Промышленная политика: инструментарий и возможности осуществления реиндустриализации экономики России

Донской Д.А.
Industrial policy: tools and opportunities for the reindustrialization of the Russian economy - View in English
Об авторах:

Донской Д.А.1
1 Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации (Липецкий филиал)

 Скачать PDF

Аннотация:
Статья посвящена анализу инструментария промышленной политики государства, который следует применять для инициации и поддержания процесса реиндустриализации отечественной экономики в условиях трансформации мировой хозяйственной системы.
В качестве основных выводов данной работы, содержащей элементы научной новизны, следует позиционировать разработанную и представленную типологию отраслей промышленности (и производств) по критерию их значимости в обеспечении функционирования национальной социо-производственно-экономической и хозяйственной систем и возможности обеспечения реиндустриализации, а также анализ инструментов промышленной политики государства. Статья может быть интересна специалистам, занимающимся вопросами промышленной политики, государственного управления, аспирантам, магистрантам и студентам экономических направлений обучения.

Ключевые слова:

промышленность, инструментарий, индустриализация, экономика

JEL-классификация: L51, L52, L59

Цитировать публикацию:
Донской Д.А. Промышленная политика: инструментарий и возможности осуществления реиндустриализации экономики России // Креативная экономика. – 2021. – Том 15. – № 9. – С. 3535-3548. – doi: 10.18334/ce.15.9.113478

Donskoy, D.A. (2021) Industrial policy: tools and opportunities for the reindustrialization of the Russian economy. Kreativnaya ekonomika, 15(9), 3535-3548. doi: 10.18334/ce.15.9.113478 (in Russian)

Приглашаем к сотрудничеству авторов научных статей

Публикация научных статей по экономике в журналах РИНЦ, ВАК (высокий импакт-фактор). Срок публикации - от 1 месяца.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241




Введение

В процессе трансформации социо-производственной системы с целью осуществления реиндустриализации национальной экономки необходимо понимать, что одновременные изменения во всей производственно-промышленной практически любой значимой страны, обладающей существенным объемом производственных отраслей трудноосуществимы и требуют колоссальных затрат ресурсов (как это происходило в период ускоренной индустриализации нашей страны в начале-середине прошлого века). Современная Россия не располагает ни подобными ресурсами (ни финансовыми, ни человеческими, ни любыми иными), ни соответствующим управленческим потенциалом.

Соответственно, в процессе осуществления реиндустриализации необходимо выделить наиболее значимые отрасли и производства, которые следует развивать в первую очередь, развитие которых, в свою очередь, станет базисом для возникновения и роста других производств.

Целью данной работы является выявление необходимых трансформаций в промышленной политике государства, которые необходимы для инициации и государственной поддержки промышленного развития отечественной экономики.

В советский период времени все отрасли промышленности делили на отрасли группа «А» и отрасли группы «В».

В отрасли и производства группы «А» относили все те производства, которые обеспечивали национальную промышленность средствами производства. Основными представителями данной группы отраслей выступали (и выступают): черная и цветная металлургия, машиностроение, энергетика, топливная, химическая промышленность.

В группу «В» входили отрасли промышленности, связанные производством товаров личного потребления и потребления домохозяйств: текстильная, трикотажная, швейная, обувная, мебельная, рыбная, сахарная промышленность.

В ряде работ Е.В. Дробот и И.Н. Макарова классификация отраслей промышленности идет по критерию стратегической значимости – соответственно, отрасли, помимо указанного разделения, подразделяются на стратегические и остальные [1 - 5].

Рассматривая критерии, позволяющие отнести отрасль к категории стратегических, авторы отмечают, что «данная отрасль должна оказывать существенное влияние на военную, продовольственную или технологическую безопасность. Соответственно, продукция стратегических отраслей непосредственно влияет на данные виды безопасности (например, сельскохозяйственного производства на продовольственную безопасность) либо лежит в основе обеспечения ресурсами производства в данных отраслях (например, металлургическое производство для военно-промышленного комплекса) [1, С. 2771].

Также дополняется, что «данная отрасль должна быть в «ядре» текущего технологического уклада и быть необходимой для развития следующего технологического уклада» [1, С. 2771].

