Долгосрочные тенденции трансформации институтов управления платежеспособным спросом на продовольствие

Решетникова Е.Г.
Long-term trends in the transformation of effective food demand management - View in English

 Скачать PDF | Загрузок: 2

Аннотация:
Обоснована необходимость в целях обеспечения экономической доступности основных продуктов питания для всех домохозяйств независимо от величины располагаемых ресурсов трансформации институтов управления платёжеспособным спросом населения на продовольствие. Выявлены тенденции развития сферы потребления продовольствия на современном этапе, показаны проблемы достижения экономической доступности продовольствия на основе дифференцированного подхода в разрезе децильных доходных групп населения. Дана оценка действующих институтов управления платёжеспособным спросом на основные продукты питания. В статье описаны результаты прогноза реализованного спроса населения на продовольствие на основе модели Бокса-Дженкинса. Раскрыты особенности применения важнейших инструментов увеличения реальных доходов населения в кризисные и стабильные периоды функционирования экономической системы. Особое внимание на основе ретроспективного анализа и исследования зарубежного опыта уделено совершенствованию института минимальной заработной платы.

JEL-классификация:

Цитировать публикацию:
Решетникова Е.Г. Долгосрочные тенденции трансформации институтов управления платежеспособным спросом на продовольствие // Продовольственная политика и безопасность. – 2020. – Том 7. – № 3. – С. 199-214. – doi: 10.18334/ppib.7.3.110816

Reshetnikova, E.G. (2020) Long-term trends in the transformation of effective food demand management. Food Policy and Security, 7(3), 199-214. doi: 10.18334/ppib.7.3.110816 (in Russian)

Приглашаем к сотрудничеству авторов научных статей

Публикация научных статей по экономике в журналах РИНЦ, ВАК (высокий импакт-фактор). Срок публикации - от 1 месяца.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241




Введение

Важнейшим комплексным социально-экономическим понятием, характеризующим благосостояние членов общества, является категория «уровень жизни». Количественная оценка данной категории предполагает как широкую трактовку с учетом всех условий жизни человека, так и более узкий подход, базирующийся на выделении основополагающих параметров для осуществления нормальной жизнедеятельности индивида. Наиболее весомыми составляющими категории «уровень жизни» являются доходы населения, потребление различных благ, условия жизни, свободное время. [1] (Eliseeva, 2001). При всем обилии дефиниций категории «уровень жизни», в основе всех определений лежит мысль о сущности данного понятия как границе обеспеченности или удовлетворения разнообразных потребностей человека, которые развиваются от насущных первоочередных до более сложных социальных, культурных и духовных потребностей. Особое место в структуре показателей уровня жизни занимают параметры потребления основных продуктов питания как необходимый базис для нормальной жизнедеятельности человека и последующего возвышения потребностей, расширения их спектра [2] (Reshetnikova, 2015). Удовлетворение потребностей в питании на уровне нормативных значений возможно при соответствующем объеме платежеспособного спроса, с помощью которого реализуется экономическая доступность продовольствия [3] (Reshetnikova, 2014). Достижение экономической доступности основных продуктов питания для всех доходных групп населения, то есть наличие фактического потребления продовольствия на уровне рациональных норм, представляет собой один из критериев обеспечения продовольственной безопасности страны наряду с физической и территориальной доступностью продовольствия.

Цель исследования – обоснование долгосрочных тенденций трансформации институтов управления платежеспособным спросом на продовольствие на основе проведенных прогнозных расчетов, выявления тенденций развития сферы потребления продовольствия на современном этапе, оценки действующих институтов управления платежеспособным спросом на основные продукты питания и анализа зарубежного опыта в данной сфере.

В осуществленном исследовании использованы такие общенаучные методы познания, как системный анализ, абстрактно-логический и монографический методы, метод сравнения, применение которых позволило обосновать необходимость трансформаций институтов управления спросом на продовольствие на основе выявленных особенностей формирования платежеспособного спроса на продовольствие в кризисные и относительно стабильные периоды развития экономической системы.

