Оценка влияния пандемии коронавируса на неформальную занятость в Узбекистане

Худайназаров А.К.
Assessment of the impact of the coronavirus pandemic on informal employment in Uzbekistan - View in English

 Скачать PDF | Загрузок: 3

Аннотация:
В данной статье приводятся результаты исследования влияния пандемии коронавируса на неформальную занятость в Узбекистане, а также конкретные практические рекомендации для правительства по обеспечению социальной защиты занятых в неформальном секторе, потерявших работу.

JEL-классификация:

Цитировать публикацию:
Худайназаров А.К. Оценка влияния пандемии коронавируса на неформальную занятость в Узбекистане // Теневая экономика. – 2020. – Том 4. – № 3. – С. 159-178. – doi: 10.18334/tek.4.3.110712

Khudaynazarov, A.K. (2020) Assessment of the impact of the coronavirus pandemic on informal employment in Uzbekistan. Tenevaya ekonomika, 4(3), 159-178. doi: 10.18334/tek.4.3.110712 (in Russian)

Приглашаем к сотрудничеству авторов научных статей

Публикация научных статей по экономике в журналах РИНЦ, ВАК (высокий импакт-фактор). Срок публикации - от 1 месяца.

creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241




В результате экономического кризиса, вызванного пандемией коронавируса, запреты на страновом и субнациональном уровнях, а также ограничения на передвижение людей привели к закрытию предприятий, с негативными последствиями на рынках труда во всем мире, особенно в неформальном секторе.

По оценкам Международной организации труда (МОТ), в первый месяц кризиса, в мире из 2 млрд. неформальных работников (представляющих наиболее уязвимых на рынке труда) почти 1,6 млрд. потерпели огромный ущерб, в результате чего, во всем мире наблюдалось сокращение доходов неформальных работников на 60 %, причём в Африке и Латинской Америке зафиксировано снижение на 81 %, в Азиатско-Тихоокеанском регионе – на 21,6 %, в Европе и Центральной Азии – на 70 % (ILO, 2020).

Узбекистан – не исключение. Экономические последствия применения карантинных мер могут быстро обратить вспять успехи, достигнутые в деле сокращения масштабов бедности в стране за последнее десятилетие.

Во время экономических кризисов, а также в условиях низкой эффективности государственных институтов и государственной политики, неформальный сектор выступает в качестве «амортизатора» для социальной экономики. Именно неформальный сектор позволяет безработным быстро найти работу или начать собственный индивидуальный бизнес, повышая, тем самым, свои доходы и внося вклад в снижение уровня бедности [1]. Так, по данным Министерства занятости и трудовых отношений Республики Узбекистан (МЗТО РУ) по состоянию на конец 2019 года, пособие по безработице в Узбекистане получали всего лишь 57,8 тысячи жителей страны, в то время как количество безработных составляло 1,3 млн. чел., в основном, по причине того, что его размер крайне низкий и не покрывает стоимость минимальной прожиточной корзины. Вследствие этого, значительная часть безработных трудоустраивается в неформальном секторе экономики.

Игнорирование неформального сектора экономики при выработке пакетов мер по стимулированию занятости в условиях пандемии коронавируса может усилить остроту социальных проблем.

Цель и методология исследования

В данной статье мы ставим целью провести анализ влияния пандемии коронавируса на неформальную занятость с выработкой пакета рекомендаций для правительства Узбекистана. В исследовании приводятся оценки последствий пандемии коронавируса, в основном, по итогам первого месяца карантинных мер.

Оценки основываются на результатах выборочных обследований рабочей силы МЗТО РУ. К сожаленью, в ОРС, проводимых МЗТО, не исследуется структура неформальной занятости по статусу в занятости в разрезе видов экономической деятельности или отраслей экономики. Поэтому для анализа были использованы результаты исследования структуры неформальной занятости, проведённого группой экспертов в рамках проекта ПРООН (ПРООН, 2018).

Для оценки последствий для внешней трудовой миграции были использованы результаты, полученные из обследования «Слушая граждан Узбекистана» (L2CU), проведенного в 2019 году Всемирным банком совместно с Центром «Стратегия развития» Узбекистана и другими партнерами (World Bank, 2019).

Мы также изучали мнения экспертов из разных стран в сфере гостиничного и ресторанного бизнеса, а также других секторов экономики.

Неформальная занятость: ситуация в Узбекистане до пандемии коронавируса

В Узбекистане уровень неформальной занятости достаточно высок. По данным МЗТО РУ, на конец первого полугодия 2019 года (Рис. 1):

доля занятых в неформальном секторе составила примерно 53 % от экономически активного населения страны или 7,8 млн. чел., включая внешних трудовых мигрантов (порядка 2,6 млн. чел.);

численность занятых в официальном секторе составила 5,6 млн. чел.

Таким образом, примерно пятая часть всех занятых по республике приходится на внешних трудовых мигрантов.

Источник: сост. автором на основе данных МЗТО РУ.