Специфика стратегических отраслей (тем более – стратегических отраслей промышленности) обуславливает необходимость отнесения их к базису национальной социо-производственно-экономической системы. Все остальные виды деятельности, таким образом, фактически можно было бы рассматривать в качестве надстройки этой системы. Однако, между базисом и надстройкой, на наш взгляд, необходимо выделить отрасли, относимые к категории квазибазисных.

Прежде всего, это объясняется необходимостью рассматривать социо-производственно-экономическую систему не только в статике, но и в динамике. Это означает, что отрасли, составляющие «ядро» текущего технологического уклада и принципиально важные в настоящее время для обеспечения международной конкурентоспособности национальной производственной системы и, в конечном итоге, всей национальной хозяйственной системы, могут уступить свое значение другим отраслям, потенциально составляющим «ядро» будущего технологического уклада. Соответственно, последние необходимо отнести к потенциально важным, и, скорее всего, они будут отнесены к стратегическим отраслям в будущем и составлять базис будущей социо-производственно-экономической системы, не имея подобной роли в настоящее время.

Подобная перспективная важность не позволяет отнести их к надстройке, а, соответственно, их следует выделить в отдельную группу – «квазибазисных» отраслей. Таким образом, базисные отрасли значимы в настоящее время, а «квазибазисные» - в перспективе.

Однако, данная классификация отраслей, на наш взгляд недостаточна, поскольку она не позволяет в достаточной мере оценить их роль в функционировании национальной производственной системы как части национальной хозяйственной системы и возможности в процессе реиндустриализации экономики.

Таким образом, при разработке и реализации государственной промышленной политики и распределении ограниченных государственных ресурсов в качестве точки отсчёта должно быть взято возможное (наиболее вероятное) влияние развития отрасли (предприятий и производств отрасли) на траекторию промышленного и социально-экономического развития.

Поэтому, исходя из потенциального влияния влияние развития отрасли (предприятий и производств отрасли) на траекторию промышленного и социально-экономического развития, мы предлагаем собственную классификацию отраслей, исходя из их значимости для экономического развития и реиндустриализации экономики страны и/или региона (таблица 1).

Таблица 1. Типология отраслей промышленности (и производств) по критерию их значимости в обеспечении функционирования национальной социо-производственно-экономической и хозяйственной систем и возможности обеспечения реиндустриализации

Категория отрасли (производства)
Параметры и хозяйственное значение отрасли
Стратегические отрасли
Обеспечивают стабильное функционирование национальной социально-экономической системы, лежат в основе всего национального производства и обеспечения экономической безопасности страны
Основные отрасли
Важны для обеспечения международной конкурентоспособности, экономической безопасности и/или обеспечивающие наиболее значительные доли в общей структуре экспорта страны
Системной поддержки
В данную категорию как правило входят все отрасли инфраструктуры, включая: системы топливно-энергетического комплекса, системы водоотведения, транспортные системы, образовательная система
Производства обеспечивающие (основных отраслей)
Это комплекс производств, обеспечивающих функционирование ведущих наиболее значимых для экономики отраслей и производств (стратегических, основных, инициирующих) – например, производство комплектующих, добывающая промышленность и иные производства, играющие аналогичную роль
«Ядерные» производства
Комплекс производств, формирующих ядро текущего и наступающего / перспективного / технологического уклада
Инициирующие отрасли и производства
Производства отраслей промышленности, способные играть роль «полюса роста» не только для территорий размещения, но для промышленности окружающей среды вследствие наличия двусторонней связи: потребности в комплектующих и иных ресурсах определенного технико-технологического уровня, транслируя при этом в эту среду новые технологии и поставляющие новые материалы и возможности развития новых производств, относящихся к текущему или опережающему технологическому укладу
Источник: сформулировано автором на основе исследований

При анализе возможностей и необходимости воздействия государства на процессы функционирования промышленного комплекса следует отметить, что высокая важность и наличие существенного внешнего эффекта в функционировании стратегических, основных, «ядерных» и инициирующих отраслей экономики, как правило, предполагает необходимость государственного участия в их развитии. В частности, необходимость государственного воздействия на траекторию развития стратегических отраслей объясняется потребностью в предотвращении возможности выхода на траектории развития, влекущие за собой потерю стабильности не только и не столько самой стратегической отрасли (предприятий данной отрасли), сколько всей социально-экономической системы.