Расходы на питание в потребительских расходах являются важным косвенным показателем уровня жизни населения. Существует обратная зависимость между этими параметрами: чем выше удельный вес затрат на приобретение продовольствия в потребительских расходах, тем ниже уровень жизни домохозяйства, региона, страны. В странах с развитой рыночной экономикой данный показатель не превышает 15 % от общих затрат домохозяйств [4]. Следует отметить, что дифференциация потребления продовольствия, существующая на межнациональном и национальном уровне, может быть обусловлена не только фактором реальных доходов населения, но и другими факторами, в частности, национальными особенностями потребления, сложившимися потребительскими привычками, традициями принятой в данном обществе модели питания. Так, в США имеет место один из самых высоких уровней потребления мяса и колбасных изделий в мире – 120 кг в год на потребителя, второе место принадлежит Кувейту, где годовое среднедушевое потребление составляет 119,5 кг, затем идет Австралия с показателем 111,5 кг, Багамские острова – 109,5 кг, Люксембург – 107,5 кг в год на человека [5]. Странами с минимальным потреблением мясных продуктов являются: Бангладеш – 4 кг в год на душу населения, Индия – 4,4 кг, Шри-Ланка – 6,3 кг. В России среднегодовое потребление мясных продуктов в расчете на душу населения составило в 2018 году – 89 кг [6]. Масштабный мониторинг употребления безалкогольных напитков в мире свидетельствует, что больше всего молока потребляют в Скандинавских странах, в частности, в Финляндии – 384 литра на человека в год ( в России этот показатель был в 2018 году на уровне 266 кг), в Колумбии – фруктового сока, на Карибских островах – газированных и подслащенных напитков [7]. В силу влияния на формирование потребительского выбора в различных странах национальных потребительских привычек для корректных сравнений потребления продовольствия как элемента уровня жизни наиболее информативным является показатель удельного веса расходов на продукты питания в доходах населения или в потребительских расходах (разные страны могут применять отличающиеся методические подходы). В любом случае данный относительный показатель емко отражает ситуацию со степенью удовлетворения насущных потребностей человека, сигнализирует о проблемах в сфере потребления продовольствия в случае их наличия. Например, среднестатистическая американская семья расходует на питание около 6–7 % семейного бюджета. В развивающихся странах траты на приобретение продуктов питания значительно выше и составляют около 50–60% семейного бюджета .Во многих европейских странах данный параметр не превышает 10 %. В Европе наименьшие доли расходов на питание характерны для Люксембурга (8,1 %), Великобритании (8,5 %), Ирландии (8,6%), Австрии (9,6 %), Германия (9,8 %). В таких европейских странах, как Франция, Испания, Италия, Португалия, в среднем доля расходов на питание к величине доходов несколько больше и составляет, соответственно,:12,2, 13,1, 13,7, 15,4%.

Потребление продуктов питания относится к первоочередным насущным потребностям человека, от объема и структуры питания зависит качество его жизнедеятельности. При снижении доходов абсолютный приоритет имеют продовольственные товары, в первую очередь, происходит сжатие спроса на непродовольственные товары. Спрос на продукты питания при снижении доходов видоизменяется в сторону предпочтения более дешевых продуктов или продуктов, реализуемых в рамках различных акций. При росте доходов потребитель расширяет ассортимент приобретаемых товаров, для него важную роль начинает играть фактор качества продовольственной продукции. Отдается предпочтение ценным продуктам животного происхождения, таким как мясные, молочные продукты, увеличивается спрос на рыбные продукты, включая морепродукты, фрукты. Всесторонняя оценка тенденций в сфере потребления продовольствия в РФ осуществляется посредством систематически проводимых бюджетных обследований на основе репрезентативной выборки, данные которой распространяются на генеральную совокупность. В процессе такого обследования используется широкий спектр близких по сути показателей, вместе с тем позволяющих учесть всевозможные аспекты в развитии сферы потребления продовольствия, например, в социальной статистике используются показатели: доля расходов на покупку продуктов питания в потребительских расходах домохозяйств и доля расходов на домашнее питание в расходах на потребление домохозяйств и т. д. При этом потребительские расходы представляют собой часть денежных расходов домашних хозяйств, направляемых на покупку потребительских товаров и оплату услуг для покрытия потребностей членов домохозяйства. В их составе не учитываются расходы на предметы роскоши, строительство и капитальный ремонт, представляющие собой капиталовложения и инвестиции. Расходы на потребление домашних хозяйств аккумулируют в себе стоимость товаров и услуг, приобретенных домохозяйствами в целях непосредственного удовлетворения потребностей членов домашних хозяйств путем совершения покупок и натуральных поступлений, включая бартерный обмен, натуральные поступления от других домохозяйств, а также от работодателя, использование на личное потребление продукции собственного производства [8]. Таким образом, расходы на потребление домашних хозяйств включают в свой состав весь объем потребительских расходов и стоимость натуральных поступлений. В расходы на потребление не включается стоимость купленных в период обследования, но не использованных на личное потребление товаров, и стоимость произведенной в период обследования, но не использованной на личное потребление сельскохозяйственной продукции собственного производства. Расходы на покупку продуктов питания представляют собой совокупность денежных расходов на приобретение продовольственных товаров и безалкогольных напитков для домашнего питания, независимо от того, направлены ли они для личного потребления или переданы другому домохозяйству.

