ключевой задачей систем управления в неравновесных условиях с высокими рисками, диктуемых текущей пандемией, становится возможность создания стратегической проекции будущего состояния городской инфраструктуры, публичных пространств, пространственного развития города в целом. При этом традиционные методы планирования и проектирования будущего достаточно уязвимы с позиций методологических принципов социальной синергетики, постулирующей непредсказуемость процессов изменения сложных самоорганизующихся систем и предлагающей управленцам «отказаться от искусственного навязывания направлений развития сложноорганизованных систем» [22] (Eremeev, Kurochkin, 2014). Тем более что траектории этого развития предсказать сегодня практически невозможно ввиду огромного количества эндогенных и экзогенных по отношению к управляемой системе факторов, влияющих на нее и взаимовлияющих друг на друга: «Всякая эволюция – это совместная эволюция; отдельные виды и их среды изменяются и эволюционируют по параллельным траекториям, постоянно обмениваясь информацией»… То, что раньше определялось четким разграничением между разумом, телом, населением и средой, теперь смешано, «вытеснено более сложной и нелинейной моделью городского развития в ответ на распространение новых информационных технологий» [23] (Ratti, Koldel, 2017).

Технология конструирования будущего и система распределенных ситуационных центров развития

В качестве методики проектирования будущего, наиболее соответствующей постулатам синергетического подхода, можно предложить так называемое конструирование будущего (futurecraft), или спекулятивное проектирование (speculative design) – процесс, который выступает «катализатором коллективного переосмысления отношения к реальности» и анализирует, какими могли бы быть вещи» [23] (Ratti, Koldel, 2017), изложенный в работе Карло Ратти и Мэтью Колдела «Город завтрашнего дня: сенсоры, сети, хакеры и будущее городской жизни» [23] (Ratti, Koldel, 2017). Здесь необходимо особо подчеркнуть активную (даже скорее проактивную) роль субъекта, осуществляющего проектирование. Он не просто описывает картину будущего, а тестирует ее в публичном пространстве, собирает единомышленников. Таким образом, эффективность данного метода помимо активной позиции субъекта проектирования в значительной степени зависит от публичности и степени вовлеченности в этот процесс всех групп стэйкхолдеров: «проектирование посредством мутаций коллективно по самой своей сути. Проектировщики продуцируют мутации, часть из которых вырастет, разовьется и превратится в ощутимые артефакты, которые, в свою очередь, вызовут глобальное изменение, – и это осуществится благодаря энергии людей. Особенно важно, что этот процесс зависит от каналов, по которым доставляется информация от проектировщиков к гражданам…Цель futurecraft – максимизировать общее воздействие, соотнеся его ограничения с его возможностями» [23] (Ratti, Koldel, 2017) .

Ратти и Колделл выделяют 3 ключевых принципа конструирования будущего в соответствии с предложенной ими методикой.

Это:

- признание проектирования будущих условий в качестве гипотетического инструмента, а не готовой технологии;

- прогнозирование при этом является важной, но лишь одной из составных частей процесса конструирования будущего. Оно стимулирует и провоцирует людей на определенные реакции по поводу презентуемого проекта;

- исходной посылкой успешного проектирования является обращение к настоящему, а не к фантазиям по поводу будущего: «возможные варианты будущего кроются в настоящем, а не в отдаленных идеализированных необычных или отклоняющихся образах» [23] (Ratti, Koldel, 2017).

Таким образом, Ратти и Колдел подчеркивают важность значения «сильных связей с миром, каков он есть». И здесь уместно вспомнить теорию тропы зависимости, определяющую ясную связь прошлого, настоящего и будущего положения системы на траектории развития и зависимость самой траектории от прошлых и настоящего состояний системы.

Проектирование и конструирование будущего не предполагает уверенности акторов в реализации конкретного проекта: «мы хорошо понимаем, что, по всей вероятности, будущее будет отличаться от наших представлений, отвечающих на вопрос «что если?», но конструирование проецируемой ситуации может тем не менее привести нас к возможному и желаемому будущему» [23] (Ratti, Koldel, 2017). В этом смысле проектировщик действует в соответствии с известной формулой Эдуарда Бернштейна: «Движение – все, цель – ничто», при том условии, что само движение формирует окончательный образ цели.

Таким образом, базовыми постулатами методики проектирования будущего становятся широкая вовлеченность граждан в сам процесс проектирования и принцип сотворчества, предполагающий не просто участие в дискуссии относительно будущего городского пространства, а создание собственного сценария развития хотя бы на локальной территории микрорайона или квартала: «инструменты для того, чтобы делать города открытыми, исполняют и сделают осязаемой давнюю идею городского сотворчества, которое рассматривает «производимые среды [как] определенные исторические результаты социально-средовых процессов» Futurecraft – это один из двигателей, благодаря которому социальные процессы могут стать пространственными продуктами» [23] (Ratti, Koldel, 2017).