Одним из инструментов воздействия государства на развитие предприятий наиболее значимых отраслей промышленности является создание промышленно-производственных кластеров, формирование особых экономических зон промышленно-производственного типа. Данный опыт весьма распространён в таких странах как Япония (программа Технополис), Китае, ряде иных стран, характеризующихся активной промышленной политикой.

Фактически, это можно объяснить тем, что кластеры и особые экономические зоны можно рассматривать в качестве пространственно-территориального отображения (региональной проекции) инструментария обеспечения устойчивого развития промышленности [9, 10].

Кластеры и особые экономические зоны выступая как инструментарий промышленной политики несут в себе весьма существенный потенциал реиндустриализации экономики страны, поскольку в процессе функционирования таковых может наблюдаться синергетический эффект, возникающий вследствие концентрации на определенной территории взаимодополняющих производств (при формировании оптимальной, либо близкой к оптимальной структуры производств, расположенных в пределах промышленно-производственного кластера, либо соответствующей зоны), упрощающей диффузию инноваций и, при взаимодействии с образовательными структурами, потенциала формирования потока инноваций.

При этом под кластером мы понимаем систему взаимосвязанных производств, осуществляемых в рамках различных предприятий (фирм), формирование и развитие каждого из которых способствует развитию других производств кластера (минимум, одного), и / или экономии на издержках (включая логистические издержки) как минимум одного из производств, входящих в кластер.

По утверждению отдельных исследователей, кластеры могут быть искусственно сформированы, либо являть собой результат эволюции анклава высокотехнологичных промышленных предприятий (ВТПП).

При этом, согласно утверждению Ползуновой, в процессе эволюции анклава в кластер изначально идет процесс накопления потенциала – то есть стадия экстенсивного роста, выражающаяся в увеличении количественных показателей анклава – главным образом - количества производств, затем переходящий в стадию качественного – интенсивного – роста, когда возникающая структура кластера подвергается усложнению и, одновременно, идет усложнение взаимосвязей между производствами участников кластера [5, С. 223].

Примером успешной индустриализации экономики на основе кластерной политики и формирования особых экономических зон, может выступать опыт Китая, где, преломляясь сквозь призму политической системы Китая и национальный менталитет, принципы создания региональных «полюсов роста», воплотились в явление, получившее название «Зона технико-экономического развития» (ЗТЭР), которые китайскими специалистами часто называются также «неполномочными экономическими системами», что, на наш взгляд, более точно отражает сущность данного явления.

В ходе изучения и анализа многолетнего опыта индустриализации экономики Китая, базирующегося на использовании инструментария свободных экономических зон различных видов, китайские специалисты решали задачу совмещения плановых и рыночных методов хозяйствования, что выразилось в создании схемы разработки и реализации высшей формы СЭЗ, способной функционировать в условиях экономической и политической систем Китая – Зоны технико-экономического развития.

Основным отличием китайских ЗТЭР от имеющихся в других странах мира особых экономических зон и кластеров состоит наличии в системной доминанты общественной собственности, характерной для Китая на протяжении значительной части прошлого столетия (примесной составляющей в данном случае выступало наличие частного капитала, как правило, иностранного / зарубежного происхождения).

Вторым отличием китайских ЗТЭР от прочих зон и кластеров, существующих в других странах, является жесткая привязка проекта развития промышленных комплексов в рамках выделенных для реализации программ промышленного развития территорий к планам территориального / регионального / развития.

Именно сочетание планового подхода как системной доминанты развития национальной промышленности с действием рыночных сил, осуществляемых в рамках системы региональных кластеров в данном случае и является наиболее интересным для реализации в условиях России [8, 11, 12].

Другим примером успешной реиндустриализации экономики страны на основе государственного управления, государственной поддержки и кластерного подхода может служить опыт реиндустриализации Японии.