Что касается территориальной структуры неформальной занятости с учётом внешних трудовых мигрантов, то следует отметить, что Наманганская область (68,2 %), Самаркандская область (66,2 %), Сурхандарьинская область (66,3 %) лидировали по доле занятых в неформальном секторе в рабочей силе региона. Самые низкие показатели зарегистрированы в г. Ташкенте и Навоийской области (соответственно 24,9 % и 37,7 %). По республике в целом этот показатель был равен 58,3 %. По абсолютной численности занятых в неформальном секторе лидируют Андижанская, Самаркандская и Ферганская области.

Источник: сост. автором на основе данных МЗТО РУ.

Анализ отраслевой структуры занятых в неформальном секторе экономики (см. Таб. 1) выявил высокие доли занятых в неофициальном секторе относительно занятых отрасли в таких секторах как строительство (83,8 %), торговля (72,2 %), транспорт и логистика (72,2 %), сельское хозяйство (70,4 %) и промышленность (52 %).

Таблица 1

Отраслевая структура населения, занятого

в официальном и неофициальном секторе на конец 1-полугодия 2019 г., чел.

Отрасли экономики
Занятые в экономик, чел.

Занятые в официальном секторе, чел.
Занятые в неофициальном секторе, чел.
Доля занятых в неофициальном секторе, в % к занятым отрасли
Доля занятых в неофициальном секторе, в % к итогу
Сельское хозяйство
3552300

1051577
2500723
70,4
32,0
Торговля
1407200

391281
1015919
72,2
13,0
Транспорт и логистика
649600

180715
468885
72,2
6,0
Строительство
1212400

196481
1015919
83,8
13,0
Промышленность
1805000

867229
937771
52,0
12,0
Образование*
1117400

1073822
43578
3,9
0,6
Здравоохранение*
620700

606424
14276
2,3
0,2
Услуги по проживанию и питанию*
304977

188781
116196
38,1
1,5
Другие*
2738772

1037279
1701493
62,1
21,8
Всего
13408349

5593589
7814760
58,3
100
*Экспертные досчёты [2].

Источник: Министерство занятости и трудовых отношений Республики Узбекистан.

Расчёты на основе опроса домохозяйств Life in transition – III, 2016 год, проведённого Европейским банком реконструкции и развития, показали, что:

доля неформальной занятости больше среди мужчин по сравнению с женщинами: 26,1 % мужчин в возрасте 18 до 64 лет заняты на неформальной работе, тогда как этот показатель составляет всего лишь 12.5 процентов среди женщин;

доля молодёжи в возрасте от 18 до 24 лет, занятой в неформальном секторе, составляет 32,3 % всей молодёжной рабочей силы, в то время как доля неформальных работников в возрасте 25-34 лет во всей рабочей силе данной возрастной группы составляет 26,3 % (EBRD, 2016).

Оценка влияния пандемии коронавируса на отраслевую неформальную занятость

Хотя Узбекистан не так сильно пострадал в отношении распространения болезни, как остальной мир, его экономика уже «сильно страдает» и ощущает воздействие этой болезни. Далее даётся экспертная оценка последствий введения карантинных мер по предотвращению распространения коронавируса COVID 2019 для неформальной занятости в отдельных отраслях экономики Узбекистана.

Предприятия, работающие в сфере сельского хозяйства, имеют особое значение для обеспечения продовольственной безопасности страны, поэтому их деятельность не была сильно ограничена, хотя карантин действовал также и для тружеников села. Тем не менее, вполне возможно небольшое снижение выручки в секторе птицеводства и производства мяса крупного рогатого скота в связи с закрытием заведений общественного питания и гостиниц, хотя мы считаем, что произошло увеличение спроса на замороженную курицу и говядину через розничные торговые каналы.

По данным МЗТО, на конец первого полугодия 2019 года, сельское хозяйство, являясь ведущей отраслью экономики Узбекистана, обеспечивало занятость 3,6 млн человек (27 % занятых по экономике в целом), из них 2,5 млн. чел. – в неофициальном секторе (70,4 % всех занятых в сельском хозяйстве). Предполагается, что порядка 50-55 % всех занятых в сельском хозяйстве – это члены семей и родственников владельцев фермерских и дехканских хозяйств, неформально помогающих в семейном бизнесе, включая самих глав этих хозяйств, а 10-15 % – наёмные работники, неформально нанимаемые этими субъектами [3]. Дехкане производят более 90 % мяса и молока, владеют более 11.5 миллионами голов крупного рогатого скота (94 % от общего поголовья), 16 миллионами голов (или 83 %) овец и коз, 85 % лошадей и 63 % домашней птицы (Наумов и Пугач, 2019). Поэтому карантин вряд ли затронул занятых в домашних хозяйствах, включая дехканские хозяйства, т.е. неформальная занятость в сельском хозяйстве могла снизиться лишь на число работников, нанимаемых неформально, т.е. примерно на 360 тыс. чел.

Промышленное производство непродовольственных товаров (кроме производства многих лекарств, санитарно-гигиенических и дезинфицирующих средств, защитного снаряжения) сильно пострадало. Наиболее пострадали такие отрасли, как автомобильная, электротехническая, нефтехимическая, горнодобывающая промышленность, производство строительных материалов и др. По данным МЗТО в неофициальном секторе промышленности занято порядка 938 тыс. человек, из которых, по нашим оценкам, около двух третей (619 тыс. чел.) наёмные работники [4]. Очевидно, что наемные работники самоизолировались после введения карантина. Оставшаяся примерно третья часть (309 тыс. чел.) – самозанятые, включая незарегистрированных индивидуальных предпринимателей и помогающих бизнесу родных, самоизолировалась частично, если не считать тех, кто был занят в пищевой промышленности и некоторых других смежных видов экономической деятельности. Таким образом, по предварительным оценкам, порядка 700-750 тыс. человек, занятых в неформальном секторе промышленности оказались в самоизоляции без источников дохода [5].