В 2018 году в России доля расходов на покупку продуктов питания в потребительских расходах в целом по всем домашним хозяйствам равнялась 30,2 %, в доходной группе с минимальными доходами она составила 47,7 % [6]. В то же время доля расходов на домашнее питание в расходах на потребление у всех домохозяйств составила в 2018 году 32,0 %, у первой доходной группы – 49,3 % [8]. Эти параметры достаточно близки, поскольку натуральная составляющая потребления в современных условиях относительно невелика (в 2018 году доля стоимости натуральных поступлений продуктов питания в расходах на потребление домохозяйств составила 3,2 %). Высокое значение рассматриваемого показателя, по сравнению с развитыми в экономическом отношении странами, отражает совокупность проблем, имеющихся в сфере потребления продовольствия. Экономическая доступность продовольствия в целом по всем домашним хозяйствам РФ достигнута в настоящее время по сахару и кондитерским изделиям, мясу и мясным продуктам, хлебным продуктам, рыбе и рыбопродуктам. Среднедушевое потребление перечисленных продуктов превысило в 2018 году или было на уровне рациональной нормы потребления. В то же время лишь у десяти процентов населения фактическое потребление молока и молочных продуктов соответствовало уровню рациональной нормы. В группе с самыми низкими доходами можно констатировать, что уровень потребления многих необходимых продуктов питания находится на отметке ниже минимальной физиологической нормы прожиточного минимума. По потреблению молока и молочных продуктов он составляет 60,6 % от величины физиологической нормы прожиточного минимума, фруктов – 70 %, овощей – 61,4 %, рыбы и рыбопродуктов – 76,8 %. У малообеспеченной части населения размер располагаемых ресурсов не позволял реализовать модель питания не только в соответствии с рациональными, но по многим продуктам даже в соответствии с минимально допустимыми нормами прожиточного минимума.

Таблица 1

Динамика доли расходов на домашнее питание в расходах на потребление всех домохозяйств РФ и в доходной группе с минимальными доходами в 2004–2018 гг. (%)


Доля расходов на домашнее питание в расходах на потребление в домохозяйствах РФ (%)
Доля расходов на домашнее питание в расходах на потребление домохозяйств децильной доходной группы с минимальными доходами (%)
2004
42,9
61,2
2005
39,3
58,3
2006
37,1
56,2
2007
33,9
55,0
2008
34,4
54,9
2009
33,1
52,6
2010
32,1
50,0
2011
31,9
48,4
2012
30,3
48,0
2013
29,8
47,3
2014
30,6
46,1
2015
34,1
49,2
2016
34,3
53,5
2017
33,1
52,4
2018
32,0
49,3
Источник: составлено автором на основе статистических данных [8].

