Мировая экономика в условиях пандемии коронавируса

Волошин А.А.
Global economy in the context of the coronavirus pandemic - View in English
Аннотация:
Статья посвящена комплексному исследованию экономического кризиса, возникшего в связи с пандемией коронавируса. Автором был проведен анализ существующих механизмов реагирования в сложной экономической ситуации с целью выявления сильных и слабых сторон системы. Исследование рассчитано на широкую аудиторию: экономистов, юристов, аналитиков и социологов.

JEL-классификация:

Цитировать публикацию:
Волошин А.А. Мировая экономика в условиях пандемии коронавируса // Креативная экономика. – 2020. – Том 14. – № 10. – С. 2205-2222. – doi: 10.18334/ce.14.10.111042

Voloshin, A.A. (2020) Global economy in the context of the coronavirus pandemic. Kreativnaya ekonomika, 14(10), 2205-2222. doi: 10.18334/ce.14.10.111042 (in Russian)

Приглашаем к сотрудничеству авторов научных статей

Публикация научных статей по экономике в журналах РИНЦ, ВАК (высокий импакт-фактор). Срок публикации - от 1 месяца.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241




Введение

Пандемия коронавирусной инфекции, охватившая в разной степени почти весь земной шар, стала самым глобальным вызовом человеческой цивилизации со времен Второй мировой войны. Недаром многие аналитики сравнивают кризис, вызванный пандемией, с экономической ситуацией после Второй мировой войны, при этом считая последнюю более благоприятной для мировой экономики. Для борьбы с последствиями пандемии правительства развитых государств взяли столько займов, что государственный долг многих из них вернулся к уровню конца Второй мировой войны [9] (Zumbrun, 2020).

Необходимо отметить, что ситуация в мировой экономике перед началом пандемии была уже неоднозначной. Цены на нефть постепенно снижались задолго до начала распространения коронавирусной инфекции и переговоров стран ОПЕК+ о новом соглашении по сокращению добычи нефти, но конфликт между Саудовской Аравией и Россией, по сути дела, обрушил их, значительно ухудшив экономический фон перед началом кризиса.

Темпы экономического роста в наиболее развитых государствах мира, в том числе в США и Китае, имели тенденцию к замедлению, существовали определенные проблемы в банковском секторе отдельных стран. Негативное влияние на экономическую ситуацию в мире оказали выход Великобритании из ЕС и конфликт между США и Ираном, который едва не закончился войной.

Нельзя сказать, что мировая экономика перед началом пандемии Covid-19 находилась в предкризисном состоянии, но, несомненно, она испытывала определенные трудности, которые должны были при любых обстоятельствах сказаться на темпах ее развития.

Целью данной статьи является анализ влияния пандемии коронавируса на международную экономическую ситуацию как в целом, так и на примере отдельных государств. Используя сравнительный метод исследования, автор приходит к выводу, что возникшие перед мировым сообществом вопросы являются абсолютно уникальными и требуют специальных решений. Анализ не только экономических, но и юридических мер, принимаемых государствами, способствует формированию комплексных выводов.

В качестве информационной базы автором были использованы статистические данные, опубликованные на официальных сайтах Европейского союза [3], статьи ведущих экономических изданий [9] (Zumbrun, 2020), аналитические материалы передовых консалтинговых компаний [4] (Curley, Garber, Krishnan, Tellez, 2020), монографии современных ученых, законодательство исследуемых государств.

Факторы воздействия на мировую экономику

Пандемия коронавируса, которая быстро распространилась за пределы Китая, в связи с закрытием государственных границ, введением карантина и режима самоизоляции, приостановкой международных пассажирских и грузовых перевозок парализовала на некоторое время мировую экономику. Ее влияние на экономическую ситуацию во многих странах, несмотря на снятие многих ограничений, сохраняется до сих пор, а последствия будут ощущаться еще несколько лет, особенно в развивающихся странах.

