Влияние пандемии COVID-19 на сферу занятости в предпринимательстве

Санников Д.В.
Impact of the COVID-19 pandemic on entrepreneurship employment - View in English
Об авторах:

Санников Д.В.1
1 Югорский государственный университет

 Скачать PDF

Аннотация:
Данная статья посвящена изучению влияния пандемии COVID-19 на занятость в сфере предпринимательства. Автор анализирует трудности, с которыми столкнулись предприниматели вследствие действия ограничительных мер в сфере занятости: отсутствие средств на выплату зарплат, введение неполного рабочего дня, неоплачиваемый отпуск сотрудников, сокращения, потеря кадров. Также в статье рассмотрены новые тенденции, которые также оказали влияние на занятость: перевод сотрудников на удаленную работу, смена бизнес-модели, перевод деятельности в онлайн-формат. Глобальное изменение направления бизнеса повлияло и на рынок труда, который начал подстраиваться под новый спрос. В целом получила развитие тенденция к цифровизации, которая потребовала дистанционный формат работы, новые профессии и непрерывное обучение. В данной статье впервые рассмотрен вопрос влияния пандемии на занятость в предпринимательстве с точки зрения работодателей, а не рынка труда, а также проанализированы проблемы, с которыми столкнулись владельцы бизнеса в связи с введением обязательной вакцинации сотрудников организаций определенных сфер деятельности. Автор приходит к выводу, что выйти из сложившегося экономического кризиса в предпринимательстве поможет преобразование бизнеса в соответствии с современными тенденциями, а также эффективно организованная система мер поддержки предпринимательства государством. Проведенное исследование будет интересно служащим в органах власти, связанным с вопросами регулирования предпринимательской деятельности, а также научным деятелям, изучающим вопросы развития экономики России предпринимательского сектора в частности и влияния на них пандемии COVID-19.

Ключевые слова:

предпринимательство; режим самоизоляции; безработица; неполная занятость; дистанционная форма занятости

JEL-классификация: L26, M21, J21, J24

Финансирование:
Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 22-28-20436, https://rscf.ru/project/22-28-20436/ и Правительства Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.
Цитировать публикацию:
Санников Д.В. Влияние пандемии COVID-19 на сферу занятости в предпринимательстве // Креативная экономика. – 2022. – Том 16. – № 10. – С. 3859-3878. – doi: 10.18334/ce.16.10.116402

Sannikov, D.V. (2022) Impact of the COVID-19 pandemic on entrepreneurship employment. Kreativnaya ekonomika, 16(10), 3859-3878. doi: 10.18334/ce.16.10.116402 (in Russian)

Приглашаем к сотрудничеству авторов научных статей

Публикация научных статей по экономике в журналах РИНЦ, ВАК (высокий импакт-фактор). Срок публикации - от 1 месяца.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241




Введение

Пандемия COVID-19 привела к введению большого количества ограничительных мер во многих странах мира и в России в частности, в том числе и к самоизоляции, что, несомненно, оказало большое негативное влияние на весь бизнес, некоторые предприятия не выдержали такого испытания и закрылись. Предприниматели столкнулись с большим рядом проблем, в этот ряд проблем вошли и проблемы в занятости в бизнесе. Их можно отнести к одним из наиболее актуальных для бизнеса в период ограничительных мер пандемии COVID-19, так как именно человеческий ресурс, который является одним из основных факторов в подавляющем большинстве предприятий, оказался в наиболее уязвимом состоянии – введённый режим самоизоляции, прививка от нового вируса как обязательное условие для работы, и повысившаяся необходимость работников в больничных – все это стало серьезным препятствием для успешной работы предприятий. Как мы знаем, состояние предпринимательского сектора является одним из ключевых факторов развитости экономики страны в целом, и в период действия ограничительных мер, а позже и действия санкций, эта сфера экономики страны оказалась под угрозой, что говорит об актуальности исследования данной темы.

В связи с актуальностью данной темы на сегодняшний день существует достаточно широкий круг исследований о влиянии пандемии на все сферы жизни, в том числе и на предпринимательство и на занятость. Вопросом последствий пандемии для бизнеса посвящены работы Ярововой Т. В., Агаризаевой К. Т. [27], Гончаровой Н. А. и Меликова Э. Р. [5], а также Соловьевой В. Г. [20] и др. О влиянии пандемии на рынок труда в России написаны работы Солдатовой С. С. и Солдатовой В. В. [19], Ахапкина Н. Ю. [2], Руденко Г. Г. и Долженковой Ю. В. [17], Симченко Н. А., Троян И. А., Горячих И. А. [18], Гайдаенко А. А., Хрипачевой Е. В., Худова А. М. [4], Мизинцевой М. Ф. и Сардарян А. Р. [13] и др. Смежными тематиками для данного направления исследования являются тенденция к цифровизации и стратегии для бизнеса в пандемию, на эти темы написаны работы Цацулина А. Н. [26], Ногорного Д. А. [14], Майстренко Г. А. и Майстренко А. Г. [11], Захаровой И. А. [6], Трофимовой Н. Н. [23] и др.