Непродуктовая розничная торговля оказалась одной из наиболее пострадавших. Продуктовая торговля для частичного возмещения выручки активно развивает онлайн-заказы и доставку. Ввиду того, что данные сектора преимущественно представлены МСБ с меньшим запасом прочности, прогнозируется банкротство многих непродуктовых компаний, а также сокращение филиалов в «выживших» компаниях. В неформальном секторе торговли на конец 1-го полугодия 2019 года было занято около 1 млн. чел. [6] Предполагается, что около 60 % (600 тыс. чел.) этой численности – самозанятые, включая индивидуальных незарегистрированных предпринимателей, 30 % – наёмные работники, нанимаемые неформально, а остальные – члены семей и родственники, помогающие в зарегистрированном семейном бизнесе или бизнесе зарегистрированных предпринимателей [7]. Почти все неформальные торговцы непродовольственных товаров, включая также нанятых ими работников и помогающих родственников, очевидно, самоизолировались [8].

В неформальном секторе сферы транспорта и логистики, по данным МЗТО на конец 1-го полугодия 2019 года, занято около 0,5 млн. чел. По нашим оценкам, порядка 70 % этой численности приходится на самозанятых, которые занимаются извозом пассажиров и перевозкой грузов, а примерно 25 % из них – это наёмные работники. Можно полагать, что практически все таксисты и водители, занимавшиеся частным извозом без регистрации в налоговых органах, оказались в самоизоляции. Другие водители, занимавшиеся неофициально перевозками непродовольственных товаров, также находились в самоизоляции, поскольку перевозками в ограниченных масштабах занимались лишь официально зарегистрированные водители [9].

Доходы гостиниц резко сократились во время карантина. Это вызвало необходимость многим гостиницам отпустить почти всех сотрудников в отпуск за свой счет до окончания карантина, остановить рекламные кампании и другие расходы. По нашим прогнозам, даже если карантин закончится к 15 мая, то летнего сезона для туристов уже скорее всего не будет, причём многим отелям понадобятся месяцы, возможно, даже годы, чтобы восстановиться в финансовом смысле. Для использования экспертных оценок в наших расчётах мы изучили мнения экспертов из разных стран в сфере гостиничного и ресторанного бизнеса. Изучение мнения экспертов разных стран в сфере туризма и гостиничного бизнеса показало, что доходы в сфере услуг по питанию упали примерно на 65-75 %, в гостиничном бизнесе примерно на 70-80 %. По нашим оценкам, занятость в сфере услуг по проживанию и питанию снизилась примерно на 50-60 % (от 94 до 114 тыс. человек), неформальная занятость соответственно на величину от 36 тыс. до 43 тыс. чел.

Оценка влияния пандемии коронавируса на внешнюю трудовую миграцию

По данным МЗТО, на конец первого полугодия 2019 года насчитывалось порядка 2,6 млн. трудовых мигрантов из Узбекистана, работающих за границей. Россия остается главным направлением для трудовой миграции: на ее долю приходится более 75 % нынешних мигрантов за границей. Далее следуют Казахстан – сюда едут почти 14 %, и Турция, куда направляются около 5 % мигрантов [10]. Беднейшие домохозяйства также больше всего зависят от денежных переводов, которые они получают из‑за рубежа. Денежные переводы составляют 11 % доходов домохозяйств самого бедного квинтиля и около 8 % доходов домохозяйств самого богатого квинтиля. Бедные домохозяйства значительно чаще расходуют данные поступления на покупку продуктов питания [11]. Значит, в отсутствие доходов в виде денежных переводов уровень бедности в Узбекистане может вырасти. После введения карантина более 140 тысяч трудовых мигрантов, успевших возвратиться на родину до введения карантина остались без постоянного дохода [12]. Например, на конец 2019 года, в Москве количество мигрантов превысило 1,6 млн человек [13]. В одной только Москве с середины мая безработными остались как минимум 200 тысяч мигрантов или 12,5 % всех мигрантов [14]. Если полагать, что Москва репрезентирует всю генеральную выборку мигрантов из Узбекистана, то получится, что из 2,4 млн. узбекских мигрантов, находящихся в России, порядка 300 тыс. оказались безработными [15]. Из оставшихся 2,1 млн. мигрантов значительная часть находится в самоизоляции, причём без содержания, а оставшаяся часть работает частично в пищевой промышленности, сфере торговли продовольствием и заняты другими разрешёнными видами деятельности (работа в продовольственных торговых объектах, доставка продовольствия, и т.п.) [16]. У большинства из них нет возможности для оформления документов из‑за недостатка средств: по окончании карантина из законопослушных трудовых мигрантов они могут превратится в незаконных, что, в свою очередь, приведет к депортации из России с запретом на въезд.