Современные экономика и общество испытывают одновременное давление трех факторов воздействия: объективных факторов, связанных с пандемией коронавируса; экономических факторов, обусловленных падением цен на нефть и приостановкой ряда производств; информационно-коммуникационных факторов, усиливающих негативное воздействие первых двух [17, с. 113] (Matkovskaya, 2020, р. 113).

Все три фактора имеют стихийный характер и малоуправляемы, но пандемия коронавируса и обусловленные ею экономические проблемы связаны с объективными процессами, происходящими в мире и мировой экономике.

Информационно-коммуникационный фактор формируется из аналитических прогнозов экспертов и консалтинговых компаний, мнений ведущих представителей мировой экономики и информационных сообщений средств массовой информации. В этом смысле он полностью субъективен, но при этом может существенно влиять на атмосферу на фондовых рынках и настроения инвесторов, что, в свою очередь, определяет состояние мировой финансовой системы. Несомненно, панические настроения и обвал на мировых фондовых рынках в начале пандемии были вызваны не столько реальным положением дел в экономике, сколько пессимистическими прогнозами экспертов и «сенсационными» материалами средств массовой информации.

Негативные ожидания в разных сферах (экономической, социальной, медицинской) оказались значительно сильнее реальных угроз и сыграли свою роль в обострении кризиса, вызванного пандемией Covid-19.

Необходимо отметить, что спектр мнений экспертов и консалтинговых агентств о возможных последствиях пандемии коронавируса для мировой экономики очень широк: от самых пессимистических (распад мирового порядка, рецессия мировой экономики, острая нехватка продовольствия, голод) до вполне оптимистических, предполагающих, что кризис даст мощный импульс развитию мировой экономики и переходу ее на новый технологический уровень.

Очевидно, что и мировое сообщество, и экономика не останутся неизменными после такого стресса. Но нужно признать, что новые производственные и цифровые технологии, инновационный путь развития будут доступны для государств, уже обладающих высокотехнологичным производством и высоким человеческим потенциалом, т.е. для стран с сильной экономикой и богатыми ресурсами. А для развивающихся стран со слабой экономикой, основанной на дешевом труде низкоквалифицированных работников, экономический кризис, вызванный пандемией коронавируса, станет серьезным препятствием для поступательного развития и причиной технологического регресса [18, с. 86–87] (Nizhegorodtsev, 2020, р. 86–87).

Пессимистические прогнозы многих экспертов и консалтинговых компаний (март-апрель 2020 г.), предполагавшие рецессию в экономике большинства развитых государств, оказались неточными и слишком жесткими.

Индикатором состояния мировой экономики является экономическая ситуация в двух государствах: в США и Китае, обладающих самыми крупными экономиками мира.

Главной проблемой не только США, но и большинства развитых государств в мире является растущий в условиях пандемии государственный долг. По данным МВФ, государственный долг стран с развитой экономикой достиг 128% мирового ВВП, но многие аналитики считают, что американскому правительству сегодня нужно думать не о растущем государственном долге, а заниматься вопросами сдерживания распространения коронавирусной инфекции и решать вызванные ею экономические проблемы [9] (Zumbrun, 2020).

Администрация Дональда Трампа разработала пакет мер, который включает в себя выплаты населению, поддержку предприятий, развитие государственного здравоохранения и обойдется правительству в 2 трлн долларов [19, с. 95] (Frumkin, 2020, р. 95).

По данным Wall Street Journal, экономическая активность в США растет, несмотря на значительное увеличение в июле числа зараженных коронавирусной инфекцией. В августе 2020 г. экономика США находилась в состоянии подъема, так как многие компании избавились от последствий спада, вызванного пандемией, хотя темпы роста в других регионах мира замедлились. Американские компании отмечают рост активности покупателей и клиентов в различных сферах торговли и услуг в период возобновления ими своей деятельности после ограничений, введенных весной и в начале лета. И на это не повлиял резкий рост в июле числа новых заражений коронавирусной инфекцией и закрытие предприятий, хотя это также могло замедлить темпы восстановления экономики.