Целью данного исследования является выявление тенденций, сложившихся в сфере занятости предпринимательского сектора в связи с пандемией COVID-19. Анализ проблем, изменений и тенденций в занятости в предпринимательстве поможет определить современное состояние в данной сфере и предположить пути преодоления кризиса в экономике России и в предпринимательстве в частности. Новизна данного исследования заключается в том, что оно впервые раскрывает тему проблем и изменений, связанных с сотрудниками со стороны предпринимательства, а не рынка труда в целом, а также освещает вопрос влияния введения обязательной вакцинации на работников и владельцев бизнеса.

Гипотеза автора заключается в предположении, что ограничительные меры пандемии оказали большое влияние как на деятельность в целом, так и на занятость в частности, в субъектах бизнеса и стали причиной новых тенденций в бизнесе и на рынке труда.

Основой методологической базы исследования стал системный анализ, были применены обзор теоретической базы, анализ статистических данных, а также данных различных исследований.

Влияние пандемии на бизнес в России

Разгар антиковидных ограничений пришелся на в 2020 год, именно это время стало самым сложным для всего предпринимательства, особенно для малого и среднего, многие субъекты МСП приняли решение о прекращении своей деятельности, сотрудники потеряли работу. На 2020-й год пришелся резкий скачек роста безработицы, что было вполне ожидаемо. Так с 2019 года уровень безработицы в России к 2020 году вырос на 26%, что является большим ростом числа безработных, свидетельствующем о серьезном кризисе в стране (Рисунок 2) [24].

Рисунок 2. Изменение уровня безработицы в России по годам в %

Составлено автором на основе данных Росстата [21]

Реакцией на сложившуюся ситуацию в мире вследствие разыгравшейся пандемии стал отказ компаний набирать новых сотрудников. Кадровыми агентствами был отмечен спад предложений о работе начиная с марта 2020 года. Так компания «HeadHunter» сообщила, что количество предлагаемых вакансий на их портале по России в апреле 2020 года снизилось на 3%, а уже к маю эта цифра достигла значения в 26%, статистика по Москве стала еще более плачевной: в апреле спад предложений был на уровне 39%, а в мае было отмечено сокращение вакансий на 57% [2].

Подобные результаты отражены в результатах опроса компаний «Авито Работа» и Kelly Services, в данном опросе участвовало около 66 тысяч сотрудников компаний различных сфер деятельности по всей России. Главным результатом исследования стали данные о том, что порядка 70% компаний осуществляющих свою деятельность в России были вынуждены прекратить наём новых сотрудников в период действия режима самоизоляции во время пандемии COVID-19 [26].

Особенности ограничений, принятых для борьбы с распространением коронавируса, а именно режим самоизоляции и запрет на посещение мероприятий и общественных мест, обусловили такую ситуацию, что ряд сфер бизнеса получил гораздо больший урон от пандемии, нежели остальные. Соответственно сотрудники компаний, относящихся к этим сферам, также пострадали в большей степени, нежели работники других сфер. Это подтверждает и исследование Boston Consulting Group (BCG – это международная компания, специализирующаяся на управленческом консалтинге) «Анализ глобальных тенденций к переобучению и путей карьерного роста» (Decoding Global Reskilling and Career Paths). В исследовании приняло участие 209 тыс. человек из разных стран мира, а проходило оно в период с октября 2019 года по декабрь 2020. По результатам данного исследования оказалось, что большинство сокращений или снижений часов работы, а, следовательно, и заработной платы, пришлось на работников сферы туризма – 68% респондентов, сообщили о потере работы или снижении дохода, также в подобной ситуации оказались сотрудники компаний из таких сфер, как искусство – 49% и СМИ – 44%. [1]

Стоит отметить, что некоторым сферам бизнеса пандемийные ограничения, напротив, сыграли на руку, так как из-за введенного режима самоизоляции возросла потребность в их услугах. К таким сферам можно отнести медицину, индустрию IT, телекоммуникации, сервисы доставки и др. [27]

Основной удар по бизнесу был нанесен введением режима самоизоляции. В самом кризисном моменте введенного карантина, по данным мониторинга «Мнение малого и среднего бизнеса о мерах государственной поддержки в период эпидемии коронавируса» [16], проведенного 19 мая 2020 года, свою работу приостановило 56,1% всех субъектов бизнеса в России – такая цифра представляется просто огромной, больше половины бизнеса целой страны в короткий период времени остановило свою работу. В то же время 53,3% субъектов охарактеризовали сложившуюся на их предприятии ситуацию как «кризис» или даже «катастрофа», при этом 62,2 % посчитали, что их шансы сохранить бизнес и не закрыться ниже 50%, то есть бОльшая часть всех владельцев бизнеса в России вполне могла предположить, что их бизнес не сможет выдержать такой удар и закроется.