Как видно из таблицы 1, на протяжении рассматриваемого промежутка времени в домохозяйствах РФ доля затрат на домашнее питание в расходах на потребление имела в целом позитивную направленность на сокращение данной величины. Если в 2004 году доля расходов на домашнее питание, включающих денежные расходы на приобретение продовольственных товаров, поступления продуктов питания, в том числе из личного подсобного хозяйства, в расходах на потребление домашних хозяйств, составила 42,9 %,то к 2018 году произошло ее сокращение на 10,9 п.п. и она стала равняться 32 %. Однако такое снижение не было плавным, кризисные периоды вызывали обратные процессы в динамике анализируемого параметра – возрастания доли затрат на приобретение продуктов питания в расходах на потребление. Так, в 2008 году имело место увеличение удельного веса расходов на домашнее питание в общей структуре расходов на потребление с 33,9 до 34,4 %, такая же ситуация отмечалась в 2014–2016 гг., когда в 2014 году произошло увеличение анализируемого показателя с 28,8 до 30,6 %, в 2015 году рост продолжился до 34,1 %, а в 2016 году его увеличение достигло 34,3 %. В 2017–2018 гг. мы вновь наблюдаем возвращение к исходной тенденции. Для первой доходной группы с минимальными доходами было характерно снижение анализируемого параметра: с 61,4 % в 2004 году до 49,3 % в 2018 году. Однако наблюдались и периоды возрастания этой доли в 2015–2016 гг. В 2015 году рост составил 3,1 п. п, в следующем году – 4,3 п. п. Следует отметить, что за четырнадцать лет уменьшилась разница между долей затрат на домашнее питание в расходах на потребление во всех домохозяйствах и в первой группе с минимальными доходами. В 2004 году она составила 18,3 п. п0., в 2018 году 17,3 п. п. Если рассмотреть структуру доли расходов на покупку продуктов питания в потребительских расходах, то можно отметить, что наибольший удельный вес в этих тратах в целом по всем домохозяйствам принадлежал мясу и мясным продуктам – 8,5 %, хлебным продуктам – 4,6 % [6]. Домохозяйства, состоящие из одного человека, имели долю расходов на покупку продуктов питания в потребительских расходах – 34,3 %, из двух человек – 30,9, из трех – 27,4 %, из четырех и более человек – 30,2 %. Увеличение числа членов домохозяйства благоприятно влияло на размер доли затрат на продукты питания в потребительских расходах, однако увеличение числа членов домохозяйства более трех, вело к повышению доли затрат на продукты питания в потребительских расходах, следовательно, происходило снижение уровня жизни домохозяйства. Наиболее благоприятная ситуация среди домохозяйств с детьми наблюдалась в домохозяйствах с одним ребенком, в которых имела место доля затрат на покупку продуктов питания в потребительских расходах на уровне 28,1 %, при наличии двух детей анализируемый параметр увеличивался до 28,9%, а при наличии трех и более детей – до 34,3 %. Доля расходов на приобретение продуктов питания в потребительских расходах снижается при увеличении дохода, например, во второй группе она составила в 2018 году – 44,1 %, в пятой группе – 39 %, в девятой –28 %, в десятой – 17,3 %. Во всех доходных группах наибольший удельный вес принадлежит тратам на мясные продукты, но он снижается по мере увеличения дохода: в первой – 12,3 %, в пятой – 10,9 % ,в девятой – 7,8 %, в десятой – 4,7 %. Второе место принадлежит затратам на приобретение молочных продуктов. Тенденция та же: доля расходов на приобретение молочных продуктов в потребительских расходах составила в 2018 году у первой доходной группы с минимальными доходами – 8 %,у пятой – 6,8 %, у девятой – 4,8 %, у десятой – 2,8 %. В отношении приобретения хлебных продуктов следует отметить следующее: доля расходов на их покупку в потребительских расходах высока в малообеспеченных группах и незначительна в высокодоходных группах населения: в первой – 9,9 %, во второй – 7,7 %, в пятой – 6,2 %, в девятой – 4 %, в десятой – 2,4 %.

С использованием модели ARIMA или Бокса-Дженкинса, являющейся интегрированной моделью авторегрессии скользящего среднего для анализа временных рядов, сделан прогноз доли расходов на продукты питания в потребительских расходах в целом по всем домохозяйствам РФ и в первой децильной группы с минимальными доходами на основе динамических рядов анализируемого параметра в 2004 – 2018 гг. (рис. 1, 2; табл. 2, 3).

Рисунок 1. Доля расходов на домашнее питание в расходах на потребление в домохозяйствах РФ в 2004–2018 гг. и прогноз до 2021 года (%)

Источник: составлено автором на основе результатов прогноза.