Информационная компания IHS Markit сообщила, что сводный индекс менеджеров по закупкам (PMI), измеряющий активность в производственной сфере и сфере услуг, вырос до 54,7 с 50,3 в июле 2020, что является 18-месячным максимумом, причем в обоих секторах наблюдается значительный рост. Индекс промышленного производства вырос до 53,6 с 50,9 в июле. Индекс активности в сфере услуг вырос до 54,8 с 50 [5] (Hannon, 2020).

Об ускорении экономического развития говорят и материалы отчета Национальной ассоциации риелторов США, которые свидетельствуют о том, что продажи домов, бывших в употреблении, в июле 2020 выросли на 24,7% по сравнению с июнем 2020, чему способствовали низкие процентные ставки и желание людей иметь больше площадей [5] (Hannon, 2020).

Однако экономисты предупреждают, что чрезмерный оптимизм в этой сфере пока не имеет достаточно оснований. По данным Министерства торговли США, во втором квартале 2020 г. производство в США упало на 32,9% в годовом исчислении, что является самым сильным снижением за всю историю наблюдений [5] (Hannon, 2020).

На определенные проблемы в американской экономике указывают и увеличение в середине августа количества новых заявок на пособие по безработице, замедление прироста заработной платы в июле по сравнению с июнем, сокращение рабочих мест в крупных компаниях, в том числе и Boeing Co.

Федеральная резервная система в середине августа 2020 заявила, что промышленное производство все еще на 8,2% ниже уровня годичной давности [6] (Harrison, Hannon, 2020).

Многие представители крупного бизнеса в США, согласно опросам, проведенным Wall Street Journal, относятся к перспективам восстановления американской экономики со сдержанным оптимизмом, связывая их, прежде всего, с успешной борьбой с коронавирусом [6] (Harrison, Hannon, 2020).

Это свидетельствует о неоднозначности ситуации в американской экономике, но все же она далека от обрушения, которое прогнозировали многие аналитики, в том числе и российские, еще в апреле.

Экономика Китая в настоящее время является второй по величине в мире с долей 15,8% в мировом ВВП (данные Всемирного банка) и 12,8% в мировом товарном экспорте (данные Конференции ООН по торговле и развитию – UNCTAD).

Согласно информации издания Le SPF Economie, именно Китай первым ощутил экономические последствия пандемии коронавирусной инфекции, которые были результатом шока предложения и шока спроса. В первом квартале 2020 г. произошло резкое сокращение частных потребительских расходов (транспорт, отдых и розничная торговля), а в некоторых китайских провинциях была практически приостановлена промышленная деятельность, включая производство автомобилей и их компонентов.

Согласно предварительным данным (20 апреля 2020 г.), опубликованным Национальным бюро статистики Китая, предполагалось снижение ВВП Китая в первом квартале 2020 г. на 9,8% по сравнению с последним кварталом 2019 г. и на 6,8% по сравнению с первым кварталом 2019 г. [28].

Прогнозы консалтинговой компании Mc Kinsey и Oxford Economics (6 июля 2020 г.) предусматривали в своих сценариях либо низкий рост, либо спад китайской экономики [7].

Успехи борьбы с коронавирусом в стране позволили экспертам значительно улучшить прогнозы по темпам развития ее экономики. Например, J.P. Morgan в августе 2020 повысил свой прогноз экономического роста в Китае на 2020 г. до 2,5% с 1,3% в апреле 2020. Экономисты Всемирного банка и других организаций также повысили свои прогнозы по Китаю. По мнению бывшего главного экономиста Всемирного банка по Азии Хараса, пандемия коронавируса поможет увеличить экономическую мощь Китая по сравнению с другими развивающимися странами, такими как Россия и Бразилия. Индия также испытывает значительный экономический спад, и к концу следующего года ее экономика будет меньше одной пятой экономики Китая.

Компании Marriott International Inc., LVMH Moët Hennessy Louis Vuitton SE до Tesla Inc. и Starbucks Corp. сообщили о сильном росте спроса на их услуги и товары во втором квартале в Китае. Marriott сообщила, что уровень загрузки отелей в регионе достиг 60% во втором квартале, что ненамного ниже прошлогоднего показателя в 70%.