Последствия пандемии коронавируса особо уязвимых групп населения, занятого в неформальном секторе

Такие группы населения как женщины, молодежь и трудящиеся-мигранты, потерявшие источники дохода из‑за прекращения неформальной занятости, наиболее подвержены риску оказаться в сложной ситуации. Так, с закрытием школ и детских садов многие женщины из малообеспеченных многодетных семей, будут вынуждены заботиться о своих детях дома, прекращая неформальную занятость. Молодые люди в два раза чаще, чем взрослые, имеют временную занятость, причем почти 80 % работающей молодежи заняты в неформальном секторе экономики (ILO, 2017).

Направления мер по социальной поддержке неформальных работников, оказавшихся безработными в период пандемии коронавируса

В Узбекистане уже принят ряд мер по социальной поддержке граждан, оказавшихся в трудном положении из‑за введения режима самоизоляции. В дополнение к принятым мерам, был разработан ряд предложений в части занятых в неформальном секторе, оказавшихся безработными или малообеспеченными. Исходя из сложившейся ситуации, предлагается разработка и реализация Программы поддержки экстренно нуждающихся семей в условиях пандемии коронавируса.

В настоящее время требуется разработка порядка и критериев определения экстренной нуждаемости домохозяйства в условиях коронавирусной пандемии. Существующие критерии определения малообеспеченных граждан включают тех, кто прекратил занятость в официальном секторе, и тех, кто может документально подтвердить малообеспеченность вследствие многодетности или нехватки средств кормильца или кормильцев, работающих в официальном секторе экономики. Безработные или малообеспеченные по причине прекращения неформальной занятости – особый случай, когда трудно документально подтвердить отсутствие источников доходов. Поэтому необходимо совершенствовать существующие критерии отбора заявителей на получения пособия по безработице и критериев отбора заявителей на получение пособий для малообеспеченных семей с целью облегчения доступа к ним лиц, ставших безработными или малообеспеченными вследствие прекращения неформальной занятости во время режима самоизоляции.

Если правительство не хочет изменять существующие институциональные механизмы социальной поддержки малоимущих семей, то предлагается иной путь – разработка дополнительного, применимого для кризисных ситуаций Порядка установления и выдачи единовременного пособия для экстренно нуждающихся семей с учётом текущей эпидемиологической ситуации, связанной с пандемией коронавируса (см. Приложения 1 и 2). Данный Порядок позволяет получить пособие даже если: у членов домохозяйства отсутствуют официальные доходы; безработные члены домохозяйства не обратились в органы по труду. После получения домохозяйством статуса экстренно нуждающейся семьи, единовременную социальную помощь рекомендуется оказывать в следующем виде: а) продуктов питания (ваучеров для приобретения продуктов питания) или целевых денежных переводов; б) гигиенических и дезинфицирующих средств (ваучеров для приобретения гигиенических и дезинфицирующих средств). Можно включить в данный пакет поддержки также адресную компенсацию расходов на лечение в случае необходимости лечения в карантинный и посткарантинный период, если его невозможно получить бесплатно в местных больницах и поликлиниках; в) выплат по кредитам, арендной платы и коммунальных платежей, защищая их от «ловушки долговых обязательств» после кризиса.

Вставка 1. Определение и охват целевых получателей социальной помощи среди неформальных работников: опыт некоторых стран. По данным ФАО, по состоянию на 27 марта 2020 года в общей сложности 84 страны срочно внедрили программы социальной защиты, включая 97 целевых схем денежных грантов по всему миру во время пандемии коронавируса., Помимо прочего, только 11 стран ещё дополнительно ввели программы поддержки неформальных работников, а именно Аргентина, Колумбия, Эквадор, Бразилия, Египет, Австралия, Таиланд, Иордания, Марокко, Филиппины и Тунис. Сумма варьируется от 39 долл. США в Колумбии до 153 долл. США в Таиланде. В основном это разовые платежи, за исключением Бразилии, где пособия выдаются ежемесячно до истечения трех месяцев со дня выдачи первых пособий. Для определения и охвата целевых получателей страны используют существующие платформы, которые уже содержат исчерпывающую информацию о неформальных работниках, или вводят новые механизмы регистрации, такие как специализированные веб-сайты:
В Тунисе домохозяйства, члены которых заняты в неформальном секторе экономики, пользующиеся бесплатными услугами здравоохранения, уже зарегистрированы в электронной системе социального обеспечения; в Египте все занятые неформального сектора зарегистрированы в базах данных рабочей силы «Мухафаз»; в Колумбии они определены существующей национальной системой отбора бенефициаров для социальных программ (SISBEN) и базами данных по сбору налогов; в США создан простой веб-сайт, на котором работники, не имеющие документов, могут указать свой номер социального страхования и адрес для получения денежного пособия чеком.
Источник: FAO. Impact of COVID-19 on informal workers. –Rome: FAO, 2020. http://www.fao.org/3/ca8560en/CA8560EN.pdf
Однако лучшей помощью было бы – денежное пособие, поскольку домохозяйство будет иметь гибкость в использовании этих средств – максимально удовлетворять самые необходимые потребности.