Таблица 2

Результаты прогноза доли расходов на домашнее питание в расходах на потребление домохозяйств РФ с помощью модели ARIMA


Нижняя граница 80 % вероятности
Верхняя граница 80 % вероятности
Нижняя граница 95 % вероятности
Верхняя граница 95 % вероятности
2019
28,49901
33,30099
27,22801
34,57199
2020
24,43123
35,16877
21,58918
38,01082
2021
19,71633
37,68367
14,96067
42,43933
Источник: составлено автором на основе результатов прогноза.

Рисунок 2. Доля расходов на домашнее питание в расходах на потребление домохозяйств децильной доходной группы с минимальными доходами в 2004–2018 гг. и прогноз до 2021 года (%)

Источник: составлено автором на основе результатов прогноза.

Таблица 3

Результаты прогноза доли расходов на домашнее питание в расходах на потребление домохозяйств децильной доходной группы с минимальными доходами с помощью модели ARIMA


Нижняя граница 80 % вероятности
Верхняя граница 80 % вероятности
Нижняя граница 0095 % вероятности
Верхняя граница 95 % вероятности
2019
46,43662
52,16338
44,92083
53,67917
2020
45,25056
53,34944
43,10692
55,49308
2021
44,34047
54,25953
41,71506
56,88494
Источник: составлено автором на основе результатов прогноза

На основании данного прогноза видно, что при сложившейся системе государственной доходной, налоговой и ценовой политики сложно приблизиться по показателю доли расходов на питание в потребительских расходах к уровню европейских стран и США, к обеспечению экономической доступности продовольствия для всех домохозяйств, особенно домохозяйств с невысокими доходами. Это свидетельствует о необходимости трансформации институтов управления спросом: увеличения реальных доходов, сдерживания роста цен на основные продукты питания посредством расширения конкурентной среды продовольственного рынка, упрощения попадания на продовольственный рынок продукции малого агробизнеса.

В ходе проведенного исследования рассчитаны коэффициенты эластичности спроса на продукты питания по доходу, коэффициенты корреляции и детерминации для домохозяйств, относящихся к различным децильным доходным группам, с помощью которых возможно выявление глубинных процессов формирования спроса на пищевую продукцию, оценка степени взаимосвязи уровня доходов и объема спроса на продовольствие в социально-семейном разрезе. В качестве показателя спроса использовались денежные расходы на питание десяти децильных групп. В данном случае рассматривался обобщающий коэффициент эластичности спроса по доходу, показывающий изменение спроса не на один товар, а на все продовольственные товары по мере изменения дохода. Коэффициенты эластичности спроса по доходу для каждой децильной доходной группы были рассчитаны для двух периодов: относительно стабильного и кризисного периодов ( табл. 4).

Таблица 4

Динамика коэффициентов эластичности спроса по доходу в децильных доходных группах населения в 2010–2015 гг.

Доходные группы
2010–2012 гг.
2013–2015 гг.
I
0,768
1,187
II
0,867
1,185
III
0,845
1,188
IV
0,871
1,292
V
0,649
1,291
VI
0,79
0,9
VII
0,833
1,396
VIII
0,925
1,76
IX
0,747
2,634
X
0,544
1,566
Источник: рассчитано автором на основе статистических данных [8].

В качестве относительно стабильного периода развития экономики и социальной сферы был выбран период 2010–2012 гг., для которого были характерны устойчивые индексы физического объема валового внутреннего продукта в постоянных ценах в процентах к предыдущему периоду – на уровне 104 %, а также ежегодный прирост реальных располагаемых доходов населения в % к предыдущему году. В качестве кризисного периода был взят период 2013–2015 гг., для которого было характерно снижение индекса физического объема валового внутреннего продукта в постоянных ценах в % к предыдущему периоду и сокращение темпов роста реальных располагаемых доходов населения в % к предыдущему году.