В качестве основных целей проекта «Технополис» выделяются:

1. Активизация научно-исследовательской деятельности территориальных университетов и таким образом интенсификация научных исследований и формирования потока технологических инноваций (и/или изобретений) по всей территории страны.

2. Инновационная модернизация национальной промышленности и ее переориентация на использование наукоемких технологий и производств с высокой долей добавленной стоимости.

3. Стимулирование развития промышленного производства (промышленно-производственных комплексов, формируемых в рамках кластера – «Технополиса» периферийных территорий – технополисы рассматривались в качестве региональных «полюсов роста».

4. Создание более равномерной пространственной структуры промышленных производств путем перераспределения промышленного потенциала (и соответствующих ресурсных потоков) из центра в периферийные районы.

Если наложить опыт развития национальной промышленности Японии и Китая с использованием инструментария кластеров, особых экономических зон, иных инструментов развития на отечественную действительность, необходимым будет вывод о крайне малой интенсивности применения подобного инструментария в нашей стране.

Подтверждением подобного вывода могут и должны служить следующие факты:

1.В настоящее время в России функционируют следующие технико-внедренческие и промышленно производственные зоны:

1.1. Промышленно-производственные зоны (Особые экономические зоны промышленно-производственного типа) [6, 7]:

1. ОЭЗ ППТ «Липецк» Липецкая область;

2. ОЭЗ ППТ «Алабуга» Республика Татарстан;

3. ОЭЗ ППТ «Моглино» Псковская область;

4. ОЭЗ ППТ «Тольятти» Самарская область;

5. ОЭЗ ППТ «Калуга» Калужская область;

6. ОЭЗ ППТ «Титановая долина» Свердловская область;

7. ОЭЗ ППТ «Узловая» Тульская область;

8. ОЭЗ ППТ «Лотос» Астраханская область;

9. ОЭЗ ППТ «Ступино Квадрат» Московская область.

1.2. Технико-внедренческие зоны (Особые экономические зоны технико-внедренческого типа) [6, 7]:

1. ОЭЗ «Технополис «Москва» Москва;

2. ОЭЗ ТВТ «Дубна» Московская область;

3. ОЭЗ ТВТ «Исток» Московская область;

4. ОЭЗ ТВТ «Санкт-Петербург» Санкт-Петербург;

5. ОЭЗ ТВТ «Томск» Томск.

К приведенному перечню также необходимо отнести проект «Сколково», реализация которого началась в 2010 году [6, 7].

Однако, даже без детального ознакомления с параметрами деятельности особых экономических зон, при оценке возможности их влияния на научное и технологическое развитие национальной промышленности России, возникает вопрос об их количестве, особенно актуальный с учетом японского опыта.

2.Распределение данных зон на карте по территории страны показано на рисунке 1 и 2.

По данным рисунков (1 и 2) можно заключить, что «сеть» особых экономических зон, имеющих непосредственное отношение к промышленному развитию в нашей стране весьма невелика, а сами зоны являют собой единичное явление, почти не оказывающее существенного эффекта на промышленное развитие в масштабах страны.

Рисунок 1. Особые экономические зоны промышленно-производственного типа [6]:

Рисунок 2. Особые экономические зоны технико-внедренческого типа [6, 7]

Таким образом, необходимо отметить, что проводя сопоставление российской действительности с опытом Китая и Японии, приходится констатировать, что разработка и реализация программ модернизации и развития национальной промышленности на основе инструментов особых экономических зон и промышленно-производственных кластеров в форме масштабных проектов даже регионального уровня, не говоря уже об успешных проектах национального масштаба наподобие проекта «Технополис», в России фактически находится в начальной стадии.

Заключение

Как показывает мировая практика, государство может принимать участие в развитии национальной промышленности в части предприятий наиболее значимых отраслей посредством реализации следующих возможностей:

1. Путем принятия и реализации набора соответствующих государственных программ – данный опыт присущ большинству развитых стран мира, включая Японию, претендующую в настоящее время на мировое научно-техническое лидерство. Данный вариант развития, в большинстве стран мира, расценивается, как оптимальный и, как правило, предполагает развитие стратегически важных производств в контексте развития территориальных промышленно-производственных комплексов, зачастую осуществляемого в рамках формирования особых экономических зон и промышленно-производственных кластеров.