В дополнение к использованию систем и баз данных, которые предварительно необходимо сформировать, необходимо также взаимодействовать с органами самоуправления и другими общественными организациями на местах для улучшения адресности социальной помощи. Особое внимание необходимо уделить оказанию адресной помощи работающим женщинам, выполняющим обязанности по уходу на дому, а также семьям, которые могут использовать детский труд в качестве стратегии выживания. Кроме этого, особого внимания требует молодые работники неформального сектора и трудовые мигранты, потерявшие источники дохода.

Вставка 2. Предлагаемая Программа поддержки экстренно нуждающихся семей в условиях пандемии коронавируса: финансирование и охват социальной поддержкой. В Узбекистане 19 марта т.г. был указ Президента Республики Узбекистан «О первоочередных мерах по смягчению негативного воздействия на отрасли экономики коронавирусной пандемии и глобальных кризисных явлений», направленный на обеспечение макроэкономической стабильности, эффективной социальной поддержки населения в период противодействия распространению коронавирусной инфекции и других глобальных рисков, недопущения резкого снижения доходов населения страны. Среди принятых мер ключевое место имеет создание специального Антикризисного фонда при Министерстве финансов со средствами в размере 10 трлн сумов, функциями которого являются, одной из функций которой является расширение социальной поддержки населения. Из Антикризисного фонда часть средств направляется на социальную поддержку населения, например, 500 млрд сум – перечисляются для усиления мер по поддержке малообеспеченных семей и увеличение числа получателей пособий. Предполагается, что ещё порядка 500 млрд. сум будет привлечено за счёт пожертвований физических и юридических лиц. Если из этих сумм порядка треть направить на финансирование программы предлагаемой нами Программы поддержки экстренно нуждающихся семей в условиях пандемии коронавируса, то без учёта административных и организационных расходов, объём финансирования социальной поддержки неформальных работников, прекративших занятость, составит чуть более 330 млрд. сум. Если предположить, что около 50 % из них (около 600 тыс. чел.) будут обращаться за единовременной помощью, то средний размер единовременного пособия составит примерно 550 тыс. сум. При доведении объёма финансирования программы до 660 млрд. сум можно увеличить размер пособия до 1,1 млн. сум.
Источник: составлено автором.
После принятия Порядка установления и выдачи единовременного пособия для экстренно нуждающихся семей следующим этапом реализации мер должно стать формирование реестра домохозяйств, получивших статус экстренно нуждающихся и единовременные пособия, а также мониторинг за трудоустройством членов-семей, прекративших неформальную занятость и ищущих работу. Здесь предусматривается, во-первых, создание базы данных (т.е. картирование) занятых в неформальном секторе, оказавшихся безработными или малообеспеченными в результате введения карантина и самоизоляции в период пандемии коронавируса.

Требуется постепенная цифровизация процесса с тем, чтобы пострадавшие семьи обращались с заявками в Центры государственных услуг, махалли или заполняли анкеты-заявления онлайн и после обработки заявки формировалась соответствующая база данных занятых в неформальном секторе. Такая база данных позволит разработать программу обучения и трудоустройства занятых в неформальном секторе, потерявших источник дохода или доходы которых не позволяют им выбраться из категории малообеспеченных. Программа переподготовки и повышения квалификации безработных по причине прекращения неформальной занятости по найму и самозанятости не должна заканчиваться только обучением, а охватывать также мониторинг трудоустроенных безработных в официальном секторе. Особое внимание следует при этом уделить возможности обучения самозанятых и предпринимателей, прекративших занятость в неформальном секторе и оказавшихся безработными, основам предпринимательства и получения ими микрокредитов после обучения для начала собственного бизнеса в качестве индивидуальных и семейных предпринимателей.

Вставка 3. Некоторые меры по поддержке неформальной занятости в период пандемии коронавируса: опыт зарубежных стран. На Филиппинах неформальные работники, которые временно потеряли средства к существованию, могут подать заявку на программу временной занятости, ограниченную 10 днями работы, включающей дезинфекцию / санацию их домов и непосредственные окрестности. Заявители могут рассчитывать на безопасность и здоровье, получать 100 % наивысшей преобладающей минимальной заработной платы и зачисление в группу микрострахования. В Республике Корея Министерство сельского хозяйства разработало платформу для онлайн-торговли, которая напрямую связывает мелких производителей с потребителями, чтобы обеспечить доступ на рынок для фермеров и свежую продукцию для городских потребителей. В Австрии и Германии были разработаны платформы, чтобы соответствовать спросу и предложению рабочей силы в сельскохозяйственном секторе. Фермеры могут указать свою потребность в рабочей силе / сезонных работниках, в то время как те, кто подвержен временной или постоянной безработице, или неполной занятости, могут указать на их доступность.
Источник: подборка на основе изучения материалов на сайтах соответствующих органов государственного управления рассматриваемых стран.
Приложение 1

Порядок установления и выдачи

единовременного пособия для экстренно нуждающихся семей в условиях коронавирусной пандемии (Проект)

