Статья опубликована в журнале «Российское предпринимательство»3 / 2016
DOI: 10.18334/rp.17.3.34921

Влияние реаллокации занятых в неформальном секторе экономики на эффективность труда в регионах РФ

Воронина Светлана Владимировна, Старший преподаватель кафедры «Экономика и экономическая безопасность» факультета экономики и предпринимательства, Южно-Уральский государственный университет, г. Челябинск, Россия

The impact of reallocation of the employees working in the informal economy on labor efficiency in the Russian regions - View in English

 Читать текст |  Скачать PDF | Загрузок: 21

Аннотация:
В статье исследуется влияние роста численности занятых в неформальном секторе экономики на агрегированную производительность труда в субъектах РФ. Выявлено, что в большинстве регионов имеет место реаллокация между занятыми в формальном и неформальном секторах, вследствие чего, меняется и производительность труда. Определены регионы, в которых неформальный сектор выполняет «донорскую» функцию по отношению к формальному. Отмечается положительный эффект от реаллокации тогда, когда институты рынка труда способствуют созданию более производительных рабочих мест. Исследование может быть интересно специалистам в области государственного регулирования рынка труда, а также широкому кругу заинтересованных лиц.
Цитировать публикацию:
Воронина С.В. Влияние реаллокации занятых в неформальном секторе экономики на эффективность труда в регионах РФ // Российское предпринимательство. – 2016. – Том 17. – № 3. – С. 315-328. – doi: 10.18334/rp.17.3.34921

Приглашаем к сотрудничеству авторов научных статей

Публикация научных статей по экономике в журналах РИНЦ, ВАК (высокий импакт-фактор). Срок публикации - от 1 месяца.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241


Введение

При оценке эффективности экономики любого государства важнейшим показателем является производительность труда. Повышение производительности труда становится практически безальтернативным источником экономического роста как для страны в целом, так и для каждого региона в отдельности.

В развитых странах производительность труда с течением времени имеет тенденцию роста. За счет этого достигается весь прирост национального дохода и выпуска продукции промышленности, сельского хозяйства, других отраслей. В этой связи важно оценить источники роста производительности труда, то есть за счет каких факторов он достигается.

Анализ влияния изменения численности занятых в формальном и неформальном секторах экономики на агрегированную производительность труда в субъектах РФ

Одним из факторов, влияющих на производительность труда, является структура и уровень занятости населения. За последние годы структура занятости населения существенно изменилась, рост неформального сектора и сжатие формального наблюдается как в целом по Российской Федерации, так и в большинстве регионов (табл. 1). Исключение составляет посткризисный 2010 год.

Таблица 1

Количество регионов РФ с положительным абсолютным приростом численности занятых в формальном и неформальном секторах по сравнению с предыдущим периодом

Год

Количество регионов РФ, у которых наблюдался рост численности занятых по сравнению с предыдущим периодом

формальный сектор

неформальный сектор

2007/2006

56

47

2008/2007

34

53

2009/2008

28

32

2010/2009

72

8

2011/2010

23

70

2012/2011

35

59

2013/2012

31

51

Источник: составлено автором.

В работе [8] также отмечается, что общий рост занятости в России обеспечивает именно неформальный сектор. Не будь его, рынок труда демонстрировал бы отрицательную динамику.

Благодаря занятости в неформальном секторе российский рынок труда за 14 лет (с 2001 года) вырос на 10,6%, при этом неформальный сектор – в 1,66 раза.

Однако, как показывают немногочисленные исследования [3], реаллокация рабочей силы между формальным и неформальным секторами может оказывать  влияние на уровень производительности труда, а, следовательно,  и на темпы роста экономики регионов.

Работ, посвященных анализу эффективности труда в зависимости от изменения числа занятых в неформальном секторе экономики на региональном уровне, крайне мало [6,11].

В этой связи считаем необходимым провести исследование, позволяющее выявить влияние изменения численности занятых в неформальном секторе экономики на агрегированную производительность труда в регионах РФ.