Эти данные подкрепляют убежденность китайского руководства в том, что модель государственного управления Китая, которая помогла стране преодолеть финансовый кризис 2008–2009 гг. с минимальными трудностями, лучше, чем рыночная система США, что придает китайским лидерам уверенность в период возрастающей геополитической и экономической конкуренции с ведущей державой мира [2] (Cheng, 2020).

Но и как в случае с американской экономикой, многие эксперты считают рост темпов экономического развития Китая неустойчивым. Это мнение основывается на данных о значительном увеличении государственного долга, неравномерном восстановлении различных регионов страны, обострении проблем в банковском секторе, возможной рецессии среди его торговых партнеров.

Таким образом, по темпам развития двух ведущих экономик мира (американской и китайской) можно составить представление об общих тенденциях в мировой экономике. К ним можно отнести увеличение государственного долга, замедление темпов развития по сравнению с предыдущими периодами прошлого года, рост в отдельных секторах экономики, в том числе в сфере торговли, внутреннего туризма, на рынке недвижимости. Эксперты предполагают рост обеих экономик, но их прогнозы также предусматривают и определенные риски, связанные с пандемией коронавируса, с проблемами в финансовом секторе и в сфере мировой торговли.

Условия восстановления экономики

Согласно исследованиям агентства McKinsey, путь к общему восстановлению экономики будет зависеть от эффективности ответных мер общественного здравоохранения на пандемию, включая борьбу с возможным возрождением вируса, ответных мер экономической политики правительства и способности восстановить доверие бизнеса и потребителей [1] (Bhattacharjee, Gould, Greenberg, Kandel, 2020).

Одним из последствий пандемии коронавируса стало резкое падение объемов мировой торговли в марте-апреле 2020 г. По данным Wall Street Journal, это было самое большое падение за два последних десятилетия, так как карантинные меры привели к приостановке воздушного и морского транспорта.

Экспорт Китая в первом квартале 2020 г. упал на 7,7%, но после отмены изоляции во втором квартале вырос на 2,4%. Экспорт США из-за трехмесячного карантина упал на 24,8%, ЕС – на 19,2%.

В начале третьего квартала, по информации различных источников, торговые потоки с разной степенью интенсивности стали восстанавливаться. По данным статистического агентства Германии, продажи товаров в Китай в июне были на 15,4% выше, чем годом ранее. Однако продажи Германии в США снизились на 20,7% по сравнению с прошлым годом [26].

Восстановление торговли к концу второго квартала, а также более свежие данные об объемах морских перевозок и экспортных заказах, о которых сообщили производители, позволяют предположить постепенное увеличение торговых потоков.

Показатель контейнерных перевозок, подготовленный Немецким институтом экономических исследований им. Лейбница и Институтом экономики и логистики судоходства, зафиксировал резкий рост в июле до уровня, ненамного ниже, чем годом ранее.

По прогнозам Всемирной торговой организации в Женеве, объемы торговли могут упасть на 13% в этом году по сравнению с 2019 г., что соответствует более оптимистичному из двух сценариев, предложенных ею на 2020 год [27].

Данные различных источников, в том числе и производителей, свидетельствуют о том, что темпы роста мировой торговли в различных регионах мира отличаются. Если производители из США и Германии сообщают о резком увеличении экспортных заказов в августе, то во Франции и Японии отмечается их сокращение [5] (Hannon, 2020).

Состояние мировой торговли является важным показателем экономического развития, который отражает уровень восстановления производства в разных странах и торговых отношений между ними.