В этой связи, безусловно, переопределяется и роль власти. Ведущей становится ее координационная функция, а ключевым параметром ее оценивания становится координационная эффективность, определяемая как способность за счет использования адекватных координационных механизмов снижать транcакционные издержки взаимодействия различных акторов: «Граждане наделены способностью мыслить, действовать и трансформировать свое публичное пространство; и они создают наземную волну городских инноваций, поднимающуюся только сейчас. Мы наблюдаем в городе столь же мощную «переориентацию знания и власти», как и трансформации в виртуальном мире….» [23] (Ratti, Koldel, 2017).

Одним из вариантов практической реализации принципов стратегического управления и проектирования будущего, рассмотренных выше, могла бы стать сеть распределенных ситуационных центров развития, общие принципы построения и содержательные характеристики которой изложены в статье Г.Г. Малинецкого и его коллег «Система распределенных ситуационных центров развития» [24] (Zatsarinnyy, Kolin, Ilyin, Lepskiy, Malinetskiy, Raykov, Slavin, 2017).

Новаторская идея авторов заключается в переформатировании структуры и содержания работы создаваемых в настоящее время в РФ ситуационных центров на основах синергетических принципов развития сложноорганизованных систем, а также применении сетевого и средового подходов к управлению ими: «при создании системы распределенных ситуационных центров развития важнейшее значение для консолидации субъектов развития имеет идея создания контуров управления и развития в организации саморазвивающихся полисубъектных сред, ориентированная на гармонию иерархического, сетевого и средового подходов к управлению и развитию» [24] (Zatsarinnyy, Kolin, Ilyin, Lepskiy, Malinetskiy, Raykov, Slavin, 2017).

Таким образом, сеть ситуационных центров должна стать не просто агрегатором информации, коммутирующим связи различных субъектов процесса принятия решений, а реальным механизмом проектирования будущего, выявления в различных сценариях потенциальных рисков и обеспечения эффективного применения краудсорсинговых методов коллективного анализа для их предотвращения: «систему распределенных ситуационных центров развития следует рассматривать как саморазвивающиеся рефлексивно-активные среды с поддерживающей инструментальной средой, разработка которой опирается на механизмы искусственного и коллективного интеллекта, когнитивную и рефлексивную парадигмы» [24] (Zatsarinnyy, Kolin, Ilyin, Lepskiy, Malinetskiy, Raykov, Slavin, 2017).

Т.е. речь идет о создании разветвленной экспертной сети поддержки и имплементации политических и административных решений, которая основана на технологиях краудсорсинга, Big Data и искусственного интеллекта [25] (Zatsarinnyy, Ilyin, Kolin, Lepskiy, Malinetskiy, Novikov, Raykov, Silvestrov, Slavin, 2017).

Заключение

Имплементация сети ситуационных центров развития, расположенных в крупных городах либо наукоградах, обладающих значительным научным потенциалом и человеческим капиталом, является эффективным инструментом поддержки проактивной политической стратегии (что особенно важно в нестабильных и высокорискованных ситуациях, подобных текущей пандемии COVID-19) и должна базироваться на следующих принципах, методологическими основаниями которых является социальная синергетика:

- формирование и развитие именно сетевой структуры системы ситуационных центров, способной обеспечить наиболее высокую степень координационной эффективности взаимодействия между ними, а также необходимое разнообразие сценариев развития событий;

- процессы анализа и прогнозирования, осуществляемые ситуационными центрами, должны носить активный характер, т.е. стимулировать других участников процесса выработки, принятия и реализации управленческих решений (включая гражданские ассоциации и отдельных граждан) к соучастию в имплементации желаемого состояния/состояний управляемой системы;

- ситуационным центрам в своей работе следует соблюдать принцип технологического разнообразия, т.е. комплексного использования помимо краудсорсинга блокчейн-технологий, Big Data и др.

Важно отметить, что сеть ситуационных центров развития в условиях текущей конституционной реформы в РФ может стать опорной координационно-аналитической структурой формирования эффективного процесса поддержки принятия решений системой публичной власти, включающей в себя федеральный, субъектный и муниципальный уровни управления.



Издание научных монографий от 15 т.р.!