  • Данный Порядок предоставляет право семьям, остро нуждающимся в помощи из‑за прекращения неформальной занятости их членов-кормильцев рассчитывать на получение единовременного пособия для экстренно нуждающихся семей и обращаться в местные Центры государственных услуг с заявкой на данное пособие.
  • Размер единовременного пособия для экстренно нуждающейся семьи устанавливается Министерством финансов Республики Узбекистан исходя из наличия бюджетных и внебюджетных средств финансирования данной программы помощи, количества выявляемых экстренно нуждающихся семей и может варьироваться в зависимости от ситуации и критериев отнесения семей к экстренно нуждающимся.
  • В местных Центрах государственных услуг нуждающиеся домохозяйства должны ответить на вопросы о лишениях в результате коронавирусной пандемии и оставить заявку на получение единовременного пособия для экстренно нуждающихся семей, приложив к нему копии документов, указанных в п. 4 настоящего Порядка. Если у Центра государственных услуг есть возможность получить копии отдельных документов с других органов, ведомств и учреждений, то заявитель должен предоставить соответственно часть документов.
  • Центры государственных услуг, должны будут собрать следующие необходимые документы:
  • 1) Заявление;

    2) Копии паспортов и дипломов об образовании всех членов семьи, проживающих на территории, свидетельств о рождении детей, свидетельств о заключении (расторжении) брака; если в семье, помимо отца, матери и детей, проживают другие ее члены, например, бабушка, при подаче документов надо это учитывать, прикладывать и ее паспорт, пенсионное удостоверение и пр.

    3) Выписку из паспортного стола о составе семьи, в которой отражена регистрация членов семьи в одном жилом помещении, в т.ч. детей;

    4) Справку Комиссии, уполномоченной махаллинским сходом граждан о том, что член семьи лишился неформальной занятости (мардикорство, временная и сезонная работа по найму, самозанятость) во время пандемии коронавируса;

    5) Совместную справку Комиссии, уполномоченной махаллинским сходом граждан и Центра содействия занятости о том, что в семье за последние три месяца ни один из членов семьи не работал в официальном секторе;

    6) Копии трудовых книжек взрослых членов семьи или их электронные прототипы (если имеются).

  • Кроме этого, Центры госуслуг должны запрашивать через соответствующие органы: копии свидетельства о собственности или договора аренды жилого помещения (при отсутствии договора об аренде жилья требуется нотариально заверенное подтверждение лица или организации, сдающего жильё в аренду); документы о выплатах пособий для детей и малообеспеченных семей; запреты Бюро принудительного взыскания, наложенные за последние три месяца (очевидно, из‑за нехватки средств в семье); выписки о денежных переводах (хотя бы одна с начала текущего года или не менее двух в предыдущем году) члена семьи, работавшего за рубежом, но являющегося безработным на момент подачи заявления, для подтверждения, что потребление семьи существенно зависело от денежных переводов.
  • Все собранные документы (их копии), указанные в п. 4, переправляются в соответствующие местные органы по делам махалли, а также в Центры содействия занятости. Районные (городские) органы по делам махалли и семьи и Центры содействия занятости совместно проверяют достоверность данных и принимают решение о присвоении семьям-заявителям статус экстренно нуждающейся семьи или отказе с обоснованием в течение 5 дней на основе Методических рекомендаций по определению экстренной нуждаемости семьи в условиях пандемии коронавируса (см. Приложение 5); в случае положительного решения, оно передаётся соответствующему территориальному отделу финансов; Районный (городской) Центр содействия занятости выплачивает единовременное денежное пособие для экстренно нуждающейся семьи в течение 3-х дней.
  • Источник: составлено автором.

    Приложение 2

    Методические рекомендации по определению экстренной нуждаемости семьи в условиях пандемии коронавируса

    1. Данные Методические рекомендации разработаны с учётом специфики занятости и рынка труда Узбекистана, в также развивающихся стран, на состояние которых сильно влияет неформальная занятость.

    2. Основным интегральным индикатором, на основе которого определяется экстренная нуждаемость семьи является Индекс экстренной нуждаемости (ИЭН).

    3. Расчёт Индекса экстренной нуждаемости производится на основе составных индикаторов в разрезе областей измерения экстренной нуждаемости и соответствующих весов, присваиваемых для составных индикаторов и областей измерения, а также лишений домохозяйства в результате наступления кризиса – пандемии коронавируса в соответствии с нижеследующей таблицей:

    Раздел (вес)
    Индикатор (вес)
    Лишения: да=1; нет=0
    Области потребности и социальные трансферты (1/5)
    Крайняя нуждаемость (1/20)
    За последний месяц (или после введения карантинных мер), домохозяйство может позволить себе питаться горячими блюдами с красным мясом или курицей, содержащих овощи, не более 2 раза в неделю; определяется субъективно заявителем.
    Оплата коммунальных расходов (1/20)
    Доходов достаточно на основные продукты питания, но недостаточно на оплату коммунальных услуг за последний месяц (или после введения карантинных мер); последнее подтверждается хотя бы одним запретом Бюро принудительного взыскания, наложенный за последние три месяца
    Зависимость от денежных переводов (1/20)
    Семья зависит от денежных переводов члена семьи, работающего за границей; подтверждается хотя бы одной выпиской о денежном переводе с начала данного года или не менее двух переводах в предыдущем году; денежный перевод не получен во время пандемии коронавируса
    Социальные трансферты (1/20)
    Семья в данный момент не получает одну из следующих любых выплат: пенсия, пособие по инвалидности, пособие для детей, пособие для малообеспеченных семей, пособие по безработице).
    Благосостояние (1/5)
    Размер жилой площади (1/30)
    Семья имеет собственное жильё, но жилая площадь на члена домохозяйства меньше 14 кв.м
    Аренда жилья (1/30)
    Семья не имеет собственного жилья и снимает жильё на аренду, причём жилая площадь на члена домохозяйства меньше 14 кв.м
    Доступ к питьевой воде (1/30)
    Отсутствие водопровода или доступ к услугам водоснабжения:
    вода недоступна в домохозяйстве или доступна в течение не более 4 часов в сутки за последнюю неделю;
    Электричество (1/30)
    Объем потребленной электроэнергии в течение последнего месяца на одного члена домохозяйства равен нулю или менее 60 кВт∙ч
    Наличие домашнего хозяйства (1/30)
    Не имеет личное подсобное хозяйство или земельный участок (более 2 соток), не имеет домашний скот (более 1 ед. крупного рогатого скота, более 2 ед. мелкого рогатого скота), не имеет домашних птиц (более 10 ед.)
    Наличие дорогостоящего имущества, определённой суммы денег или сбережений (1/30)
    Отсутствие: дачи, автомобиля, индивидуальной системы отопления квартиры или дома, сбережений или остатков на текущих счётах в банке на сумму более 1 млн. сум
    Образование взрослых и наличие детей (1/5)
    Уровень образования членов домохозяйства в возрасте 18 лет и старше (1/25)
    В семье никто не имеет высшего образования
    Наличие детей дошкольного возраста (2/25)
    В домохозяйстве есть не менее двух детей дошкольного возраста
    Наличие детей школьного возраста (2/25)
    В домохозяйстве есть не менее двух детей школьного возраста, посещающих школу
    Неформальная занятость и трудовая миграция (2/5)
    Наличие занятых в неофициальном секторе (1/5)
    В семье ни один из членов семьи не работал в официальном секторе за последние три месяца.
    В семье имеется хотя бы один член домохозяйства трудоспособного возраста, который лишился неформальной занятости (мардикорство, временная и сезонная работа по найму, самозанятость) во время пандемии коронавируса; неформальная занятость подтверждается отсутствием трудовой книжки и социальных взносов в течение последних двух лет, а также совместным освидетельствованием Комиссии, уполномоченной махаллинским сходом граждан и Центра содействия занятости
    Наличие в семье вернувшегося трудового мигранта (1/5)
    В семье имеется хотя бы один трудовой мигрант, вернувшийся в текущем году (напр., из‑за пандемии коронавируса) и остающийся до сих пор безработным; подтверждается штампом на паспорте и хотя бы одним денежным переводом сделанным им ранее с начала предыдущего года, а также освидетельствованием Комиссии, уполномоченной махаллинским сходом граждан
    4. Расчёт ИЭН производится на основе ответов представителя домохозяйства на вопросы о лишениях и предоставлении подтверждающих документов (см. Приложение 4), кроме первого вопроса о питании, для которого не требуется проверки.

    5. Для расчета ИЭН домохозяйства рекомендуется установить следующий критерий отнесения семей к числу экстренно нуждающихся – семья считается экстренно нуждающейся, если взвешенные показатели, по которым она испытывает лишения, в сумме составляют 50 % и более.

    6. Пример расчёта ИЭН: допустим домохозяйство ответило на вопросы о лишениях и выяснилось, что в области потребности и социальных трансферт нуждаемость составила 1/5* [0*(1/20)+0*(1/20)+1*(1/20)+1*(1/20)]= (1/5)*(1/10)=1/50. Говоря иначе, во время пандемии коронавируса домохозяйство недополучило денежный перевод от члена семьи-мигранта. Более того, семья в данный момент не получает одну из следующих любых выплат: пенсия, пособие по инвалидности, пособие для детей, пособие для малообеспеченных семей, пособие по безработице). Вместе с тем, доходов семьи достаточно на основные продукты питания, но недостаточно на оплату коммунальных услуг за последний месяц (или после введения карантинных мер); допустим, в области «Благосостояние» нуждаемость составила 1/5* [1*(1/30) +0*(1/30) +1*(1/30) ++1*(1/30) +1*(1/30) +1*(1/30)] = 1/5*1/6=1/30; в области «Образование взрослых и наличие детей» нуждаемость составила 1/5* [1*(1/25)+1*(2/25)+1*(2/25]= (1/5)*(1/5)=2/5, т.е. в семье никто не имеет высшего образования, есть не менее двух детей дошкольного возраста, и не менее двух детей школьного возраста, посещающих школу – всего не менее четырёх детей; в области «Неформальная занятость и трудовая миграция» нуждаемость составила 2/5* [1*(1/5)+0*(1/5)]= (2/5)*(1/5)=2/25, т.е. в семье ни один из членов семьи не работал в официальном секторе за последние три месяца, при этом, имеется хотя бы один член домохозяйства трудоспособного возраста, который лишился неформальной занятости (мардикорство, временная и сезонная работа по найму, самозанятость) во время пандемии коронавируса. Теперь просуммируем четыре результата, которые мы получили выше: ИЭН=1/50+1/30+ 2/5+ 2/25=0.533, который оказался выше порогового значения. Следовательно, данному домохозяйству можно присвоить статус экстренно нуждающегося в условиях пандемии коронавируса.