Увеличение торговых потоков, возобновление поставок комплектующих для производства автомобилей и электронной техники из Китая, рост экспорта в торговых балансах США и Германии дают основания для оптимистических прогнозов в отношении роста объемов мировой торговли. Вряд ли экономический кризис, связанный с пандемией коронавируса, в ближайшей перспективе послужит катализатором распада транснациональной промышленности и системного кризиса мировой торговли, как считают некоторые представители экономической доктрины [14] (Evstafev, 2020). Для радикальной перестройки сложившихся транснациональных межпроизводственных отношений потребуются огромные финансовые вложения, которые в условиях экономического спада можно найти только за счет увеличения и без того катастрофически выросшего государственного долга. Несомненно, что после завершения пандемии и начала нормального функционирования мировой экономики возобновятся торговые войны, обострятся геополитические противоречия между различными государствами, претендующими на экономическое и политическое лидерство в различных регионах мира, возможно, произойдет перераспределение производства и рынков сбыта. Но все это будет происходить в рамках глобального мира, а не в условиях катастрофического распада прежних производственных и торговых отношений.

На наш взгляд, все предположения о возможном конце глобальной экономики пока являются преувеличением [15, с. 14]. Процессы глобализации зашли настолько далеко, что для обращения их вспять потребуется очень много времени и ресурсов, прежде всего, потому что будет необходимо поменять сознание людей, которые уже не видят себя вне глобального мира.

Исследования агентства McKinsey показывают значительное снижение корпоративных (деловых) поездок как фактор спада деловой активности и нежелания руководства компаний рисковать здоровьем своих сотрудников. Для восстановления международных поездок потребуется больше времени из-за сложности государственных постановлений, обязательных карантинов и высокого риска быстро меняющейся политики. По мере ослабления карантинных мер и роста экономической активности корпоративные поездки станут более востребованными, но увеличение их будет происходить поэтапно: сначала вырастут внутренние поездки, а затем – заграничные [4] (Curley, Garber, Krishnan, Tellez, 2020). Уровень активности корпоративных поездок будет отражать темпы роста мировой экономики, но в любом случае будет определяться степенью безопасности для деловых путешественников.

Нельзя не согласиться с тем, что пандемия коронавируса стала серьезным испытанием для межнациональных и наднациональных политических институтов, но все прогнозы, предсказывающие им «коллапс и недееспособность» также преждевременны [14, с. 31] (Evstafev, 2020, р. 31) .

Например, ослабление влияния ООН на различные процессы, происходящие в мире, началось уже давно, задолго до пандемии, и больше связано с необходимостью радикальных реформ в структуре этой международной организации, чем с какими-то внешними причинами.

Что касается Евросоюза, то несмотря на растерянность представителей его руководящих структур в первые дни пандемии, вызванную несогласованными действиями лидеров отдельных государств – членов ЕС, он прошел проверку на прочность и эффективность.

Об этом свидетельствует Предложение Еврокомиссии по новому долгосрочному бюджету ЕС и плану восстановления экономики после пандемии коронавируса от 26 мая 2020 г. План восстановления для Европы предполагает устранение экономического и социального ущерба, нанесенного пандемией коронавируса, создание новых рабочих мест и мощных импульсов экономическому развитию, использование всего потенциала ЕС.

21 июля 2020 г. лидеры ЕС согласовали план восстановления и многолетние финансовые рамки на 2021–2027 гг., которые позволят выйти из кризиса и заложить основы для современной и более устойчивой Европы. План восстановления для Европы предполагает бюджет в размере 750 млрд евро, который увеличит бюджет ЕС за счет привлечения нового финансирования на финансовых рынках в 2021–2024 гг. Для того чтобы обеспечить эффективный ответ ЕС, охватывающий все государства, входящие в него, и его глобальных партнеров, на кризис, вызванный пандемией коронавируса, Еврокомиссия использует ряд инструментов, которые включают в себя различные программы по финансированию отдельных секторов европейской экономики, в том числе гранты и ссуды. Например, Еврокомиссия увеличила бюджет Европейского сельскохозяйственного фонда развития сельских районов на 15 млрд евро для поддержки сельских районов в проведении структурных изменений в соответствии с Европейским экологическим курсом и новыми стратегиями сохранения биоразнообразия и фермерского хозяйства. План восстановления для Европы предполагает также финансирование проведения структурных экономических реформ в государствах – членах ЕС, включая экологическую и цифровую трансформацию, а также инвестиции в области энергетики и климата [8].