2. Путем возвращения предприятий отрасли в государственную собственность и непосредственного управления развитием отраслей и (групп) предприятий, входящих в состав отрасли. Подобный путь наиболее характерен для прошлого века для стран с доминирующей социалистической (коммунистической) идеологией. В настоящих условиях возможность осуществления данной возможности без значительных социальных, экономических и политических потрясений представляется сомнительной.

3. Необходимо отметить, что проводя сопоставление российской действительности с опытом Китая и Японии, приходится констатировать, что разработка и реализация программ модернизации и развития национальной промышленности на основе инструментов особых экономических зон и промышленно-производственных кластеров в форме масштабных проектов даже регионального уровня, не говоря уже об успешных проектах национального масштаба наподобие проекта «Технополис», в России фактически находится в начальной стадии.



Издание научных монографий от 15 т.р.!

Издайте свою монографию в хорошем качестве всего за 15 т.р.!
В базовую стоимость входит корректура текста, ISBN, DOI, УДК, ББК, обязательные экземпляры, загрузка в РИНЦ, 10 авторских экземпляров с доставкой по России.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241



Источники:
1. Дробот Е.В., Макаров И.Н., Иванова А.А. Особенности государственного управления развитием стратегических отраслей в условиях экономических санкций: институциональный и системный аспект // Российское предпринимательство. – 2017. – № 19. – c. 2769-2786.
2. Дробот Е.В., Макаров И.Н., Колесников В.В. Промышленная политика и проектное управление в контексте импортозамещения: необходимость новой реиндустриализации // Российское предпринимательство. – 2018. – № 10. – c. 2753-2762. – doi: 10.18334/rp.19.10.39503.
3. Макаров И.Н., Колесников В.В., Широкова О.В, Кадильникова Л.В. Теоретико-институциональный базис формирования системы государственного управления процессом реиндустриализации экономики: политэкономический анализ // Российское предпринимательство. – 2017. – № 24. – c. 4051-4070. – doi: 10.18334/rp.18.24.38681.
4. Макаров И.Н., Овечкина И.В. Необходимость формирования планово-рыночной системы в условиях структурного дисбаланса экономики и санкционного давления // Экономические отношения. – 2018. – № 1. – c. 19-24. – doi: 10.18334/eo.8.1.38832.
5. Ползунова Н.Н. Организационно-экономический механизм обеспечения конкурентоспособности высокотехнологичных промышленных предприятий. / Диссертация на соискание ученой степени доктора экономических наук. - М., 2017. – 223 c.
6. Официальный сайт АО «Особые экономические зоны». [Электронный ресурс]. URL: http://www.russez.ru/oez/industrial/ (дата обращения: 19.09.2021).
7. Федеральный закон Российской Федерации № 244-ФЗ «Об инновационном центре "Сколково"» (подписан президентом Российской Федерации Д. А. Медведевым 28 сентября 2010 г.).
8. Булавко О.А. Особые экономические зоны как катализатор развития российской промышленности // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – № 4. – c. 987-996. – doi: 10.18334/epp.10.4.100775.
9. Дробот Е.В. Африканская континентальная зона свободной торговли как новый этап экономической интеграции на африканском континенте // Экономические отношения. – 2021. – № 3. – c. 465-482. – doi: 10.18334/eo.11.3.112133.
10. Африканская континентальная зона свободной торговли в зеркале международной экономической интеграции: Quo Vadis? // Экономические отношения. – 2021. – № 2. – c. 355-376. – doi: 10.18334/eo.11.2.112139.
11. Дробот Е.В., Макаров И.Н., Авцинова А.А., Журавлева О.В. Совершенствование методики экспертной оценки бизнес-плана проекта для резидентов особых экономических зон // Экономические отношения. – 2019. – № 2. – c. 1137-1150. – doi: 10.18334/eo.9.2.40792.
12. Жаркова Н.Н. Интеграция кластера и особой экономической зоны как инструмент реализации Концепции 2020 // Экономика, предпринимательство и право. – 2017. – № 2. – c. 95-102. – doi: 10.18334/epp.7.2.38403.