Как показал проведенный анализ, в кризисные и относительно стабильные периоды платежеспособный спрос на продукты питания по-разному реагирует на изменение дохода. В течение относительно стабильного периода у всех доходных групп коэффициент эластичности спроса на продукты питания по доходу был ниже, чем в кризисный период. В относительно стабильный период коэффициент эластичности спроса на продукты питания по доходу будучи ниже единицы характеризовал спрос на продукты питания всех групп населения как низкоэластичный, изменение дохода не оказывало сильного влияния на спрос, прирост дохода в этот период обгонял прирост расходов на продовольствие: у первой доходной группы равнялся – 0,768, у десятой – 0,544. В кризисный период ситуация изменилась, почти во всех децильных доходных группах населения коэффициент эластичности спроса на продовольствие по доходу стал выше единицы, спрос на продовольствие стал высокоэластичным: в первой децильной группе – 1,187, в десятой – 1,566. Сокращение дохода влекло за собой уменьшение спроса в большей степени, чем снижался доход. В данный момент происходила и структурная перестройка спроса, использовались более активно дешевые товары-заменители, чрезвычайную популярность приобрели покупки товаров по различным акциям. Даже в группах с высокими доходами спрос на продукты питания стал высокоэластичным по доходу. Это подтверждает глубину кризиса в сфере потребления продовольствия в данный период, для которой стала характерна значительная ассиметрия спроса и потребления. Таким образом, снижение доходов в кризисный период существенно отражалось на трансформации спроса, уменьшении его объема и изменении качественных характеристик.

Осуществленный расчет коэффициентов корреляции и детерминации позволил оценить тесноту связи между спросом населения на продовольственные товары и уровнем дохода в каждой децильной доходной группе. Анализ коэффициентов корреляции и детерминации в условиях относительно стабильного периода показывает, что для всех децильных доходных групп связь между этими показателями являлась чрезвычайно высокой. Особенно в первой доходной группе, для которой коэффициенты корреляции и детерминации были на уровне единицы, что означает, что уровень спроса на продовольствие в данной группе с минимальными доходами полностью определялся величиной денежных доходов. В других группах данное влияние также было очень высоким: в пятой группе коэффициент детерминации составил 98,4 %, в десятой – 98,6 %. В условиях кризисного периода сохранилась ситуация, когда в первой доходной группе расходы на продукты питания полностью определялись величиной денежного дохода. Однако в высокодоходных группах имело место снижение коэффициента детерминации – в девятой группе он составил 0,724, в десятой группе – 0,8299. В этих децильных группах помимо денежного дохода на формирование спроса на продукты питания оказывали определенное влияние и другие факторы: цена товара, сумма привлеченных средств и израсходованных сбережений для осуществления покупок и прочее.

Управление платежеспособным спросом на продовольствие направлено на реализацию целей экономической устойчивости и социальной стабильности. Для повышения эффективности регулирования спроса как одной из форм управления важно совершенствование институциональных аспектов в данной сфере. Прогнозы Министерства экономического развития РФ и Высшей школы экономики (ВШЭ) говорят о снижении реальных располагаемых доходов населения России в 2020 году. По прогнозу Минэкономразвития РФ это снижение составит 3,8 %, в 2021 году прогнозируется рост реальных располагаемых доходов на 2,8 %, в 2022 году – на 2 %, в 2023 году – на 2,6 % [9]. В то же время по прогнозу ВШЭ падение реальных доходов населения в 2020 году может составить от 8,2 до 12,1 % в зависимости от масштабов и положительного эффекта мер государственной поддержки населения. Развитие ситуации с уровнем доходов по кризисному сценарию, как было показано выше, делает спрос на продукты питания высокоэластичным, может привести к сжатию массового спроса, поэтому необходима активизация мер доходной и налоговой политики. В Обращении Президента РФ В. Путина 23 июня 2020 года было объявлено о повышении подоходного налога для россиян с доходом выше 5 млн. рублей в год с 1 января 2021 года с 13% до 15%, что дополнительно даст бюджету около 60 млрд. рублей ежегодно [10]. Это важная мера, углубление применения которой объективно назрело. Если посмотреть на опыт использования прогрессивной шкалы налогообложения в странах с развитой рыночной экономикой, то там максимальные ставки к сверхвысоким доходам имеют следующий уровень: в Швеции – 56,9 %, в Португалии – 56,5 %, в Дании – 55,6 %, в Бельгии, Испании, Нидерландах, Финляндии, Франции выше 50 %. Такие высокие ставки налога к сверхвысоким доходам в некоторых странах даже провоцируют отток высокооплачиваемых специалистов. Ниже, чем в России ставки подоходного налога имеют место только в Болгарии (10 %) , Казахстане (10 %) и Белоруссии – 12 % [11].