В работе [2] было показано, что рост инвестиций, инновации и технологическое переоснащение предприятий необязательно ведут к повышению производительности труда во всей экономике: в зависимости от того, куда переходят работники, высвобождаемые в результате модернизации, производительность труда может как расти, так и снижаться.

В статье В. Титова также отмечается, что регионам с более высоким значением показателя валового регионального продукта соответствует более низкий уровень занятости в неформальном секторе экономики [7].

Ряд авторов [9, 10] отмечают, что неформальная экономика в целом отличается низкой капиталоемкостью, отсталыми технологиями, невысоким уровнем человеческого капитала, ограниченным доступом к кредитам и рынкам сбыта, а вследствие всего этого и недостаточной производительностью труда.

С другой стороны, неформальный сектор сокращает фактическую безработицу, снижая тем самым напряженность на рынке труда, дает населению возможность не только подработать, но и заработать, а для многих это нередко единственная возможность выжить в трудных условиях, позволяет более гибко использовать рабочую силу, способствует развитию конкуренции на рынке труда.

В зависимости от социально-экономической ситуации в регионе работники могут переходить как из неформального сектора в формальный, так и наоборот. 

Исследование влияния численности занятых в неформальном секторе экономики на агрегированную производительность труда в регионах РФ предполагает наличие соответствующих данных, а именно: временных рядов выпуска и затрат труда (как в целом по региону, так и в формальном и неформальном секторах).

Наиболее приемлемым обобщающим показателем выпуска, который отражает результат труда на региональном уровне, является показатель валовой добавленной стоимости (ВДС).

Тогда уровень среднегодовой агрегированной производительности труда в регионе определим как отношение величины валовой добавленной стоимости к численности занятых в экономике региона. Для определения валовой добавленной стоимости в неформальном секторе экономики воспользуемся данными системы национальных счетов (СНС) для сектора домашние хозяйства [1].

В работе [4] отмечено, что, согласно принятой Резолюции на 15-й Международной конференции статистиков труда (МКСТ), неформальный сектор определен исходя из характеристик производственных единиц, на которых происходит деятельность. Предприятия неформального сектора представляют собой совокупность единиц, занятых производством товаров и услуг с целью обеспечения работой и доходами участвовавших в них лиц и обладающих характерными чертами предприятий домашних хозяйств.

Следовательно, неформальный сектор экономики можно рассматривать как совокупность производственных единиц или некорпорированных предприятий, принадлежащих сектору домашние хозяйства.

Национальные счета являются счетами потоков, т.е. в них отражается сквозное движение стоимости товаров и услуг через все стадии воспроизводственного цикла – от производства до конечного потребления и накопления.

Фактическое конечное потребление – показатель, характеризующий результаты экономической деятельности сектора на стадии конечного использования ВРП.

Росстат ведет учет и публикует ежегодные данные о расходах на конечное потребление, как на федеральном уровне, так и в регионах.

Поскольку все счета СНС увязаны между собой, то воспользуемся следующим техническим приемом, выявим взаимосвязь между расходами на конечное потребление и валовой добавленной стоимостью через последовательную цепочку макроэкономических показателей, являющихся балансирующими статьями каждого счета сектора домашние хозяйства (1). В связи с тем, что в настоящее время счета для институциональных секторов на уровне регионов не составляются, то примем следующее допущение, отношение валовой добавленной стоимости к расходам на конечное потребление сектора домашние хозяйства является постоянной величиной в текущем году для всех регионов.

  (1)

где  и  – величины валовой добавленной стоимости сектора домашние хозяйства и неформального сектора экономики i- го региона соответственно;

 – валовой смешанный доход сектора домохозяйства;

 – сальдо первичных доходов сектора домохозяйства;

 и – расходы на конечное потребление сектора домашние хозяйства и неформального сектора экономики i-го региона соответственно;

 – валовой располагаемый доход сектора домохозяйства.

Валовую добавленную стоимость в неформальном секторе экономики i-го региона можно определить, исходя из (1), как произведение величины валовой добавленной стоимости сектора домашние хозяйства на долю расходов фактического конечного потребления i-го  региона (2).

                                      (2)

где  – доля расходов на конечное потребление региона в общем объеме фактических расходов на конечное потребление сектора домашние хозяйства.