Такая статистика говорит о ситуации сильного кризиса в сфере предпринимательства в 2020 году. Бизнес, особенно малый, понес убытки в виде снижения дохода, а то и вовсе ушел в минус. Это обстоятельство повлекло за собой множество проблем в занятости в предпринимательстве в период пандемии, так как не осталось средств на выплату зарплат.

Действия предпринимателей по снижению ущерба бизнесу от пандемии

В России в средине 2020 года о том, что не имеют средств на выплату зарплат своим сотрудникам, заявило 52,4% бизнеса [16]. Такое положение дел привело к следующим действиям со стороны работодателей: вынужденный неоплачиваемый отпуск для сотрудников – к такому варианту решения проблемы прибегло 57,6 % субъектов предпринимательства в России, сокращение часов работы сотрудников, а также сокращение заработной платы – к такой мере обратилось 60,8% предпринимателей, и увольнения.

Вынужденный отпуск связан не только с отсутствием финансовых возможностей оплаты труда сотрудников, но и с тем обстоятельством, что многие предприятия просто не имели возможность продолжать свою деятельность, она была парализована новыми мерами по предотвращению распространения коронавирусной инфекции, например кинотеатры не имели права проводить свои сеансы, и не было никой возможности продолжать работу. В большей части здесь пострадали работники МСП, так как у малого бизнеса просто не было финансовой возможности оплачивать сотрудникам дни вынужденного отпуска, однако некоторые работодатели из сектора МСП смогли это обеспечить, так создатели небольшой сети кафе в Санкт-Петербурге «Doris Local», когда ввели ограничения, посчитали, что для них важно поддержать своих сотрудников и не потерять их, все вынужденное время простоев они выплачивали своим пятнадцати сотрудникам заработную плату из отложенного на развитие бизнеса и из своих сбережений [7].

Безусловно, у крупного бизнеса было больше возможностей обеспечить финансовую безопасность для своих работников, но это совершенно не означает, что все владельцы крупных компаний предпочли позаботиться о своих сотрудниках в ущерб бизнесу.

Одним из более лояльных вариантов этой проблемы стало сокращение рабочих часов, а, следовательно, и дохода сотрудников. Крайней же мерой стали сокращения. По данным вышеупомянутого исследования BCG 36% опрашиваемых по всему миру заявили о том, что потеряли работу или количество рабочих часов было сокращено. Данные этого же исследования только в рамках России, сообщают о чуть менее плачевной ситуации – 28% респондентов столкнулись с уменьшением рабочего времени и сокращением на работе, но все равно это достаточно большие цифры. [1]

Влияние обязательной вакцинации для сотрудников на занятость в бизнесе

Еще одной проблемой для работников в пандемию стала обязательная вакцинация от COVID-19. В Москве 15 июня 2021 года вышло Постановление главного государственного санитарного врача по городу Москве Е.Е. Андреевой №1 «О проведении профилактических прививок отдельным группам граждан по эпидемическим показаниям» [15], из которого следовало, что все работники определенного перечня сфер деятельности должны пройти обязательную вакцинацию от коронавирусной инфекции. Данный список сфер включал в себя практически весь бизнес Москвы: торговля, финес-центры, бассейны и бани, салоны красоты и СПА, бытовые услуги, общественное питание, транспорт, образование, культурная сфера, детские развлекательные центры и комнаты, все досугово-развлекательные мероприятия и др. Вслед за этим постановлением вышли подобные в 28 других регионах страны.

Руководители бизнеса должны были обеспечить 60% вакцинированных сотрудников на своем предприятии и отчитаться об этом [15]. Успеть провести вакцинацию 60% всего штата сотрудников первым компонентом необходимо было всего за один месяц – выполнить такое требование, особенно для крупных компаний, представлялось достаточно проблематичным, практически невозможным.

Так как данные меры коснулись огромного количества людей – все кто работает в сфере услуг и не только – они были встречены не просто негативно – многие отказались походить вакцинацию. Люди просто не были готовы, что наступит подобная ситуация, так как при приеме на работу к ним не было предъявлено требований об обязательных прививках. Многие даже считали незаконными такие требования, однако в законе предусмотрены случаи введения обязательной вакцинации для определенных категорий занятых граждан при определенной эпидемиологической ситуации.

Таким образом, обязанность по вакцинированию полностью легла на бизнес, который также должен был принять на себя и весь негатив, связанный с тем, что люди считали, что никто не в праве их принуждать делать прививку, тем более многие опасались ставить новую вакцину не проверенную временем. По результатам опроса сервиса «Актион Кадры и HR», в котором учувствовали HR-специалисты более 900 российских компаний, более 90% компаний из перечня обязательной вакцинации столкнулись с отказами работников ставить прививку от коронавируса [8].