Важным инструментом регулирования доходов малообеспеченных граждан является увеличение прожиточного минимума и, следовательно, минимального размера оплаты труда (МРОТ). По мнению специалистов, институт минимальной заработной платы становится важным рычагом регулирования рынка труда. Отношение к этому институту трансформируется в экономической литературе. Следует отметить, что единое мнение экономистов об отрицательных последствиях повышения минимальной заработной платы имело место до середины 1990-х годов [12] (Lukyanova, 2018). Работа Д. Карда и А. Крюгера, вышедшая в свет в 1994 году и анализирующая эффекты от роста минимальной заработной платы в штате Нью-Джерси, обозначила новые подходы в теоретическом и эмпирическом осмыслении данной проблемы [13] (Card, Krueger, 1994). В статье Д. Ньюмарка, вышедшей в 2017 году, отмечалась целесообразность поиска не единого эффекта от повышения минимальной заработной платы, а выявления эффектов от ее введения в отношении различных групп работников, рынков труда, в динамике [14]. С 2007 года в России существует двухуровневая система, которая предполагает установление минимумов заработной платы на федеральном и региональном уровнях. Первый уровень связан с установлением единого для предприятий и организаций всех типов и для всех регионов федерального минимального размера оплаты труда (МРОТ). Второй уровень связан с возможностью установления на региональном уровне посредством коллективно-договорного подхода трехсторонними региональными соглашениями регионального минимума заработной платы, который не может быть ниже федерального МРОТ. Следует подчеркнуть, что данная процедура не является обязательной, вместе с тем установление регионального минимума заработной платы позволяет учесть природно-климатические и социально-экономические особенности регионов. К настоящему времени более 80 % субъектов Российской Федерации применяли региональную минимальную заработную плату [15] (Lukyanova, 2016). В декабре 2017 года вступил в силу Федеральный закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части повышения минимального размера оплаты труда до прожиточного минимума трудоспособного населения», в соответствии с которым, начиная с 1 января 2019 года и далее ежегодно с 1 января соответствующего года, минимальный размер оплаты труда будет устанавливаться в размере величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по РФ за второй квартал предыдущего года [16]. Это мера оправданна, так как в России ниже уровень индекса Кейтца, представляющего собой соотношение минимальной заработной платы и средней (медианной) заработной платы, чем во многих странах, где уровень минимальной заработной платы законодательно закреплен.

Установление величины минимального размера оплаты труда в соответствии с объемом прожиточного минимума ведет к росту издержек работодателей, усиливает нагрузку на региональные и муниципальные бюджеты. Если в целом по России МРОТ находится на безопасном уровне к средней и медианной зарплате, то во многих регионах в силу специфики их социально-экономического развития не все так однозначно.

По мнению специалистов, во многих регионах возможен рост доли работников с заработной платой не выше МРОТ, в 27 регионах их доля увеличится на 10 п. п. [12]. Необходимо развитие системы мониторинга МРОТ и прогнозирование последствий для регионов его повышения. В этом вопросе важно учитывать зарубежный опыт, например, опыт функционирования Комиссии по низким заработным платам в Великобритании (Low Pay Comission), которая каждый год разрабатывает комплекс рекомендаций правительству о размере минимальной заработной платы.

Заключение

Доля расходов на покупку продуктов питания в потребительских расходах является важным показателем не только изменения структуры реализованного спроса, но и уровня жизни. Международные сравнения свидетельствуют о том, что наименьшие величины данного показателя характерны для стран с развитой рыночной экономикой. Осуществленный прогноз на основе модели Бокса-Дженкинса показывает, что в ближайшие годы уровень расходов на домашнее питание в расходах на потребление всех домохозяйств РФ и в домохозяйствах децильной группы с минимальными доходами не сможет обеспечить экономическую доступность продовольствия для всех доходных групп населения. Для того, чтобы в перспективе экономическая доступность продовольствия была достигнута всеми доходными группами населения, необходима трансформация существующих институтов управления спросом на продовольствие. Трансформация институциональной среды, направленная на обеспечение экономической доступности продовольствия для всех доходных групп, должна включать развитие всех инструментов увеличения реальных доходов населения и снижения входных барьеров для малого агробизнеса на продовольственный рынок. В условиях современного кризисного периода, связанного с пандемией, когда имело место существенное сокращение реальных доходов населения, важно использование следующих инструментов регулирования доходов населения: индексации в полном объеме оплаты труда, сбережений, пенсий, пособий; развития института социального контракта, внедрение программ продовольственной помощи. Анализ мирового опыта свидетельствует о необходимости совершенствования институциональной составляющей механизма индексации заработной платы в направлении большей прозрачности этого процесса, особенно в сфере коммерческих организаций. Для того, чтобы долгосрочной тенденцией развития национальной экономической системы и отечественного агропродовольственного комплекса стало достижение параметров экономической доступности продовольствия всеми домохозяйствами на основе формирования структуры реализованного спроса населения, близкой к странам с развитой рыночной экономикой, необходимо осуществление комплекса взаимосвязанных мероприятий: внедрение прогрессивной шкалы налогообложения по опыту развитых европейских государств; переход к восстановительному потребительскому бюджету как черте бедности; регулирование верхнего предела заработной платы посредством трехсторонних соглашений; развитие института социального контракта и социального предпринимательства.