Тогда валовую добавленную стоимость, произведенную формальным сектором экономики в регионе, определим, как разность между валовой добавленной стоимостью региона в целом и валовой добавленной стоимостью, произведенной сектором домашние хозяйства.  

Данные по численности занятых в экономике [2] и занятых в неформальном секторе [3] ежегодно публикует Росстат. Численность занятых в формальном секторе вычислим как разность между занятыми всего в регионе и занятыми в неформальном секторе этого региона. 

С учетом вышеизложенного, в работе рассчитана производительность труда, а также цепной абсолютный прирост производительности труда и численности занятых в формальном и неформальном секторах экономики по всем субъектам РФ за период 2006–2013 гг.

Анализ тенденций изменения численности занятых и производительности труда (ПТ) в формальном и неформальном секторах экономики (табл. 2) позволяет сделать вывод о влиянии макроэкономических «шоков» в большей степени на формальный сектор. В целом за исследуемый период наблюдается рост занятости и одновременное снижение производительности труда в неформальном секторе у большего числа регионов, чем в формальном, за исключением кризисных 2008, 2009 годов. В свою очередь, начиная с 2011 года, в формальном секторе отмечено уменьшение занятости и одновременно рост производительности труда у значительно большего числа регионов, чем в неформальном секторе.

В подавляющем большинстве регионов РФ за наблюдаемый период 2006–2013 гг. агрегированная производительность труда растет на фоне роста занятости в неформальном секторе и ее снижения в формальном (рис. 1), исключение составляют кризисный 2009 и посткризисный 2010 года. Также отмечается разнонаправленное изменение численности занятых в формальном и неформальном секторах экономики, что позволяет говорить о возможном перетоке численности занятых из одного сектора в другой.

Рост агрегированной производительности труда зависит как от изменения производительности внутри формального и неформального секторов экономики, так и от перераспределения рабочей силы между этими секторами.

Для определения степени воздействия этих факторов на рост общей производительности труда, проведем  ее декомпозицию. 

Уровень агрегированной производительности труда (ПТ) определим как отношение уровня выпуска к уровню затрат труда, а также выразим ее через уровни производительности труда в формальном и неформальном секторах (3).

                              (3)

где ВДС – агрегированная величина валовой добавленной стоимости,

ВДСф.с и ВДСн.с – величина валовой добавленной стоимости в формальном и неформальном секторах соответственно,

З – численность занятых в экономике.

Если (3) умножить и разделить на численность занятых в формальном и неформальном секторах и перегруппировать данные, то получим (4).

    (4)

где З, Зф.с и Зн.с – численность занятых в экономике в целом, в формальном и неформальном секторе соответственно;

ПТф.с и ПТн.с – уровень производительности труда в формальном и неформальном секторе соответственно;

αф.с и αн.с – доля занятых в совокупных затратах труда в формальном и неформальном секторе соответственно.

Таблица 2

Количество регионов, имеющих те или иные тенденции изменения занятости и производительности труда в формальном и неформальном секторах экономики, по субъектам РФ за период 2007-2013 гг.

Тенденции занятости и
ПТ в формальном и
неформальном
секторах

  Год                  Сектор

Рост занятости и ПТ

Рост занятости и уменьшение ПТ

Уменьшение занятости и рост ПТ

Уменьшение занятости и ПТ

2007/2006

Формальный сектор (Ф)

54

2

27

0

Неформальный сектор (Н)

25

22

35

1

2008/2007

Формальный сектор (Ф)

33

1

48

1

Неформальный сектор (Н)

29

24

30

0

2009/2008

Формальный сектор (Ф)

9

19

32

23

Неформальный сектор (Н)

16

16

50

1

2010/2009

Формальный сектор (Ф)

66

6

10

1

Неформальный сектор (Н)

3

5

75

0

2011/2010

Формальный сектор (Ф)

22

1

60

0

Неформальный сектор (Н)

39

31

13

0

2012/2011

Формальный сектор (Ф)

31

4

46

2

Неформальный сектор (Н)

33

26

24

0

2013/2012

Формальный сектор (Ф)

26

5

52

0

Неформальный сектор (Н)

14

37

32

0

Источник: составлено автором.