    Источник: разработано автором.

    [1]

    [2] Исходя из предположения, что структура неформальной занятости не претерпевает значительных изменений за среднесрочный период мы использовали микроданные выборочного обследования “Life in Transition III”, проведённого ЕБРР в 2016 году для оценки неформальной занятости по трём видам экономической деятельности в Узбекистане.

    [3] Данные оценки основываются на результатах исследования структуры неформальной занятости, проведённого группой экспертов в рамках проекта ПРООН. См.: ПРООН. Неустойчивая занятость в Узбекистане: состояние, проблемы и пути их решения. – Ташкент: 2018 год.

    [4] Данные оценки основываются на результатах исследования структуры неформальной занятости, проведённого группой экспертов в рамках проекта ПРООН. См.: ПРООН. Неустойчивая занятость в Узбекистане: состояние, проблемы и пути их решения. – Ташкент: 2018 год.

    [5] Там же. Эта численность охватывает всех неформальных работников по найму и самозанятых, кроме тех, кто оставался частично занятым в сферах производства продовольственных товаров и их доставки, а также тех, кто мог пешком добираться до места работы.

    [6] Данные МЗТО Республики Узбекистан.

    [7] Данные оценки основываются на результатах исследования структуры неформальной занятости, проведённого группой экспертов в рамках проекта ПРООН. См.: ПРООН. Неустойчивая занятость в Узбекистане: состояние, проблемы и пути их решения. – Ташкент: 2018 год.

    [8] Примерную оценку численности неформальных торговцев непродовольственными товарами привести невозможно ввиду отсутствия данных.

    [9] Данные оценки основываются на результатах исследования структуры неформальной занятости, проведённого группой экспертов в рамках проекта ПРООН. См.: ПРООН. Неустойчивая занятость в Узбекистане: состояние, проблемы и пути их решения. – Ташкент: 2018 год.

    [10] Данные результаты получены из обследования «Слушая граждан Узбекистана» (L2CU), проведенного Всемирным банком совместно с Центром «Стратегия развития» Узбекистана и другими партнерами в 2019 году.

    [11] Там же.

    [12] Из заявления министра занятости и трудовых отношений Нозима Хусанова. https://www.gazeta.uz/ru/2020/04/16/cotton/

    [13] В Москве количество мигрантов превысило 1,6 млн человек. Газета «Известия» [электронный ресурс], 13.12.2019. https://iz.ru/954030/2019-12-13/v-moskve-kolichestvo-migrantov-prevysilo-16-mln-chelovek

    [14] Карантин: трудовые мигранты в России просят у правительства временной отмены ежемесячного платежа по патенту. Национальное информационное агентство Узбекистана [электронный ресурс], 18.04.2020. http://uza.uz/ru/world/karantin-trudovye-migranty-v-rossii-prosyat-u-pravitelstva-v-18-04-2020

    [15] Здесь мы не берём в учёт порядка 140 тыс. мигрантов, успевших возвратиться на родину до введения карантина.

    [16] Точную оценку количества находящихся в самоизоляции произвести невозможно ввиду отсутствия данных.



    Издание научных монографий от 15 т.р.!

    Издайте свою монографию в хорошем качестве всего за 15 т.р.!
    В базовую стоимость входит корректура текста, ISBN, DOI, УДК, ББК, обязательные экземпляры, загрузка в РИНЦ, 10 авторских экземпляров с доставкой по России.

    creativeconomy.ru Москва + 7 495 648 6241



    Источники:
    1. Неустойчивая занятость в Узбекистане: состояние, проблемы и пути их решения. - Ташкент: ПРООН, 2018. – 168 c.
    2. Listening to the Citizens of Uzbekistan (L2CU) household survey. - Washington, DC: World Bank, 2019.
    3. ILO. Women and Men in the Informal Economy: A Statistical Picture (third edition, Geneva 2018)
    4. COVID-19 and the world of work. - Geneva: ILO, 2020.
    5. COVID-19 crisis and the informal economy: immediate responses and policy challenges. - Geneva: ILO, 2020.
    6. Jobs for Peace and Resilience: A response to COVID-19 in fragile contexts. - Geneva: ILO, 2020.
    7. Global Employment Trends for Youth 2017: Paths to a better working future International Labour Office. - Geneva: ILO, 2017.
    8. World Bank. Fighting COVID-19. World Bank ECA Economic Update Spring. [Электронный ресурс]. URL: https://openknowledge.worldbank.org/bitstream/handle/10986/33476/9781464815645.pdf.
    9. Мага А.А. Анализ масштабов теневой экономики в Республике Узбекистан (часть 2) // Теневая экономика. – 2020. – № 1. – c. 63-69. – doi: 10.18334/tek.4.1.110099.
    10. Буров В.Ю., Худайназаров А.К., Маматкулов И.А. Теневая экономика в Узбекистане: оценка её размера и структуры на основе выборочного опроса предприятий // Теневая экономика. – 2020. – № 1. – c. 23-46. – doi: 10.18334/tek.4.1.41511.
    11. Буров В.Ю. Теоретические основы исследования теневой экономики: ретроспективный анализ // Теневая экономика. – 2017. – № 2. – c. 57-72. – doi: 10.18334/tek.1.2.37712.