Издание научных монографий от 15 т.р.!

Издайте свою монографию в хорошем качестве всего за 15 т.р.!
В базовую стоимость входит корректура текста, ISBN, DOI, УДК, ББК, обязательные экземпляры, загрузка в РИНЦ, 10 авторских экземпляров с доставкой по России.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241



Источники:
1.Социальная статистика. Под ред. И.И.Елисеевой . - М: Финансы и статистика.2001.- 480 с.
2.Решетникова Е.Г.Стратегический анализ сферы потребления продовольствия : региональный аспект // Региональные агросистемы: экономика и социология.2015.№ 1.С.5
3.Решетникова Е.Г.Необходимость стратегического управления развитием институциональной среды агропродовольственного комплекса. Региональные агросистемы : экономика и социология. 2014. № 1. С.5.
4.Доля расходов на продукты питания в семейных бюджетах :[Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.prod.center/news/tag/2/15953-dolya-rashodov-na-produkty-pitaniya-v-semeinyh-byudzhetah (дата обращения 25.06.2020)
5.Сколько мяса едят в разных государствах? :[Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.servis-expo.ru/news/skolko-myasa-edyat-v-raznyh-gosudarstvah/(дата обращения 25.06.2020)
6.Потребление продуктов питания в домашних хозяйствах:[Электронный ресурс]. Режим доступа: http://old.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog/doc_1140095125312(дата обращения 25.06.2020)
7.http://odnako.su/news/science/-370038-uchenye-vyyasnili-kakaya-strana-v-mire-potreblyaet-bolshe-vseh-moloka/(дата обращении 26.06.2020)
8. Доходы, расходы и потребление домашних хозяйств : [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.gks.ru/bgd/regl/b18_102/Main.htm (дата обращении 26.06.2020)
9.Н.Вардуль. Чиновники и эксперты сравнили прогнозы//Московский комсомолец. 2020.16 июня
10. Путин объявил о повышении подоходного налога для россиян с доходом выше 5 млн. рублей в год: [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://polit.ru/news/2020/06/23/p_d/(дата обращения 26.06.2020)
11.Рейтинг стран по ставке подоходного налога: [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://finqa.ru/rejting-stran-po-stavke-podoxodnogo-naloga/ дата обращении 26.06.2020)
12.Лукьянова А.Л. Минимальная заработная плата и минимальные заработные платы в России //Журнал Новой экономической ассоциации.2018.№ 1(37) С.176-185.
13.Card D.,Krueger A.B. Minimum Wages and Employment:A Case Study of the Fast-Food Industry in New Jersey and Pennsylvania //American Economic Review.Vol.84 (40).P.772-793
14.Neumark D.The Employment Effects of Minimum Wages: Some Questions We Need to Answer.NBER Working Paper.2017. No.23584
15.Лукьянова А.Л. Практика установления региональных минимальных заработных плат в субъектах Российской Федерации (2007-2015)//Вопросы государственного и муниципального управления.2016.№ 1.С.81-102.
16.Федеральный закон от 28.12.2017 N 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части повышения минимального размера оплаты труда до прожиточного минимума трудоспособного населения» [Электронный ресурс]. Режим доступа :
http://www.consultant.ru/law/hotdocs/52051.html (дата обращения 28.06.2020)