Еврокомиссия считает, что для ограничения ущерба и быстрого восстановления экономики необходимо стимулировать инвестиционный механизм за счет запуска успешных инвестиционных проектов, ориентированных на переход к цифровым и экологическим технологиям и поощрения частных инвестиций [7].

Об амбициозности планов и уверенности руководства ЕС в его экономическом потенциале говорят меморандумы о взаимопонимании по программам макрофинансовой помощи, подписанные Еврокомиссией 11 августа 2020 г. в Брюсселе, с восемью государствами. Эти соглашения являются лишь частью пакета в размере 3 млрд евро для десяти партнеров, который направлен на то, чтобы помочь им устранить экономические последствия пандемии коронавируса. Меморандумы о взаимопонимании уже согласованы с Албанией, Грузией, Иорданией, Косово, Молдовой, Черногорией, Северной Македонией и Украиной, а также официально подписаны с четырьмя из них: Косово, Молдовой, Северной Македонией и Украиной. В настоящее время ведутся переговоры о подписании соглашения с двумя странами – Боснией и Герцеговиной и Тунисом [3]. Осуществление этих программ является, с одной стороны, демонстрацией солидарности ЕС со своими партнерами в период беспрецедентного кризиса, с другой стороны, уверенности его руководства в экономических возможностях и в незыблемости основ Европейского союза, несмотря на огромный ущерб, который нанесла пандемия коронавируса европейской экономике. Подтверждает это и беспрецедентная социальная поддержка, оказанная государствами ЕС (прежде всего, Германией и Скандинавскими странами) своим гражданам и частным кампаниям, пострадавшим от экономического кризиса.

Таким образом, ситуация в наиболее развитых государствах мира дает больше оснований для оптимизма, хотя темпы экономического роста в различных регионах мира по-прежнему остаются неустойчивыми и во многом зависят от успеха борьбы с пандемией. Об этом свидетельствуют и сильные колебания финансовых рынков, обменных курсов и котировок цен на сырьевые товары.

Заключение

Экономический кризис, вызванный пандемией коронавирусной инфекции, стал катализатором многих глобальных процессов в мире и мировой экономике, последствия которых будут проявляться в течение нескольких лет после завершения пандемии.

Во-первых, увеличится экономический и технологический разрыв между развитыми и развивающимися государствами. По мнению некоторых экономистов, пандемия коронавируса может стать инструментом перераспределения богатств в мировой экономике, когда богатые страны станут еще богаче за счет обнищания бедных государств [18, с. 89] (Nizhegorodtsev, 2020, р. 89).

Во-вторых, усиление роли государства в управлении экономическими процессами, обусловленное пандемией коронавируса, может стать тенденцией не только для стран, где это является традицией, но и для государств с устойчивыми рыночными ценностями.

В-третьих, пандемия коронавируса продемонстрировала преимущество социально ориентированных государств и их большую устойчивость к кризисам, так как перераспределение доходов и выплаты пособий, обеспечивающие достойный уровень жизни всем слоям населения, в сложных экономических ситуациях практически не требуют дополнительных затрат на социальную поддержку.

В-четвертых, с завершением пандемии коронавируса активизируются миграционные потоки, в основном из африканских и ближневосточных стран и Юго-Восточной Азии в государства Евросоюза, хотя некоторые экономисты пишут о завершении «эры социальной и социально-экономической мобильности», которое они связывают с завершением эры глобализации [14, с. 22] (Evstafev, 2020, р. 22). Однако, как мы уже писали выше, говорить о гибели глобального мира слишком рано, так же, как и замедлении темпов миграции. Экономическая миграция существовала задолго до начала процессов глобализации и напрямую с ней не связана. В ближайшие годы миграция будет также обусловлена экономическими причинами, связанными со значительным снижением уровня жизни во многих регионах мира, которые после завершения пандемии окажутся в еще более сложных условиях, чем до ее начала.

Действительно, пандемия коронавируса вскрыла если не все, то многие проблемы мировой экономики и мироустройства: ресурсные, технологические, финансовые, геополитические. Но вряд ли эти проблемы связаны с недееспособностью ООН или последствиями глобализации [17, с. 118] (Matkovskaya, 2020, р. 118).