Рычагом давления властей на руководителей компаний стала Статья 6.3. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 N 195-ФЗ «Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения» [9], по которой предприниматели могли получить штраф до 1 млн рублей и приостановление деятельности сроком до 90 суток. Руководители бизнеса в свою очередь могли в этом случае на вполне законных основаниях отстранить работников непрошедших вакцинацию без сохранения заработной платы, однако никакие другие санкции (штрафы, лишение премии и др.) были бы незаконны в данной ситуации.

Таким образом, обязательная вакцинация для большинства компаний страны стала еще одним большим осложнением для бизнеса и его сотрудников в пандемию коронавируса. По результатам вышеобозначенного опроса HR-специалистов около 16% респондентов указали, что им пришлось принять меры и отстранить отказавшихся вакцинироваться работников, а 5% сообщили о том, что прибегли к увольнениям, которые не были законны в данной ситуации [8].

Тенденции на рынке труда, спровоцированные пандемией COVID-19

В период действия ограничительных мер перед предпринимателями встала непростая задача даже не способствовать развитию своего бизнеса, а сохранить существующее положение, или хотя бы не позволить бизнесу закрыться, а также сохранить рабочие места сотрудников. Помимо этого специфика сложившейся ситуации – пандемия – предопределила и дополнительные задачи перед владельцами компаний – это обеспечение безопасности их сотрудников и клиентов, что в свою очередь сопряжено с дополнительными расходами, потянуть которые малым и средним субъектам бизнеса достаточно сложно, нежели крупным предприятиям.

Для того чтобы сохранить рабочие места и обеспечить безопасность населения, не допустив тем самым роста уровня безработицы, самым продуктивным был бы перевод сотрудников на дистанционную форму работы, такие рекомендации и были даны Министерством труда РФ и в рекомендациях РТК по надзору и контролю социально-трудовых отношений [3]. Для малого и среднего предпринимательства перевод работников, деятельность которых это позволят, на дистанционную работу из дома – это отличный способ сократить расходы на аренду офиса и оборудование и содержание рабочего места сотрудников, к примеру, и продолжать вести свою деятельность даже в период ограничительных мер, а также обеспечить необходимую безопасность для сотрудников во время пандемии. Как правило, для осуществления этой идеи компании необходимо наладить функционирование отдела IT.

В случаях, когда сотрудники из-за особенностей их деятельности не имеют возможности перейти на дистанционный формат работы, компании необходимо организовать новые условия труда, соответствующие эпидемиологической обстановке и отвечающие требованиям безопасности. В ситуации пандемии коронавируса это такие меры, как дезинфекция всех помещений и рабочих мест, а также инструментов и оборудования, проведение медицинских осмотров сотрудников, с целью отслеживания их состояния здоровья, а также мониторинг эпидемиологической обстановки на производстве [12].

В целом дистанционная форма работы была актуальной развивающейся тенденцией в развитых странах мира и до пандемии коронавируса, хотя и не имела столь масштабного распространения, как привычная очная форма работы. Дистанционная занятость как явление, безусловно, присутствовала до пандемии и в России, пусть и не имела такого активного распространения как в других странах. Пандемия коронавируса стала катализатором в развитии этой формы занятости. «Работа.ру» провели опрос среди 6700 пользователей со всей России, который показал, что количество сотрудников, занятых в компаниях, перешедших на удаленную работу, с конца марта 2020 года увеличилось в 5 раз [3]. Переход на удаленную работу позволил компаниям, пострадавшим от введения ограничительных мер с целью предотвращения распространения коронавируса, не увольнять часть сотрудников, а сохранить им рабочие места. Стоит отметить, что в последнее время доверие работников к дистанционным формам занятости растет, и все чаще на подобный формат соглашаются не только представители молодого или среднего возраста, но лица более старшего возраста.

Безусловно, у дистанционного формата занятости есть множество плюсов как для компаний-работодателей, так и для работников, однако не обошлось и без сложностей в его внедрении в бизнесе. Одной из самых запутанных проблем в реализации данной идеи стало законодательство, которое было не готово к такому активному применению и популяризации дистанционного формата работы на российском рынке труда.

Отношения между работодателем и сотрудником, использующими дистанционный формат занятости, должны быть также официально и всесторонне урегулированы, а права участников трудового договора защищаться, как и при обычном очном формате, однако трудовое законодательство в России по этому вопросу на момент начала пандемии было слишком сырым и содержало множество пробелов, неустановленных моментов. Так, например, в зарубежном праве, в части дистанционной работы закреплено право «не быть на связи», в нашем трудовом кодексе нечто подобное пока не закреплено.