Рисунок 1. Динамика количества регионов РФ по приросту занятости в формальном и неформальном секторах экономики и агрегированной производительности труда

В свою очередь, с учетом (3), изменение уровня производительности в текущем году (1) (ПТ1) по отношению к базовому году (0) (ПТ0) имеет вид (5).

    (5)

Прибавление и вычитание компонентов () и                  (), а также простые преобразования дают (6).

  (6)

где ΔПТ – абсолютный прирост агрегированной производительности труда в текущем периоде по сравнению с базовым;

ΔПТф.с и ΔПТн.с – абсолютный прирост производительности труда в формальном и неформальном секторе соответственно;

Δαф.с и Δαн.с – абсолютный прирост доли занятых в текущем периоде по сравнению с базовым в формальном и неформальном секторе соответственно.

Таким образом, изменение агрегированной производительности труда (6) представлено слагаемыми в двух скобках: первая скобка показывает прирост производительности труда внутри секторов, а вторая – эффект перераспределения труда между секторами.

Для определения темпа прироста агрегированной производительности труда (7) разделим все слагаемые в формуле (6) на значение агрегированной производительности труда в базовом году (0) ПТ0.

(7)

где  – темп прироста совокупной производительности труда за период, ПТ0 – величина  агрегированной производительности труда в базовом году.

Изменение количества занятых в формальном и неформальном секторах экономики может быть обусловлено как перетоком занятых из одного сектора в другой, так и ростом или снижением численности занятых в целом.

Для определения возможной реаллокации занятых между этими секторами, рассчитаем коэффициент корреляции (8) между численностью занятых в формальном и неформальном  секторах.

                                  (8)

где ri – коэффициент корреляции между занятыми в формальном и неформальном секторах экономики i–го региона РФ;

Зiф.с и Зiн.с – численность занятых в формальном и неформальном секторах экономики в i-ом регионе;

 и – средняя численность занятых в формальном и неформальном секторах экономики в i-ом регионе;

 и  – среднее квадратичное отклонение численности занятых в формальном и неформальном секторах экономики соответственно за период 2006–2013 гг.

Анализ тесноты связи между занятыми в формальном и неформальном секторах позволил выделить 48 регионов, у которых связь считается заметной по шкале английского статистика Чеддока. Согласно данной шкале, связь считается заметной, если величина коэффициента корреляции по модулю больше или равна 0,5 [1, 5].  При этом у двух регионов значение коэффициента положительное, т.е. занятость в этих секторах изменяется в одном направлении. У оставшихся 46 регионов занятость в формальном и неформальном секторах экономики изменяется в разных направлениях. Следовательно, в этих регионах (табл. 3) можно говорить о реаллокации между занятыми формальном и неформальном секторах.

В работе также проведена декомпозиция агрегированной производительности труда в субъектах РФ за период  2006-2013 гг. согласно (6) и (7).

В таблице 4 представлены регионы, у которых реаллокация занятых между формальным и неформальным секторами экономики вызывает изменение агрегированной производительности труда.  Например, в Республике Алтай темп прироста агрегированной производительности труда на 172,44% обусловлен, с одной стороны, ростом производительности труда в формальном секторе на 217,57%  за счет разных факторов и снижением на 63% за счет перетока занятых в неформальный сектор, а с другой стороны, ростом производительности труда в неформальном секторе на 3,7%  за счет других факторов и на 14,2% за счет перетока занятых из формального сектора. Следовательно, в Республике Алтай за счет перетока занятых из формального  сектора в неформальный совокупная производительность труда за исследуемый период 2006-2013 гг. снизилась на 48,8% (63-14,2).

В тех регионах, где наблюдается перелив занятых из неформального сектора в формальный, наблюдается ускорение роста производительности труда. 

Следовательно, эффект замедления роста производительности труда связан с перераспределением труда из более производительного формального сектора в сектор с меньшей производительностью труда – неформальный.