Издайте свою монографию в хорошем качестве всего за 15 т.р.!
В базовую стоимость входит корректура текста, ISBN, DOI, УДК, ББК, обязательные экземпляры, загрузка в РИНЦ, 10 авторских экземпляров с доставкой по России.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241



Источники:
1. Печаткин В.В. Формирование и развитие цифровой экономики в России как стратегический приоритет развития территорий в условиях пандемий // Вопросы инновационной экономики. – 2020. – Том 10. – № 2. – С. 837-848.
2. Забелина О.В. Влияние форс-мажорных факторов на перспективы развития российского рынка труда // Экономика труда. – 2020. – Том 7. – № 5. – С. 391-404.
3. Цветков В.А., Дудин М.Н. Медийная активность отечественных политиков и государственных деятелей в период пандемии COVID - 19 как инструмент укрепления доверия электората // Лидерство и менеджмент. – 2020. – Том 7. – № 2. – С. 89-122.
4. Николис Г., Пригожин И. Самоорганизация в неравновесных системах: От диссипативных структур к упорядоченности через флуктуации. М.: Мир, 1979. — 512 с.
5. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса: Новый диалог человека с природой: Пер. с англ./ Общ. ред. В. И. Аршинова, Ю. Л. Климонтовича и Ю. В. Сачкова. — М.: Прогресс, 1986.—432 с.
6. Weidlich W. Physics and social science — The approach of synergetics // Physics Reports Vol. 204, Issue 1 pp. 1-163, 1991.
7. Weidlich W. Sociodynamics: A Systematic Approach to Mathematical Modelling in the Social Sciences. Dover publication, Mineola, New York, 2006 - 380 p.
8. Self-Organization and Management of Social Systems: Insights, Promises, Doubts, and Questions / Ed. By H. Ulrich, G.J.B. Probst, Berlin: Springer – Verlag 1984. 158 p.
9. Wischert W., Wunderlin A. On the Application of Synergetics to Social Systems // Interdisciplinary Approaches to Nonlinear Complex Systems Springer Series in Synergetics book series , volume 62, 1993, pp 65-76.
10. Аршинов В.И. Синергетика как феномен постнеклассической науки. М. : ИФРАН, 1999. – 200 с.
11. Делокаров К.Х. Рационализм и социосинергетика // Общественные науки и современность. 1997. №1. С.119-125.
12. Курдюмов С.П. , Князева Е.Н. Трансдисциплинарность синергетики: следствия для образования // Человек и общество в условиях нестабильности. Сер. "Синергетическая парадигма" М., 2003. с. 341-357.
13. Курдюмов С.П. , Князева Е.Н. Структуры будущего: синергетика как методологическая основа футурологии // Синергетическая парадигма. нелинейное мышление в науке и искусстве. М., 2002 с. 109-125.
14. Князева Е.Н., Курдюмов С.П. Антропный принцип в синергетике // Вопросы философии. 2005. № 3. С. 62.
15. Князева Е.Н., Курдюмов С.П. Основания синергетики. человек, конструирующий себя и свое будущее М., изд-во: КомКнига, 2006, 232 с.
16. Малинецкий Г.Г., Медведев И.Г., Маевский В.И. Кризисы современной России и научный мониторинг // Вестник Российской академии наук. 2003. Т. 73. № 7. С. 579.
17. Малинецкий Г.Г. Россия. выбор будущего // Проблемный анализ и государственно-управленческое проектирование. 2009. Т. 2. № 3. С. 48-68.
18. Назаретян А.П. XXI век: градиент нелинейности // Историческая психология и социология истории. 2013. Т. 6. № 2. С. 199-211.
19. Назаретян А.П. Смыслообразование как глобальная проблема современности: синергетический взгляд // Вопросы философии. 2009. № 5. С. 3-19
20. Назаретян А.П. Cинергетика, когнитивная психология и гипотеза техно-гуманитарного баланса |// Общественные науки и современность. 1999. № 4. С. 135.
21. Цукерман Э. Новые соединения. Цифровые космополиты в коммуникативную эпоху. – М.: Ад Маргинем Пресс, 2015. – 336 с.
22. Еремеев С.Г., Курочкин А.В. Современные теории государственной политики и управления. СПб., изд-во РХГА, 2014. – 188с.
23. Ратти К., Колдел М. Город завтрашнего дня: сенсоры, сети, хакеры и будущее городской жизни. М.: Изд-во института Гайдара, 2017. – 248 с.
24. Зацаринный А.А., Колин К.К., Ильин Н.И., Лепский В.Е., Малинецкий Г.Г., Райков А.Н., Славин Б.Б. Система распределенных ситуационных центров развития // Управление развитием крупномасштабных систем MLSD'2017 Материалы Десятой международной конференции: в 2-х томах. Институт проблем управления им. В.А.Трапезникова; Российская академия наук; Под общей редакцией С.Н. Васильева, А.Д. Цвиркуна. 2017. С. 70-73.
25. А.А. Зацаринный, Н.И. Ильин, К.К. Колин, В.Е. Лепский, Г.Г. Малинецкий, Д.А. Новиков, А.Н. Райков, С.Н. Сильвестров, Б.Б. Славин Ситуационные центры развития в полисубъектной среде // Проблемы управления №5, 2017 с. 31-42.