Однако в последние два года с ростом необходимости модернизации Глава 49.1. Трудового кодекса Российской Федерации «Особенности регулирования труда дистанционных работников» [22], постоянно дополнялась, а с 1 января 2021 года вступил в силу Федеральный закон от 08.12.2020 № 407-ФЗ о дистанционной работе [25]. В данном законе приняты как совершенно новые положения, так и правила, касающиеся дистанционной работы, которые применялись на практике, однако в законодательстве закреплены не были. Так появилось разделение видов дистанционной работы, было закреплено важное для работников требование о том, что заработная плата не должна быть снижена при переводе на дистанционную работу и др.

Еще одной сложностью в реализации перевода сотрудников на дистанционный формат работы стала необходимость иметь развитые информационно-коммуникативные технологии (ИКТ), поэтому быстро переориентироваться и перейти на удаленную работу удалось лишь тем компаниям, которые давно имеют дело с ИКТ и развивали их у себя на предприятии, либо имели финансовые резервы для того, чтобы быстро наладить все технические стороны вопроса реализации данной формы занятости. Как правило, такими возможностями обладали только крупные компании, или бизнес из сферы IT, которые уже наладили цифровизацию производства и простроили логистические цепочки, а для малого и среднего предпринимательства внедрить в короткие сроки новый формат работы сотрудников было достаточно проблематично, так как, как правило, у маленьких предприятий нет лишних накоплений капитала, а значит, нет средств, чтобы закупить необходимое оборудование и программное обеспечение, необходимое для удаленной работы.

Также обнаружились и проблемы, вызванные удаленным форматом работы, и для сотрудников. При переходе на работу из дома у работников увеличилась продолжительность рабочего дня, так как рабочее время теперь не имеет рамок в виде физического присутствия в офисе. Также работники по результатам опроса исследовательского центра рекрутингового портала «Super Job», проведеного в апреле 2020 года, в котором приняло участие 1600 человек, работающих в период самоизоляции в России удаленно из дома, отметили, что нагрузка в таком формате работы возросла (18% опрошенных).

Так или иначе, многим компаниям большим и маленьким пришлось внедрить формат дистанционной работы по причине введения режима самоизоляции для предотвращения распространения коронавирусной инфекции, а также для сокращения расходов на персонал, аренду. Пандемия COVID-19 спровоцировала развитие этого направления занятости, благодаря этому многие работодатели смогли оценить преимущества удаленной работы и увидеть возможности ее внедрения в своей компании. Как оказалось, большинство офисов вполне возможно перевести в дистанционный формат работы, сэкономив тем самым на покупке мебели и оборудования, не говоря уже об аренде помещения. Стоит отметить, что в частном бизнесе тенденция на дистанционную работу и без участия пандемии бы нарастала с каждым годом, все последствия COVID-19 лишь ускорили ее естественное развитие в России.

Еще одна тенденция, проявившаяся в период пандемии в сфере занятости в предпринимательском секторе – это краткосрочная занятость. В период действия карантинных мер вполне логично возросли итернет-продажи, следуя за рынком, многие компании переориентировали свою работу под этот запрос, вследствие чего им понадобилось оперативно пополнить штат новыми сотрудниками, как правило, требовались курьеры, водители и работники call-центров. Эти появившиеся рабочие места, отчасти заполнили работники, попавшие из-за пандемии под сокращение, что поддержало их в сложной ситуации. Тем не менее, с окончанием карантина спрос на интернет-покупки снова понизился и компаниям пришлось уволить часть новых сотрудников.

Таким образом, пандемия коронавируса стала причиной не только глобальных экономических изменений, но и способствовала трансформации российского рынка труда [4]. Помимо увеличения безработицы и перехода на дистанционную форму работы в сфере занятости в России довольно ярко проявилась еще одна тенденция, которая своим появлением также обязана в основном предпринимательскому сектору, – это смещение спроса в сторону определенной категории профессий, а именно «цифровых» профессий.

С введением режима самоизоляции и карантина в марте 2020 года в России невероятно возросла активность интернет-покупок, это объясняется тем, что людям было рекомендовано оставаться дома, а если есть положительный тест на COVID-19, то дома должна была оставаться вся семья. Безусловно, от этой ситуации выиграли действующие маркетплейсы (Яндекс.Маркет, Ozon, Wildberries) и онлайн-магазины, продажи которых мгновенно возросли, но субъекты малого и среднего предпринимательства, большинство из которых работало только офлайн, тем более что большинство из них рассчитано исключительно на присутствие клиента (косметологические салоны, фитнес-клубы, проведение мероприятий и многие другие), потерпели большие убытки, некоторые даже закрылись.

В данной ситуации всему офлайн-бизнесу было необходимо в короткие сроки перестроить свою бизнес-модель, чтобы сохранить доход и не потерять сотрудников. В данном случае предполагалось три основных наиболее действенных для сложившейся ситуации пути:

1) Продавать тот же продукт, но через новые каналы продаж;

2) Продавать тот же продукт, но изменить инфраструктуру, например расширить производство;

3) Создать и продавать новый, отвечающий спросу, продукт с той же инфраструктурой [10].