Заключение

1. В целом, при реаллокации занятых из неформального сектора экономики в формальный можно говорить о донорской функции неформального сектора. Если наоборот, занятые из формального сектора переходят в неформальный, то это свидетельствует о его реципиентной функции.

2. Реаллокация дает положительный результат тогда, когда институты рынка труда активно способствуют созданию рабочих мест с более высокой производительностью по сравнению c выбывающими и когда нет препятствий созданию новых предприятий и уходу с рынка старых и неэффективных.


 


 



[1] Национальные счета России в 2006–2013 гг. / Федеральная служба государственной статистики. – М.: Федеральная служба государственной статистики, 2014.

[2] Экономическая активность населения России – 2014 г. / Федеральная служба государственной статистики. – М.: Федеральная служба государственной статистики, 2014. – 143 с.

[3] Обследование населения по проблемам занятости: Ежеквартальный статистический бюллетень [Электронный ресурс] // Федеральная служба государственной статистики. – Режим доступа: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog/doc_1140097038766


Издание научных монографий от 15 т.р.!

Издайте свою монографию в хорошем качестве всего за 15 т.р.!
В базовую стоимость входит корректура текста, ISBN, DOI, УДК, ББК, обязательные экземпляры, загрузка в РИНЦ, 10 авторских экземпляров с доставкой по России.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241



Источники:
1. Анисимова, Т.Ю. Концептуальная модель исследования влияния энергоемкости отечественной экономики на основные макроэкономические показатели [Текст] / Т.Ю. Анисимова, Р.Р. Хабибрахманов // Управление экономическими системами (электронный журнал) – 2013.– №8 (56).
2. Воскобойников, И. Б, Гимпельсон, В. Е. Рост производительности труда, структурные сдвиги и неформальная занятость в российской экономике [Электронный ресурс]: препринт WP3/2015/04 / И. Б. Воскобойников, В. Е. Гимпельсон: Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – Электрон. текст. дан. (950 Кб). – М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2015. – (Серия WP3 «Проблемы рынка труда»). – 47 с.
3. В тени регулирования: неформальность на российском рынке труда [Текст]: моногр. / под ред. В. Е. Гимпельсона, Р. И. Капелюшникова; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». — М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2014. – 535 с.
4. Горбачева, Т.Л. Рыжикова, З.А. Теоретические и практические аспекты измерения занятости в неформальной экономике [Текст] / Т.Л. Горбачева, З.А. Рыжикова // Вопросы статистики – 2004. – № 7, с. 30-39.
5. Костюченко, О.А. Анализ математической модели объема производства продукции и прогнозирование выручки [Текст] / О.А. Костюченко // Концепт – 2014. – № 3 с. 1-6
6. Подольная, Н.Н. Детерминированный факторный анализ влияния занятости в неформальном секторе на развитие экономической деятельности в регионе [Текст] / Н. Н. Подольная «Математическое моделирование в управлении рисками»: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. – Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2012. – 152 с. С.80-84.
7. Титов, В.Н. Региональные особенности занятости в неформальном секторе экономики современной России [Текст] / В.Н. Титов // Система ценностей современного общества № 3, 2008, с. 150-155.
8. Шахина, Е. Неформальная занятость поглощает россиян [Электронный ресурс] http://expert.ru/2014/02/28/neformalnaya-zanyatost-pogloschaet-rossiyan/ дата обращения 15.11.2015 г.
9. La Porta, Rafael, and Andrei Shleifer (2014) Informality and Development // Journal of Economic Perspectives. No. 28 (3). P. 109–126.
10. Perry, Guillermo E., William F. Maloney, Omar S. Arias, Pablo Fajnzylber, Andrew D. Mason, and Jaime Saavedra-Chanduvi (2007) Informality: Exit and Exclusion. Washington (DC): The World Bank.
11. Vries, Gaaitzen J. de, Abdul A. Erumban, Marcel P. Timmer, Ilya B. Voskoboynikov, and Harry X. Wu. (2012) Deconstructing the BRICs: Structural Transformation and Aggregate Productivity Growth // Journal of Comparative Economics. No. 40 (2). P. 211–227.