Многие проблемы в современном мире, в том числе и в мировой экономике, связаны с эффективностью государственного управления, которое, в свою очередь, зависит от профессионализма управленческого персонала, т.е. качества политической элиты.

Мировая политическая элита оказалась не в состоянии отложить хотя бы на время свои геополитические амбиции и отказаться от практики экономических санкций как метода политического давления для того, чтобы объединиться для борьбы с пандемией. Очевидно, здесь оказала свое влияние атмосфера «новой холодной войны», оказывающая существенное влияние на современный мировой порядок.

Пандемия коронавируса показала неготовность мирового сообщества к совместным конструктивным действиям, которые могли бы минимизировать последствия кризиса, вызванного коронавирусом. В этих условиях еще более актуальной становится постановка вопроса о международно-правовой и финансовой ответственности государств, которые могут стать источником распространения опасных инфекций и вирусов, не давая при этом своевременной и объективной информации об их характере и степени опасности для мирового сообщества.



Издание научных монографий от 15 т.р.!

Издайте свою монографию в хорошем качестве всего за 15 т.р.!
В базовую стоимость входит корректура текста, ISBN, DOI, УДК, ББК, обязательные экземпляры, загрузка в РИНЦ, 10 авторских экземпляров с доставкой по России.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241



Источники:
1. Bhattacharjee D., Rebecca Gould R., Greenberg E., Kandel M. US freight after COVID-19: What’s next? June 2, 2020. URL: https://www.mckinsey.com/industries/travel-logistics-and-transport-infrastructure/our-insights/us-freight-after-covid-19-whats-nex (Дата обращения - 29 августа 2020 г.).
2. Cheng J. China’s Economy Is Bouncing Back - And Gaining Ground on the U.S. // Wall Street Journal. Updated Aug. 24, 2020. URL: https://www.wsj.com/articles/chinas-economy-is-bouncing-backand-gaining-ground-on-the-u-s-11598280917 (Дата обращения - 25 августа 2020 г).
3. Coronavirus: Eight macro-financial assistance programmes agreed to support enlargement and neighbourhood partners. Aug. 11, 2020. URL: https://ec.europa.eu/neighbourhood-enlargement/news_corner/news/coronavirus-eight-macro-financial-assistance-programmes-agreed-support-enlargement_en (Дата доступа – 29 августа 2020).
4. Curley A., Garber R., Krishnan W., Tellez J. For corporate travel, a long recovery ahead. August 13, 2020. URL: https://www.mckinsey.com/industries/travel-logistics-and-transport-infrastructure/our-insights/for-corporate-travel-a-long-recovery-ahead (Дата обращения - 25 августа 2020 г.).
5. Hannon P. Covid Crisis Drives Historic Drop in Global Trade // Wall Street Journal, Updated Aug. 25, 2020. URL: https://www.wsj.com/articles/covid-crisis-drives-historic-drop-in-global-trade-11598368752 (Дата обращения - 27 августа 2020 г.).
6. Harrison D., Hannon P. Economic Recovery Gains Steam While Others Stutter // Wall Street Journal. Updated Aug. 21, 2020. URL: https://www.wsj.com/articles/global-economies-show-signs-of-stuttering-recovery-from-coronavirus-lockdowns-11598001890 (Дата обращения - 27 августа 2020 г.).
7. Le SPF Economie, 21 août 2020. Impact économique du coronavirus URL: https://economie.fgov.be/fr/themes/entreprises/coronavirus/impact-economique-du (Дата обращения - 24 августа 2020 г.).
8. Recovery plan for Europe. Commission proposal for a new long-term EU budget and recovery plan, May 26, 2020. URL: https://ec.europa.eu/info/live-work-travel-eu/health/coronavirus-response/recovery-plan-europe_en#key-instruments-supporting-the-recovery-plan-for-europe (Дата доступа – 28 августа 2020).