Наиболее популярным сценарием для адаптации бизнеса к новым реалиям стал первый вариант, причем новым путем продаж в подавляющем большинстве случаев стал выход в онлайн. Таким образом, основной тенденцией в адаптации бизнеса к условиям, которые обозначила пандемия COVID-19, стал переход в сферу онлайн-продаж и онлайн-услуг или увеличение количества онлайн-заказов. Это сформировало общую тенденцию к цифровизации, которая уже имела место быть как на мировом, так и на Российском рынке, однако пандемия значительно продвинула ее в развитии, ускорила ее распространение и внедрение в предпринимательстве. Также в понятие цифровизации входит максимальное привлечение в бизнес-процессы передовых технологий, программных инструментов и сервисов, которые помогают упростить работу и сократить количество задействованной рабочей силы.

В свою очередь изменение на рынке товаров и услуг, а именно активное развитие онлайн-продаж, повлекло за собой и трансформацию рынка труда. Во-первых, когда из-за режима самоизоляции и карантинных мер многие компании были вынуждены перевести сотрудников на дистанционный формат работы, многие собственники бизнеса поняли, что их предприятие вполне может функционировать и при таком режиме работы, а расходов на обеспечение персонала всем необходимым гораздо меньше, вследствие чего количество занятых граждан, работающих удаленно в нашей стране, возросло и будет продолжать расти.

Во-вторых, резко возрос спрос на так называемые «цифровые» профессии, то есть те профессии, которые предполагают удаленную работу, в основном это профессии, связанные с СММ и IT, сам сотрудник при этом может находиться в любой точке мира, компании стали предпочитать внештатных сотрудников: фрилансеров.

И, в-третьих, появилась тенденция к росту перечня дистанционных профессий, сфера цифровых профессий растет, появляются все боле узкие специалисты: копирайтер, таргетолог, куратор онлайн-школы, онлайн-ассистент и др. В свою очередь меняются и требования к работникам, от них требуются все новые навыки и компетенции, при этом растет необходимость в сотрудниках, готовых к непрерывному обучению.

Таким образом, пандемия, а именно ее последствия: режим самоизоляции и карантинные меры, стали причиной активного развития цифровизации в российском бизнесе. Многие компании впервые попробовали удаленный формат работы и оценили его преимущества, а также перестроили бизнес в сторону онлайна и начали применять новые цифровые продукты и технологии для оптимизации своей деятельности, что в целом привело к изменению и всего рынка труда в России: сместился спрос в сторону дистанционной работы цифровых профессий, вследствие чего у трудящегося населения появилась необходимость или желание переквалифицироваться, пройти дополнительные обучения, чтобы получить работу на новом рынке труда.

Заключение

Влияние пандемии коронавируса на предпринимательский сектор, особенно малое и среднее предпринимательство привело к большому спаду производства, снижению темпов роста экономики, а также к повышению уровня безработицы и снижению занятости населения. Предприниматели были вынуждены в кратчайшие сроки принимать решения по формату ведения бизнеса и работы сотрудников в новых условиях, из наиболее популярных были: введение неполного рабочего дня, неоплачиваемый отпуск и сокращение работников. Еще одной проблемой стало введение обязательной вакцинации сотрудников для определенного перечня сфер деятельности – предприниматели были вынуждены сами обеспечить это условие, прибегая к различным мерам вплоть до отстранения от работы без оплаты.

Однако постепенно предприниматели перестроили свои бизнес-модели, в большинстве случаев ориентируясь на работу в онлайне. Это обстоятельство повлекло за собой массу изменений не только в бизнесе, но и сфере занятости, рынок труда трансформировался: стало больше дистанционного формата работы и цифровых профессий, а также произошло смещение спроса в сторону определенных профессий: курьеров, водителей, медицинских работников, специалистов по онлайн-образованию и онлайн-развлечениям.

Таким образом, основной проблемой в условиях режима самоизоляции и введения карантина стало резкое снижение спроса, вследствие чего появилась финансовая нестабильность и риск потери персонала. Решающим фактором стала способность компаний быстро менять бизнес-модель, перестраивать производственную цепочку и настраивать бизнес-процессы по-новому. Тем компаниям, которые смогли адаптироваться к новым условиям, удалось сохранить и доход и своих сотрудников.

Выход из сложившегося кризиса как в экономике, так и в занятости, видится в адаптации бизнеса к меняющемуся миру, что сейчас и происходит. Многие работники уже приняли новую реальность и готовы проходить обучения, чтобы получить новую профессию, соответствующую современному спросу. Также содействовать выходу из этого кризиса должны меры поддержки занятости государства, которые должны быть направлены как на самих занятых и безработных, так и на бизнес, который нуждается в финансировании заработных плат сотрудников. Однако на данный момент в России хоть и действуют такие меры, они недостаточно эффективны.



Издание научных монографий от 15 т.р.!

Издайте свою монографию в хорошем качестве всего за 15 т.р.!
В базовую стоимость входит корректура текста, ISBN, DOI, УДК, ББК, обязательные экземпляры, загрузка в РИНЦ, 10 авторских экземпляров с доставкой по России.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241



Источники:
1. Decoding Global Reskilling and Career Paths. – Текст : электронный // BCG : [Сайт]. – URL: https://www.bcg.com/publications/2021/decoding-global-trends-reskilling-career-paths (дата обращения: 29.07.2022).
2. Ахапкин, Н. Ю. Российский рынок труда в условиях пандемии COVID-19: динамика и структурные изменения / Н. Ю. Ахапкин. – Текст : непосредственный // Вестник Института экономики Российской академии наук. – 2020. – № 6. – С. 52–65.
3. Буянова, А. В. Совершенствование политики занятости и поддержки безработных в России в условиях пандемии COVID-19 / А. В. Буянова. – Текст : непосредственный // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. – 2021. – № 4. – С. 274–281.
4. Гайдаенко, А. А. Особенности рынка труда в период пандемии COVID-19 / А. А. Гайдаенко, Е. В. Хрипачева, А. М. Худов. – Текст : электронный // Инновации и инвестиции. – 2021. – № 3. – С. 126–131. – URL: http://www.innovazia.ru/archive/?ELEMENT_ID=29553 (дата обращения: 17.08.2022).
5. Гончарова, Н. А. Проблемы предприятий малого и среднего бизнеса в условиях пандемии / Н. А. Гончарова, Э. Р. Меликов. – Текст : непосредственный // Инновационная экономика: перспективы развития и совершенствования. – 2020. – № 8. – С. 17–25.
6. Захарова, И. А. Влияние экономических кризисов на бизнес-решения компаний и поиск оптимальной бизнес-модели в результате современного кризиса, вызванного пандемией / И. А. Захарова. – Текст : электронный // Государственное управление. Электронный вестник. – 2020. – № 82. – С. 22–53. – URL: http://e-journal.spa.msu.ru/vestnik/vipusk/82_2020.htm (дата обращения: 17.08.2022).
7. Как открыть кофейню с нуля? Бизнес на кофе по-питерски. – Текст : электронный // YouTube : [Сайт]. – URL: https://www.youtube.com/watch?v=xrz2NnonShU (дата обращения: 02.08.2022).
8. Камитдинов, Н. Каждая пятая российская компания отстранила или уволила сотрудников из-за отказа от вакцинации / Н. Камитдинов. – Текст : электронный // Forbes : [Сайт]. – 2022. – 16 авг. – URL: https://www.forbes.ru/karera-i-svoy-biznes/437341-kazhdaya-pyataya-rossiyskaya-kompaniya-otstranila-ili-uvolila (дата обращения: 16.08.2022).
9. КоАП РФ Статья 6.3. Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения. – Текст : электронный // КонсультантПлюс : [Сайт]. – URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34661/c967eb7a901005316559be99424c3a824dc426b0/ (дата обращения: 16.08.2022).
10. Лапшина, А. М. Стратегии трансформации бизнеса в условиях пандемии COVID-19 / А. М. Лапшина, М. Е. Анохина. – Текст : электронный // Стратегии бизнеса. – 2020. – Т. 8. – № 9. – С. 242–245. – URL: https://www.strategybusiness.ru/jour/article/view/672 (дата обращения: 20.08.2022).
11. Майстренко, Г. А. Действия работодателя в условиях пандемии COVID-19 и после / Г. А. Майстренко, А. Г. Майстренко. – Текст : непосредственный // Образование и право. – 2020. – № 4. – С. 92–96.
12. Макарова, Е. С. Трансформация рынка труда в условиях пандемии / Е. С. Макарова. – Текст : электронный // Наука без границ. – 2021. – № 1(53). – С. 36. – URL: https://nauka-bez-granic.ru/No-1-53-2021/1-53-2021/ (дата обращения: 16.08.2022).
13. Мизинцева, М. Ф. Трансформация российского рынка труда в условиях пандемии: основные проблемы и тенденции / М. Ф. Мизинцева, А. Р. Сардарян. – Текст : непосредственный // Вестник Волгоградского государственного университета. Экономика. – 2021. – № 1. – С. 102–109.
14. Нагорный, Д. А. Влияние коронавируса на процесс цифровой трансформации мировой экономики /Д. А. Нагорный. – Текст : электронный // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. – 2020. – № 11-2. – С. 181–183. – URL: https://online-science.ru/data/files/online-scince-11-sbornik-2020-ch2.pdf (дата обращения: 17.08.2022).