9. Zumbrun J. Coronavirus Lifts Government Debt to WWII Levels - Cutting It Won’t Be Easy // Wall Street Journal, Aug. 23, 2020. URL: https://www.wsj.com/articles/coronavirus-lifts-government-debt-to-wwii-levelscutting-it-wont-be-easy-11598191201 (Дата обращения - 25 августа 2020).
10. Бухвальд Е.М. Переживет ли малый бизнес России шок 2020 года? // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – Том 10. – № 5. – С. 1319-1336. – doi: 10.18334/epp.10.5.110134
11. Дробот Е.В. Влияние пандемии COVID-19 на рынок труда США // Экономика труда. – 2020. – № 7. – c. 577-588. – doi: 10.18334/et.7.7.110715.
12. Дробот Е.В., Макаров И.Н., Назаренко В.С., Манасян С.М. Влияние пандемии COVID-19 на реальный сектор экономики // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – Том 10. – № 8. – С. 2135-2150. – doi: 10.18334/epp.10.8.110790.
13. Дробот Е.В., Макаров И.Н., Манасян С.М., Назаренко В.С. и др. Малый и средний бизнес в России: как жить во время и после кризиса? // Креативная экономика. – 2020. – Том 14. – № 10. – doi: 10.18334/ce.14.10.110897
14. Евстафьев Д. Постглобальная экономика на фоне коронавируса // Коронаэкономика. Хроника экономических последствий пандемии 2020 года. – М., 2020.
15. Ланчев Э. Коронавирус изменит мировую экономику навсегда // Коронаэкономика. Хроника экономических последствий пандемии 2020 года. – М., 2020.
16. Лев М. Ю., Лещенко Ю. Г. Экономическая безопасность в системе здравоохранения в период пандемии COVID-19: ответная реакция государств и финансовых органов // Экономика, предпринимательство и право. – 2020. – № 6. – c. 1857-1884. – doi: 10.18334/epp.10.6.110511
17. Матковская Я.С. О беспрецедентности современной ситуации или что делать? (Задачи для экономистов) //Экономика короновируса: вызовы и решения. – М., 2020.
18. Нижегородцев Р.М. Тренды коронавируса, деформация рынков и задачи экономической политики // Экономика короновируса: вызовы и решения. – М., 2020.
19. Фрумкин К. Как пандемия управляла финансовым рынком // Коронаэкономика. Хроника экономических последствий пандемии 2020 года. – М., 2020.
20. Печаткин В.В. Формирование и развитие цифровой экономики в России как стратегический приоритет развития территорий в условиях пандемий // Вопросы инновационной экономики. – 2020. – № 2. – c. 837-848. – doi: 10.18334/vinec.10.2.110187.
21. Столяров Н.О. Развитие механизмов управления организационной культурой в условиях преодоления последствий глобального кризиса, вызванного пандемией COVID-19 // Лидерство и менеджмент. – 2020. – Том 7. – № 3. – doi: 10.18334/lim.7.3.110861.
22. Торкановский Е.П. Автаркия 2.0: глобальная экологическая повестка, пандемия COVID-19 и новая нормальность // Экономические отношения. – 2020. – № 3. – doi: 10.18334/eo.10.3.110600.
23. Цветков В.А., Дудин М.Н. Медийная активность отечественных политиков и государственных деятелей в период пандемии COVID-19 как инструмент укрепления доверия электората // Лидерство и менеджмент. – 2020. – № 2. – c. 89-122. – doi: 10.18334/lim.7.2.110214.
24. Супян В.Б. Экономическая ситуация в США: текущие и возможные долгосрочные последствия кризиса // США и Канада: экономика, политика, культура. 2020. Т. 50. № 5. С. 54-62.
25. Пудовкин Е., Евгений Калюков Е. Сенат США согласовал рекордный пакет помощи экономике из-за вируса. Чем грозит эпидемия американской экономике и на что пойдут дополнительные средства. // Официальный сайт РБК, 25 марта 2020.
26. https://www.destatis.de/DE/Home/_inhalt.html
27. https://www.wto.org/english/res_e/statis_e/wts2020_e/wts20_toc_e.htm
28. http://www.stats.gov.cn/english/