15. Постановление главного государственного санитарного врача по городу Москве Е.Е. Андреевой от 15 июня 2021 года №1 «О проведении профилактических прививок отдельным группам граждан по эпидемическим показаниям». – Текст : электронный // Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по городу Москве : [Сайт]. – URL: https://77.rospotrebnadzor.ru/index.php/press-centr/186-press-centr/9564-postanovlenie-glavnogo-gosudarstvennogo-sanitarnogo-vracha-po-gorodu-moskve-e-e-andreevoj-ot-15-iyunya-2021-goda-1-o-provedenii-profilakticheskikh-privivok-otdelnym-gruppam-grazhdan-po-epidemicheskim-pokazatelyam (дата обращения: 15.08.2022).
16. Приложение к докладу Президенту Российской Федерации Уполномоченного при Президенте РФ по защите прав предпринимателей. – Текст : электронный // Доклад Президенту РФ — 2020 : [Сайт]. – URL: http://doklad.ombudsmanbiz.ru/2020/7.pdf (дата обращения: 02.08.2022).
17. Руденко, Г. Г. Дистанционная занятость: современные тенденции трансформации / Г. Г. Руденко, Ю. В. Долженкова. – Текст : электронный // Социально-трудовые исследования. – 2020. – № 4. – С. 50–56. – URL: https://vcot.info/assets/img/magazine/issues/2020/41.pdf (дата обращения: 17.08.2022).
18. Симченко, Н. А. Развитие рынка труда в условиях внешних шоков / Н. А. Симченко, И. А. Троян, М. В. Горячих. – Текст : электронный // Теоретическая экономика. – 2020. – № 10 (70). – С. 78–86. – URL: https://drive.google.com/file/d/1GgjcbHxSDdIIQrP1gMWjVKIAvi0G5OzY/view (дата обращения: 20.08.2022).
19. Солдатова, С. С. Российский рынок труда в условиях нарастания экономического кризиса вследствие пандемии / С. С. Солдатова, В. В. Солдатова. – Текст : электронный // Научно-образовательный журнал StudNet. – 2020. – № 2. – С. 424–428. – URL: https://stud.net.ru/wp-content/uploads/2020/04/Выпуск-2_2020.pdf (дата обращения: 20.08.2022).
20. Соловьева, В. Г. Влияние ограничительных мер в связи с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) на малый бизнес / В. Г. Соловьева. – Текст : непосредственный // Экономика и бизнес: теория и практика. – 2020. – № 9-2. – С. 68–72.
21. Социально-экономическое положение России январь-июль 2020 года. – Текст : электронный // Федеральная служба государственной статистики (Росстат) : [Сайт]. – URL: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/Ipv0csTN/osn-07-2020.pdf (дата обращения: 02.08.2022).
22. ТК РФ Глава 49.1. Особенности регулирования труда дистанционных работников. – Текст : электронный // КонсультантПлюс.: [Сайт]. – URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34683/e3109974293f0702a9260fd10cf35a0ca2968319/ (дата обращения: 19.08.2022).
23. Трофимова, Н. Н. Стратегические аспекты антикризисного управления предприятиями в период пандемии COVID-19 / Н. Н. Трофимова. – Текст : электронный // Вестник университета. – 2020. – № 11. – С. 59–66. – URL: https://vestnik.guu.ru/jour/issue/view/58/showToc (дата обращения: 17.08.2022).
24. Трудовые ресурсы, занятость и безработица. – Текст : электронный // Федеральная служба государственной статистики (Росстат) : [Сайт]. – URL: https://rosstat.gov.ru/labour_force (дата обращения: 16.08.2022).
25. Федеральный закон от 8 декабря 2020 г. N 407-ФЗ «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации в части регулирования дистанционной (удаленной) работы и временного перевода работника на дистанционную (удаленную) работу по инициативе работодателя в исключительных случаях» // Гарант.: [Сайт]. – URL: http://ivo.garant.ru/#/document/75015881/paragraph/1/doclist/12140/showentries/0/highlight/ОТ%208%20ДЕКАБРЯ%202020%20Г.%20N%20407-ФЗ:0 (дата обращения: 19.08.2022).
26. Цацулин, А. Н. Цифровизация населения как детерминант виртуального и реального рынка труда в условиях пандемии / А. Н. Цацулин. – Текст : непосредственный // Вестник Национальной академии туризма. – 2020. – № 3. – С. 10–19.
27. Яровова, Т. В. Влияние пандемии на малый и средний бизнес в РФ / Т. В. Яровова, К. Т. Агаризаева. – Текст : электронный // Московский экономический журнал. – 2021. – № 11. – URL: https://qje.su/ekonomicheskaya-teoriya/moskovskij-ekonomicheskij-zhurnal-11-2021-47/ (дата обращения: 29.07.2022).